Чтение онлайн

– Угу, мрачный прогноз...30-го Ижора и Красный Бор... возле Логово выходят к Финскому заливу...

– Немцы и Финны не соединятся, если закрепиться на левом берегу Невы в районе Невской Дубровки. Но это на данный момент вторично,- при этом комиссар 3-го ранга Кубаткин как то странно посмотрел на Пронина, который даже заметив недобрый взгляд продолжил,- 28-го они захватят Мгу. Завтра последний день железнодорожного сообщения с "большой землей". Нужно проследить, что бы с утра 28 августа ни один состав на Мгу уже не шёл,- посмотрел на озабоченное лицо Кубаткина,- все перенаправить на "Ладожское озеро", иначе... Вы не должны допустить, что бы оборудование оборонных заводов, приобретенное за валюту попало в руки врага.

– Н-да, дело серьезное,- был ответ комиссара 3-го ранга.

– После взятия железнодорожной станции Мга Ленинград фактически окажется в блокаде и основной задачей врага будет вести беспокоящий огонь и ждать когда осажденные сами сдадутся. В таких условиях на первое место выходит снабжение города продовольствием.

– Значить город сдавать не будут,- из сказанного сделал вывод Кубаткин.

– Нет, город сдавать не будут,- подтвердил Пронин,- но будет не легко. Слабое место на сегодня это Бадаевские продовольственные склады. Деревянные сооружения, гореть будут крепко. К тому же расстояние между строениями небольшое, что затруднит работы по пожаротушению.

– У Вас даже это просчитали?

– У нас,- "железнодорожник" сделал ударение на слово "нас",- у нас пытаются учесть все. Но не об этом. По нашим данным особенно свирепствовать вражеская авиация будет 8 и 10 сентября как раз у Бадаевских складов.

– Ага время еще есть,- быстро сообразил Кубаткин.

– Они планируют засыпать все зажигательными бомбами и пока многие будут отвлечены на пожаре - захватить Шлиссельбург и окончательно завершить блокаду с суши. Считается, что основной задачей на ближайшее время у Вас будет перенаправить часть грузов с Мги на Ладогу и вывезти все продовольствие с Бадаевских складов рассредоточив его по городу,- посмотрел на собеседника.- Страна Вас не бросит, но работы будет много и Вы как коммунист, как ответственный партийный работник обязаны с ней справиться.

– Да уж,- Кубаткин был мрачен и явно волновался.

– Карта эта с документацией к ней остается у Вас, надеюсь ненужно напоминать о её особой важности?
– В ответ комиссар 3-го ранга только хмыкнул,- и последнее с 11 сентября в Ленинград будет направлен Григорий Константинович Жуков.

Пронин уже засобирался уходить, взял в руки фуражку...

– Петр Николаевич, если найдется достаточно автотранспорта, тогда с 29-го по 6-е, пока не захватят Шлиссельбург, возможно будет организовать вывоз беженцев.

– Вы полагаете немцы пропустят. Там все будет простреливаться.

– Петр Николаевич,- при этом "железнодорожник" как бы даже обречено улыбнулся,- мы незаметно и аккуратненько.

***

Контейнеры с "Эль Фаро" как и ожидалось в основном были с автомобилями.

В первую очередь рассчитались с танкоремонтниками, взамен получили 45 танков т-34-85. Виктор Дмитриевич Байло, сговорившись с подполковником базы хранения Шевченко дополнительно восстановили ещё 12 боевых машин.

– Мои специалисты,- говорил Байло,- внимательно осмотрели все, что списано на базе хранения и пришли к выводу, что есть возможность восстановить еще несколько единиц т-44. Точно сказать не могу, но возможность имеется.

– Заберем все, что будет восстановлено и у нас имеются 2 т-44 и 2 т-34 первых выпусков,- взглянул на Виктора Дмитриевича, тот вопросов не задавал,- их необходимо отремонтировать, а т-34 еще и модернизировать.

– Привозите,- коротко ответил Байло.

Отправились к железнодорожникам.

– Уже готово 12 штук, можете забрать,- как то даже буднично отмахнулся Поплавский увлеченно рассматривая первую партию предоставленных автомобилей. В них ему нравилось все. Начиная от литых дисков и заканчивая автоматической коробкой передач. Он бы восхищался еще и круиз контролем и датчиком дождя и подогревом сидений, но... это пока было выше его пониманий.

***

Старшина Фролов Захар Потапович. Когда их "боевой батальон" размазали по дивизии он не знал, да и особо не стремился. Как попал он и бывшие с ним ремонтники, еще на секретной базе осназа в подчинение к военинженеру 3-го ранга Дёмич Павел Леонидовичу, так они вместе и остались. Питание только стало гораздо хуже, на базе осназ кормили их не в пример лучше. А так продолжали заниматься тем же - ремонтировали танки, броневики, машины и в общем всю технику какая была поблизости. Все как бы уже привыкли к постоянным кратковременным авралам, вечной нехватке запчастей, инструментов, нужной смазки и многого чего когда:

– Захар,- отозвав его в сторону с волнением в голосе говорил военинженер 3 ранга Дёмич,- мы в окружении.

Захар оглянулся чего-то пытаясь увидеть, его только оторвали от ремонта т-34...

– Каком окружении?- Не понял тот сразу.

– Дивизия наша попала в окружение.

– А мы здесь причем?

– Всю технику, которая нынче у нас ремонтируется нужно спрятать, да так, чтобы немец не нашёл.

– Ясно,- обречено согласился Фролов.

В этот момент на ремонте у них было... два танка т-34 которых они уже отремонтировали, две другие 34-ки были на ходу, но очередь к ним еще не дошла. Так же стояли четыре пулеметных БА в почти отремонтированном состоянии и один БА-донор (с него снимали запчасти для ремонта) было несколько грузовиков, но ко всему этому совершенно не было ни боеприпасов ни топлива. Официально не было, а у Фролова было чуть-чуть. Всю технику, которая "на ходу" спрятали. С танковых орудий сняли замки, завернули их в промасленную бумагу, уложили в мешки и закопали под одним приметным деревцем. Аналогично поступили и с инструментом. В боях они не участвовали. Все знали, что в окружении, но куда выдвигаться и где наши не знал никто.

– Товарищ старшина, дезертира поймали,- докладывал ему боец,- странный он какой то, перепуганный.

– Сильно перепуганный?
– Спросил Фролов

– Говорит их политрук в своих стрелял, а он убежал.

– Уй ты,- удивился Захар,- а ну давай этого дезертира сюда. Нет погоди не сюда, веди его к Дёмич, я тоже туда иду, там его и поспрашиваем.

Арестованный был молод, явно с последнего призыва. Одет же в сильно поношенную гимнастерку, рваные брюки и совершенно не имел никаких документов. Он утверждал, что его зовут Тимофей Иванович Тымчук. А рассказанная им история была какой то странной:

– Я и еще трое красноармейца были направлены в помощь, как нам сказал взводный - политруку Муслакову. Несли опломбированные ящики. В рощице, здесь недалеко,- указывал он рукой,- политрук приказал выкопать яму, в нее поместили эти ящики закопали и замаскировали. А потом политрук вынул пистолет и стал в нас стрелять. Успел убить двоих, выстрелил и в Юру Марфина, а у Юры в тот момент в руках была лопата, он ею махнул и политруку Муслакову отрубил голову. Я испугался и убежал.

Фролов и Дёмич, от услышанного были в совершеннейшем недоумении.

– Беспалов, уведи его,- негромко сказал Дёмич, а когда они с Фроловым остались одни,- Захар, что думаешь?

– Думаю, что этот Муслаков был немецкий шпион.

– А вот я так не думаю,- немного подумав добавил,- кажется мне, что вся причина в этих ящиках,- сделал паузу на раздумье,- что же в них такого должно быть, что этот Муслаков красноармейцев пострелял?

– Да мало ль чего,- пожал плечами Захар Фролов.

– Сходить надо, по-тихому да проверить,- подвел итог военинженер 3-го ранга.