Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Гарики на все времена (Том 2)
Шрифт:

106

Я разумом не слишком одарён, однако же теперь, на склоне дней, я опытом житейским умудрён. Отнюдь не став от этого умней.

107

Умом нисколько не убогие, но молят Бога люди многие, трепя губами Божье имя, как сосунки — коровье вымя.

108

Прости мне, Боже, мой цинизм, но я закон постиг природный: каков народный организм, таков, увы, и дух народный.

109

В морали, это знает каждый, нужна лишь первая оплошка; нельзя терять невинность дважды или беременеть немножко.

110

В любом из нас витает Божий дух и бродит личный бес на мягких лапах, поэтому у сказанного вслух бывает соответствующий запах.

111

Часто сам себе необъясним, носит человек в себе, бедняга, подло поступающее с ним некое глухое альтер-Яго.

112

Подлинного счастья в мире мало, с этим у Творца ограничения, а кого судьба нещадно мяла — счастливы уже от облегчения.

113

Мир иллюзий нам отечество — всё, что кажется и мнится; трезвый взгляд на человечество — это почва, чтобы спиться.

114

А кроме житейских утех, — негромко напомнит мне Бог, — ещё ты в ответе за тех, кому хоть однажды помог.

115

В одном лишь уравнять Господь решил и гения, и тёмного ублюдка: в любом из нас гуляние души зависит от исправности желудка.

116

Увы, но играм интеллекта извечно всюду не везло: всегда являлся некий некто, чтоб их использовать во зло.

117

Пока живём и живы — мы играем; до смертной неминуемой поры то адом озарённые, то раем, мы мечемся в чистилище игры.

118

Только с возрастом грустно и остро часто чувствует честный простак, что не просто всё в мире непросто, но и сцеплено как-то не так.

119

Реки крови мы пролили на планете, восторгаясь, озаряясь и балдея; ничего не знаю гибельней на свете, чем высокая и светлая идея.

120

В наших каменных тесных скворешниках, где беседуют бляди о сводниках, Божий дух объявляется в грешниках несравненно сильней, чем в угодниках.

121

Я не трачусь ревностно и потно, я живу неспешно и беспечно, помня, что ещё вольюсь бесплотно в нечто, существующее вечно.

122

От первой до последней нашей ноты мы живы без иллюзий и прикрас лишь годы, когда любим мы кого-то, и время, когда кто-то любит нас.

123

У зла такая есть ползучесть и столько в мыслях разных но, что ненароком и соскучась, легко добро творит оно.

124

Есть мера у накала и размаха способностей — невнятная, но мера, и если есть у духа область паха, то грустен дух от холодности хера.

125

С чего, подумай сам и рассуди, душа твоя печалью запорошена? Ведь самое плохое — позади. Но там же всё и самое хорошее.

126

Дыхание растлительного яда имеет часто дьявольский размах: бывают мертвецы, которых надо убить ещё в отравленных умах.

127

Формулы, при нас ещё готовые, мир уже не примет на ура, только народятся скоро новые демоны всеобщего добра.

128

Возможность новых приключений таят обычно те места, где ветви смыслов и значений растут из общего куста.

129

Педантичная рассудочность даже там, где дело просто, так похожа на ублюдочность, что они, наверно, сёстры.

130

Много блага в целебной способности забывать, от чего мы устали, жалко душу, в которой подробности до малейшей сохранны детали.

131

В истории нельзя не удивиться, как дивны все начала и истоки, идеи хороши, пока девицы, потом они бездушны и жестоки.

132

Падшие ангелы, овцы заблудшие, все, кому с детства ни в чём не везло, это заведомо самые худшие из разносящих повсюдное зло.

133

Зря в кишении мы бесконечном дребезжим, как пустая канистра; вечно занятый — занят не вечным, ибо вечное — праздная искра.

134

Я научность не нарушу, повторив несчётный раз: если можно плюнуть в душу — значит, есть она у нас.

135

Нечто я изложу бессердечное, но среди лихолетия шумного даже доброе сеять и вечное надо только в пределах разумного.

136

Всегда витает тень останков от мифа, бреда, заблуждения, а меж руин воздушных замков ещё гуляют привидения.

137

Все восторги юнцов удалых — от беспечного го гота-то пота, а угрюмый покой пожилых — от избытка житейского опыта.

138

В этом мире, где смыслы неясны, где затеяли — нас не спросили, все усилия наши — напрасны, очевидна лишь нужность усилий.
Поделиться с друзьями: