Чтение онлайн

Внезапно кто-то заорал в тишине:

— Враги Наследника, берегитесь! Мугродье — очередь за вами!

Это был Драко Малфой. Он протолкался вперед, его холодные глазки оживились, всегда бледное лицо загорелось, и он растянул рот в мерзкой ухмылке, глядя на неподвижное, повешенное животное.

— В чём дело? Что случилось?

Привлеченный, вне всякого сомнения, ничем иным как криком Малфоя, Аргус Филч пробирался сквозь толпу. Внезапно он увидел миссис Норрис, ноги отказались держать его, и он упал на руки стоящих сзади детей.

— Моя кошечка! Моя кошечка! Что с миссис Норрис? — взвизгнул он.

Обезумевший взгляд остановился на Гарри.

— Ты! — в истерике выкрикнул он. — Это ты убил мою кошку! Ты убил ее! Я тебя убью! Я…

— Аргус!

Думбльдор прибыл на место преступления, окруженный другими учителями. За какие-то доли секунды он стремительно обогнул Гарри, Рона и Гермиону и снял миссис Норрис с факелодержателя.

— Идемте со мной, Аргус, — сказал он Филчу. — И вы тоже, мистер Поттер, мистер Уэсли, мисс Грэнжер.

Чаруальд с готовностью шагнул вперед.

— Мой кабинет совсем рядом, директор — только по лестнице подняться — я с удовольствием предоставлю…

— Спасибо, Сверкароль, — поблагодарил Думбльдор.

Толпа молча расступилась и пропустила их. Чаруальд, с важным и гордым видом, не отставал от Думбльдора, за ними следовали профессор МакГонаголл и Злей.

Когда они вошли в неосвещенный кабинет, по стенам пробежала волна суетливых движений; Гарри заметил сразу нескольких Чаруальдов, торопливо прячущихся за рамки фотографий, волосы у них были накручены на бигуди. Настоящий Чаруальд зажег свечи на рабочем столе и отступил. Думбльдор уложил миссис Норрис на полированную поверхность и стал производить осмотр. Гарри, Рон и Гермиона обменялись напряженными взглядами, опустились в кресла, стоявшие вне освещенного круга и стали наблюдать.

Кончик длинного, крючковатого носа Думбльдора почти что касался кошачьей шерсти. Директор осматривал миссис Норрис очень подробно сквозь очки со стеклами в форме полумесяца, аккуратно дотрагиваясь до неподвижного тела длинными пальцами. Профессор МакГонаголл наклонилась почти так же низко и стояла, сузив глаза. Злей нависал над ними, наполовину скрытый в тени. На лице у него застыло весьма странное выражение — словно он с трудом сдерживал ухмылку. А Чаруальд парил надо всеми и сыпал версиями.

— Ее определенно убило злое проклятие — возможно Трансмогоревальная Пытка — я встречался с этим множество раз, какая жалость, что меня там не было, я как раз знаю контрзаклятие, которое непременно спасло бы ее…

Речь Чаруальда, как пунктиром, была пронизана регулярными всхлипываниями Филча, сухими, безутешными. Он беспомощно лежал в кресле, закрыв лицо ладонями, не в силах взглянуть на миссис Норрис. Хоть Филч и был глубоко отвратителен Гарри, всё же мальчик не мог не почувствовать сострадания. Себя, правда, ему стало еще жальче — если Думбльдор поверит Филчу, смело можно считать себя исключенным из школы.

Думбльдор принялся бормотать про себя какие-то странные слова и постукивать по телу миссис Норрис волшебной палочкой, однако это не дало никакого результата, кошка по-прежнему напоминала свежеизготовленное чучело.

— …помню, аналогичный случай был со мной на Квагадугу, — соловьем разливался Чаруальд, — там орудовал настоящий маньяк, я об этом подробно написал в своей автобиографии. Целая серия преступлений… Однако, мне удалось всё уладить, я выдал жителям городка различные амулеты, и…

Фотографические изображения Чаруальда согласно кивали. Одно из них позабыло снять сеточку для волос.

Наконец Думбльдор выпрямился.

— Она не умерла, Аргус, — мягко произнес он.

Чаруальд замолк, не успев перечислить и половины преступлений, которые ему удалось предотвратить.

— Не умерла? — захлебнулся Филч и, осторожно раздвинув пальцы, глянул на миссис Норрис. — А почему же она такая… такая неподвижная, такая окоченевшая?

— Ее обратили в камень, — объяснил Думбльдор, — она Окаменела. («А! Я так и думал», — вставил Чаруальд). — Но каким образом, я не могу сказать…

— Об этом надо его спросить! — возопил Филч, оборачивая к Гарри покрытое красными пятнами, заплаканное лицо.

— Второкласснику такое не под силу, — убежденно заявил Думбльдор. — Для этого требуется черная магия высокого класса…

— Это он, это он, — выкрикивал Филч, и его мешковатое лицо побагровело. — Вы же видели, что он написал на стене! Он нашел у меня в кабинете… он знает, что я… что я… — лицо Филча мучительно исказилось, — он знает, что я — швах, — закончил он.

— Я не трогал миссис Норрис! — громко сказал Гарри, чувствуя себя крайне неуютно под всеобщими взглядами, включая взгляды всех настенных Чаруальдов, — И я понятия не имею, что такое швах.

— Вранье! — возмутился Филч. — Ты видел письмо с «Быстрочарами»!

— Если мне позволено будет сказать, директор, — раздался из темноты голос Злея, и предчувствие беды, терзавшее Гарри, усилилось; он не сомневался, что любое слово Злея будет не в его пользу.

— Поттер и его друзья, по всей видимости, оказались не в том месте не в то время, — сказал Злей, и его губы иронически изогнулись, как будто он сомневался в собственных словах. — Однако, надо признать, что это происшествие вызывает массу подозрений. Каким образом Поттер оказался в коридоре верхнего этажа? Почему его не было на праздновании Хэллоуина?

Гарри, Рон и Гермиона тут же пустились в объяснения по поводу смертенин: «…там были сотни всяких привидений, они могут подтвердить…»

— Но почему после смертенин вы не пришли на пир? — спросил Злей, и пламя свечи зловеще отразилось в его глазах. — Зачем вам понадобилось подниматься наверх?

Рон и Гермиона посмотрели на Гарри.

— Потому что… потому что… — забормотал Гарри. Сердце грохотало у него в груди; что-то подсказывало: будет уже слишком, если он признается, что шел на неизвестно кому принадлежавший голос, который к тому же никто кроме него не слышал, — потому что мы устали и хотели лечь спать, — в конце концов сказал он.

— Без ужина? — победоносная улыбка озарила изможденное лицо Злея. — Не думаю, что на пиршестве у привидений нашлась еда, пригодная для живых людей.

— Мы были не голодные, — выпалил Рон громко, чтобы заглушить некстати раздавшееся бурчание в животе.

Противная улыбка на лице у Злея стала еще шире.

— Полагаю, директор, Поттер не говорит нам всей правды, — промолвил он. — Думаю, будет полезно лишить его некоторых привилегий до тех пор, пока он не расскажет всё как было. Мне лично кажется, что его следует исключить из квидишной команды «Гриффиндора», пока он не научится быть честным.