Чтение онлайн

– Мистер Монстер, прошу вас! – воскликнул шокированный Огден. Меропа, которая уже подняла кастрюлю, пошла пятнами и снова выпустила ее из рук. Потом дрожащей рукой вытащила из кармана палочку, направила ее на кастрюлю и еле слышно, торопливо пробормотала заклинание. Кастрюля метнулась к противоположной стене, ударилась о нее и раскололась надвое.

Морфин зашелся клекочущим смехом. Монстер завопил:

– Почини, быстро почини, идиотка!

Меропа, спотыкаясь, прошла по комнате, но даже не успела поднять палочку – Огден поднял свою и твердо сказал:

– Репаро.

Кастрюля моментально склеилась.

Монстер, похоже, хотел закричать на Огдена, но передумал и вместо этого, осклабясь, сказал дочери:

– Повезло, что пришел добрый дядя из министерства, да? Может, ему тебя сбудем, раз он не против мерзких швахов…

Меропа, ни на кого не глядя и не поблагодарив Огдена, дрожащими руками подняла кастрюлю, поставила обратно на полку и встала неподвижно, прислонившись спиной к стенке между грязным окном и плитой, словно больше всего на свете мечтала врасти в нее и исчезнуть.

– Мистер Монстер, – снова заговорил Огден, – как я сказал, причина моего визита…

– Я прекрасно расслышал в первый раз! – резко перебил Монстер. – И что? Морфин задал муглу перцу, и поделом – а теперь что?

– Морфин нарушил колдовской закон, – строго произнес Огден.

– Морфин нарушил колдовской закон, – издевательски пропел Монстер. Морфин захехекал. – Преподал муглишке урок – теперь уж и это незаконно, что ли?

– Да, – кивнул Огден, – боюсь, что так.

Он вытащил из внутреннего кармана небольшой пергаментный свиток и развернул его.

– А это чего, приговор? – сердито повысив голос, спросил Монстер.

– Это вызов в министерство на слушанье…

– Вызов? Вызов? Да кто ты такой, вызывать моего сына?

– Я – глава департамента магического правопорядка, – объяснил Огден.

– А мы, значит, дерьмо, так? – завизжал Монстер, наступая на Огдена и тыча грязным желтым ногтем ему в грудь. – Дерьмо, которое должно бегать на задних лапках, как министерство прикажет? Да ты знаешь, с кем разговариваешь, мерзкое ты мугродье, а?

– По моим сведениям, с мистером Монстером, – произнес Огден осторожно, но не теряя самообладания.

– Именно! – проревел Монстер и выставил средний палец. Гарри сначала решил, что это непристойный жест, но потом понял, что Монстер демонстрирует Огдену уродливое кольцо с черным камнем. – Видал? Видал? Знаешь, что это такое? Знаешь, откуда? Оно в нашей семье уже много веков, вот откуда идет наш род, и сплошь чистая кровь! Знаешь, сколько мне за него предлагали? На камне-то – герб Певереллов!

– Представления не имею, – пожал плечами Огден и моргнул: кольцо промелькнуло в дюйме от его носа, – но это совершенно неважно, мистер Монстер. Ваш сын совершил…

Монстер с яростным ревом бросился к дочери. Его рука метнулась к ее горлу, и Гарри испугался, что он собирается придушить несчастную, но в следующую секунду Монстер уже тащил Меропу к Огдену за золотую цепь, которая висела у нее на шее.

– Видал? – вопил он, потрясая тяжелым золотым медальоном. Меропа в ужасе хрипела и задыхалась.

– Вижу, вижу! – поспешно заверил Огден.

– Это Слизерина! – орал Монстер. – Салазара Слизерина! Мы – последние его потомки! Что вы на это скажете, а?

– Мистер Монстер, ваша дочь! – в тревоге воскликнул Огден, но Монстер уже отпустил Меропу; та, шатаясь, побрела в свой угол. Она потирала шею и хватала ртом воздух.

– Ну? – победно выкрикнул Монстер, словно привел абсолютно неопровержимый аргумент. – И нечего разговаривать с нами, будто мы грязь под ногами! Много поколений чистокровок, и все колдуны – про тебя такого не скажешь!

Он плюнул на пол под ноги Огдену. Морфин опять захехекал. Меропа жалась у окна, повесив голову – тусклые прямые волосы скрывали ее лицо – и молчала.

– Мистер Монстер, – спокойно заговорил Огден, – боюсь, что ни ваши, ни мои предки не имеют ни малейшего отношения к делу. Я здесь из-за Морфина и того мугла, на которого он напал вчера ночью. По нашей информации, – он заглянул в пергамент, – Морфин навел порчу на означенного мугла и вызвал у него приступ крайне болезненной крапивницы.

Морфин хихикнул.

– Тише, мальчик, – бросил Монстер на серпентарго, и его сын затих.

– А если и так, что с того? – с вызовом сказал Монстер, обращаясь к Огдену. – Надо думать, вы уже почистили муглишке личико, заодно с памятью?

– Речь не об этом, мистер Монстер, – отозвался Огден. – Это было ничем не спровоцированное нападение на беззащитного…

– А я сразу почуял, что ты любитель мугродья, едва ты вошел, – мерзко ухмыльнулся Монстер и еще раз плюнул на пол.

– Такой разговор ни к чему не приведет, – решительно заявил Огден. – Поведение вашего сына доказывает, что он не испытывает никаких угрызений совести. – Огден опять заглянул в пергамент. – Морфин должен явиться на слушанье четырнадцатого сентября и ответить на обвинение в использовании магии на глазах у мугла и причинении ему физического и морального вре…

Огден осекся. С улицы послышалось звонкое цоканье копыт и громкие, веселые голоса. Очевидно, дорога в деревню проходила совсем близко от дома. Монстер широко раскрыл глаза и замер, прислушиваясь. Морфин с каким-то голодным видом зашипел и повернул голову на звуки. Меропа подняла голову. Гарри заметил, что она побелела как мел.

– Господи, какое убожество! – прозвенел девичий голосок, так отчетливо, словно его обладательница стояла прямо в комнате. – Том, неужели твой отец не может приказать снести эту лачугу?

– Она не наша, – ответил ей юноша. – По ту сторону дороги все принадлежит нам, но это – жилище нищего старикашки Монстера и его детей. Сынок, кстати, полный псих. Слышала бы ты, что про него рассказывают в деревне…

Девушка рассмеялась. Цоканье копыт становилось все громче. Морфин дернулся, собираясь встать с кресла.

– Сиди, – предупредил его отец на серпентарго.

– Том, – девичий голосок звучал очень близко; видимо, они находились напротив дома, – может, я ошибаюсь… но, кажется, к двери кто-то прибил змею…