Чтение онлайн

Раздались приглушенные аплодисменты, во время которых Гарри, Рон и Гермиона в панике обменялись взглядами. Дамблдор не сказал, как долго Грабли-Планк будет учительствовать.

Дамблдор продолжил:

— Конкурсный отбор в команды по квиддичу состоится…

Он остановился, с вопросом смотря на Профессора Умбридж. Так как она была не намного выше стоя, чем сидя, не все сразу поняли, почему Дамблдор прекратил говорить, но потом Профессор Умбридж кашлянула: "Кхе, кхе", — и стало ясно, что она задумала толкнуть речь.

На мгновение Дамблдор растерялся, потом сел и уставился на Профессора Умбридж, с видом, будто больше всего на свете он хотел бы ее услышать. Остальные не смогли так же удачно скрыть удивление. Брови Профессора Спраут исчезли в ее волосах, в рот Профессора МакГоннагал скривился в гримасе, какую Гарри еще никогда не видел на ее лице. Ни один новый учитель раньше не перебивал Дамблдора. Много студентов ухмыльнулись — эта женщина явно не знала, что принято в Хогвартсе.

— Спасибо, Ректор, — начала Профессор Умбридж, — за ваши добрые слова.

У нее был высокий, немого девичий голос, и опять Гарри почувствовал мощный прилив ненависти, который он сам не мог объяснить; единственное, что он знал, это то, что ненавидел ее — начиная с идиотского голоса, заканчивая розовым жакетом. Он опять закашлялась ("кхе, кхе") и продолжила:

— Должна отметить, что очень приятно вернуться в Хогвартс! улыбнувшись, она показала свои острые зубы, — и увидеть столько маленьких счастливых лиц, смотрящих на меня!

Гарри посмотрел вокруг. Ни одно лицо не выглядело счастливым. Напротив, все они были ошеломлены, впервые к ним обращались, как к пятилетним детям.

— Я очень хочу познакомиться с вами, и я уверена, что мы станем хорошими друзьями!

Студенты переглянулись, некоторые из них скрывали усмешки.

— Я буду ее другом, если мне не надо будет одалживать этот жакет, прошептала Парвати Лаванде, и обе они захихикали.

Профессор Умбридж закашлялась опять ("кхе, кхе"), но когда она продолжила, некоторое придыхание исчезло из ее голоса. Теперь ее голос звучал более учено, а слова были скучными, словно вызубренными наизусть.

— Министерство Магии всегда считало, что обучение юных волшебниц и волшебников очень важно. Редкие таланты, с которыми вы родились, могут не развиться, если они не будут взлелеяны и отточены заботливым обучением. Древние уникальные навыки наших предков должны быть переданы следующим поколениям, если мы не хотим потерять их навсегда. Сокровища волшебного познания, накапливаемые нашими дедами, должны охраняться, пополняться и оттачиваться теми, кто был призван к благородной профессии учителя.

Тут Профессор Умбридж сделала паузу и поклонилась столу учителей, хотя никто не поклонился в ей в ответ. Темные брови профессора МакГоннагал делали ее похожей на ястреба и Гарри отчетливо видел, как она переглянулась с Профессором Спраут, когда Умбридж издала еще одни "кхе, кхе" и продолжила свою речь.

— Каждый директор и директриса Хогвартса вводили что-то новое в управление этой древней школой и это правильно, потому что без прогресса будет застой и распад.

Но, опять же, прогресс во имя пользы прогресса должен иметь препятствия, для наших проверенных и испытанных традиций часто не требуя никакой несерьезности.

Баланс между старым и новым, постоянным и меняющимся, между традицией и мотивацией…

Внимание Гарри начало снижаться, мозг не улавливал суть монолога. Абсолютная тишина, которая всегда присутствовала при речах Дамблдора, уже не была таковой, студенты начали перешептываться и хихикать. За столом Равенкло Чо Чанг оживленно болтала со своими друзьями. Недалеко от Чо, Луна Лавгуд опять достала «Придиру». В то же время, за столом Хаффлпафа Эрни Макмилиан был одним из немногих, кто уставился на Профессора Умбридж, но он выглядел незаинтересованным, и Гарри был уверен, что он только притворялся, что слушает, дабы соответствовать своему новому значку старосты на груди.

Профессор Умбридж явно не заметила неуважение слушателей. У Гарри подумал, что даже если бомба взорвалась бы под ее носом, она бы все равно продолжала свою речь. Хотя учителя слушали очень внимательно, и Гермиона вслушивалась в каждое слово, которое говорила Умбридж, но, судя по выражению ее лица, не все приходились ей по душе.

— … потому что некоторые изменения принесут только добро, в то время как другие будут признаны ошибочными. Тем временем, некоторые привычки будут сохранены, а другие, вышедшие из моды, устаревшие, должны быть устранены. Давайте тогда двигаться вперед, в новою эру открытости, эффективности и ответственности, сохраняя то, что должно быть сохранено, совершенствуя то, что должно быть усовершенствовано и удаление того, что мы находим, должно быть запрещено.

Она села. Дамблдор зааплодировал. Учителя подхватили его, хотя Гарри заметил, что некоторые из них хлопнули всего 2 или 3 раза. Несколько студентов тоже в этом поучаствовали, но большинство из них не было готово аплодировать к концу речи, поскольку были заняты личными делами.

Дамблдор встал опять.

— Большое спасибо, Профессор Умбридж, это было ярко, — он поклонился ей. — И так, как я уже говорил, пробы в команды Квиддича состоятся…

— Да, это точно было ярко, — прошептала Гермиона.

— Уж не хочешь ли сказать, что тебе понравилось? — Рон повернул голову к Гермионе. — Это была самая скучная речь, которую я когда-либо слышал, а я рос с Перси.

— Я сказала яркая, а не приятная, — ответила Гермиона. — Она очень много объяснила.

— Ты шутишь? — удивился Гарри. — Она трещала, будто лопала вафлю.

— В вафле было очень много спрятано, — помрачнела Гермиона.

— Правда? — безучастно спросил Рон.

— Как вам нравиться "прогресс для пользы прогресса должен иметь препятствия"? А "удаление того, что мы находим, должно быть запрещено"?

— Ну, и что это значит? — нетерпеливо сказал Рон.

— Я скажу тебе, что это значит, — проворчала Гермиона. — Это значит, что Министерство взялось за Хогвартс.

Вокруг них раздался грохот и скрип. Определенно Дамблдор только что распустил всех, так как все уже были готовы, оставить зал. Гермиона взволнованно подскочила:

— Рон, мы же должны показать первокурсникам куда идти!

— Ах, да, — вспомнил Рон. — Эй вы, карлики!

— Рон!

— Ну, они ж и в правду маленькие.

— Я знаю, но ты не должен обзывать их карликами! Первокурсники! скомандовала Гермиона. — Следуйте за мной!

Новички робко прошли в проходе между столами Гриффиндор и Хаффлпаф, каждый их них очень сильно старался не быть первым. Они действительно были очень маленькими; Гарри был уверен, что он не так выглядел, когда приехал сюда. Он улыбнулся им. Блондин, стоявший рядом с Эуаном Аберкромби, оцепенел и начал подталкивать того и шептать что-то ему в ухо. Эуан Аберкромби тоже выглядел напуганным и так посмотрел на Гарри, что его улыбка мигом сползла с лица.