Чтение онлайн

Он подошел к Лонгботтому, который склонился над чьим-то телом.

— Невилл…

— Черт! Гарри, у меня чуть сердце не остановилось!

Гарри стянул мантию-невидимку. Его посетила мысль, явившаяся ниоткуда, из желания убедиться, что все будет сделано, как надо.

— Ты куда собрался один? — подозрительно спросил Невилл.

— Это часть плана. Мне нужно кое-что сделать. Послушай…

— Гарри! — неожиданно испугался тот. — Ты что, собрался сдаться ему?!

— Нет, — с легкостью соврал Гарри. — Конечно, нет. Это другое. Просто некоторое время я не буду появляться. Ты знаешь змею Волдеморта, Невилл? У него такая огромная змея… ее зовут Нагини…

— Слышал… А что с ней?

— Ее нужно убить. Рон и Гермиона знают, но на случай, если…

При мысли, что такое может случиться, он на мгновение задохнулся от ужаса и не мог произнести ни слова. Но потом взял себя в руки. Дело важнее всего. Он обязан, как Дамблдор, сохранять хладнокровие и удостовериться, что есть запасной вариант. Дамблдор умер, зная, что есть люди, кому известно о хоркруксах. Теперь Невилл займет место Гарри, так что в тайну будут по-прежнему посвящены трое.

— На случай, если они будут… заняты… а у тебя окажется шанс…

— Убить змею?

— Да.

— Хорошо, Гарри. С тобой же все в порядке, правда?

— Все чудесно. Спасибо, Невилл.

Но тот схватил Гарри за запястье, не давая уйти.

— Мы все равно будем драться. Ты понимаешь это?

— Да, я…

Ком в горле не дал ему договорить, но Невилл ничуть не удивился. Он похлопал Гарри по плечу, отпустил его, а сам отправился на поиски других трупов.

Гарри набросил на себя мантию-невидимку и двинулся вперед. Рядом в темноте кто-то склонился над раненым. Когда осталось лишь несколько шагов, Гарри узнал Джинни и резко остановился. Джинни стояла на коленях рядом с какой-то девочкой, которая почти неслышно звала маму.

— Все хорошо… Все в порядке… Мы тебя сейчас перенесем в школу…

— Я хочу домой, — шептала девочка. — Я больше не хочу воевать.

— Я знаю, — голос Джинни дрогнул. — Все будет хорошо.

По коже Гарри побежали мурашки. Ему хотелось закричать, дать Джинни знать, что он здесь, рассказать, куда он идет, чтоб его остановили, оттащили назад, отправили домой…

Но он и так был дома. Хогвартс был для него первым — и самым лучшим — настоящим домом. И он, и Волдеморт, и Снейп — брошенные дети — все в свое время нашли здесь свой дом…

Джинни держала девочку за руку. Огромным усилием воли Гарри вынудил себя идти дальше. Ему показалось, что Джинни повернула голову — может быть, почувствовала кого-то поблизости, — но он промолчал и не стал оглядываться.

Во тьме вырисовывались очертания хижины Хагрида, но свет в ней не горел, Клык не царапался в дверь и не лаял, приветствуя гостей. Гарри вспомнились прогулки к Хагриду и медный чайник, на боках которого играли отблески огня. А еще — твердые, как камень, пирожки и достойные великанов порции угощения, большое бородатое лицо Хагрида, Рон, блюющий слизнями, Гермиона, помогающая спасти Норберта…

Он уже дошел до опушки леса и тут остановился.

Среди деревьев двигались дементоры, целый рой; Гарри чувствовал исходящий от них холод и не знал, сумеет ли пройти мимо. Сил на патронуса у него не оставалось, он даже не мог сдержать дрожь. Не такое уж легкое это дело — умирать… Каждая минута дыхания, запах травы, прохладный ветерок, касающийся лица, — все это было так ценно! Подумать только — другие люди будут растрачивать впустую еще годы и годы, а он должен цепляться за каждую секунду. Он не в силах был сделать и шага вперед — и в то же время знал, что обязан. Долгая игра окончена, снитч пойман, пришло время приземляться.

Снитч… Затекшими пальцами он покопался в кошеле на шее и наконец нашел его.

«Откроюсь я в конце».

Быстро и тяжело дыша, Гарри рассматривал золотой шарик. Именно сейчас, когда времени стоило бы тянуться помедленнее, оно понеслось вперед, как безумное, и понимание опережало мысль. Вот он — конец. Самое время.

Гарри прижал металлический шар к губам и прошептал:

— Я скоро умру.

Снитч раскрылся, словно скорлупа ореха. Опустив вздрагивающую руку, Гарри достал под мантией палочку Драко и прошептал:

— Lumos.

В одной из двух половинок орешка лежал черный камень, посредине которого змеилась неровная трещина. Камень Возрождения разломился как раз по вертикальной линии, означавшей Старшую палочку. Треугольник и круг, символизировавшие мантию и камень, были все еще различимы.

Гарри внезапно понял еще кое-что, и ему не нужно было для этого задумываться. Речь шла не о том, чтобы вернуть умерших, — он все равно скоро к ним присоединится. Не он звал их из небытия — это мертвые пришли за ним.

Гарри закрыл глаза и трижды повернул камень в руках.

Он сразу понял, что произошло — услышал движение рядом, словно чьи-то легкие ноги ступили на усыпанную хворостом землю на краю Запретного Леса. Открыл глаза, обернулся…

Они не были призраками и не были полностью телесны, но больше напоминали того Риддла, что давным-давно вышел из дневника. А ведь он был почти воплотившимся воспоминанием.

Больше, чем привидения, меньше, чем живые люди — четверо шли навстречу Гарри, улыбаясь ему.

С Джеймсом Гарри был теперь одного роста. Одежда на отце осталась та же, в какой он умер, волосы растрепались, а очки сидели чуть набок, как у мистера Уизли.

Сириус — высокий и красивый — казался куда моложе, чем Гарри помнил его при жизни. Он шел размашистым, плавным шагом, засунув руки в карманы и смеясь.

Люпин тоже выглядел молодым и не таким оборванным, а волосы у него были гуще и темнее. Казалось, он рад оказаться в знакомом месте, где так часто бродил подростком.

Лили улыбалась радостнее всех. Подойдя к Гарри, она отбросила назад длинные волосы и жадно стала разглядывать его зелеными глазами, словно никак не могла насмотреться.

— Ты так отважно себя вел.

Он не мог ответить, не мог наглядеться на мать. Вот если бы стоять так и смотреть на нее вечно — и ничего больше не надо.

— Уже скоро, — сказал Джеймс. — Совсем близко. Мы… так гордимся тобой.

— Это будет больно?

По-детски прозвучавший вопрос вырвался раньше, чем Гарри успел остановиться.

— Умирать-то? Совсем нет, — ответил Сириус. — Быстрее и легче, чем заснуть.

— Он долго тянуть не станет, — сказал Люпин. — Хочет закончить поскорее.