Чтение онлайн

— …вы, как я понимаю, абсолютные новички в использовании невербальных заклинаний. В чём заключается преимущество таких заклинаний?

Эрмиона подняла руку. Снэйп не торопясь оглядел весь класс, и лишь убедившись в отсутствии других желающих, отрывисто бросил:

— Очень хорошо. Мисс Грейнджер?

— Ваш противник не представляет, какое заклинание вы собираетесь применить, что даёт вам секундное преимущество, — отчеканила Эрмиона.

— Почти дословная цитата из Стандартной книги заклинаний для шестого класса, — прокомментировал Снэйп (Малфой хихикнул в углу), — но по сути ответ верный. Да, те, кто способен научиться колдовать, не выкрикивая заклинаний, получают при наложении заклятий преимущество за счёт элемента внезапности. Конечно, не всем дано освоить эту область магии; тут нужны концентрация и сила воли, которых некоторым, — его взор снова умышленно задержался на Гарри, — не хватает.

Гарри знал: Снэйп подразумевает их прошлогодние провальные уроки Окклюменции. Он не отвёл глаз, а, напротив, прожигал Снэйпа взглядом, пока тот не отвернулся.

— Сейчас вы разделитесь на пары, — продолжал профессор. — Один из партнёров попытается заколдовать другого, не произнося ни слова . Второй будет пытаться так же молча отразить заклятие. Начинайте.

Снэйп не знал, конечно, что Гарри ещё в прошлом году обучил Ограждающему заклятию по меньшей мере половину аудитории (всех, кто состоял в ДА). Однако никто из них ещё ни разу не применял это заклинание без слов. Как и следовало ожидать, не обошлось без жульничества: многие просто произносили заклинания шёпотом. Верная себе, Эрмиона уже спустя десять минут сумела, не проронив ни единого звука, отразить Проклятье Ватных Ног, которое пробормотал Невилл. Конечно, с горечью подумал Гарри, у любого нормального учителя она заработала бы для Гриффиндора двадцать очков, но Снэйп даже не обратил внимания на её достижение. Он расхаживал между учениками, шелестя мантией и привычно наводя на мысль об огромной летучей мыши. Приблизившись к Гарри и Рону, профессор задержался посмотреть, как они справляются с заданием.

Рон как раз силился заколдовать Гарри: он весь побагровел и плотно сжимал губы, борясь с искушением прошептать заклинание. Гарри держал палочку наготове, намереваясь в любой момент противостоять нападению, сколь маловероятным оно ни казалось.

— Жалкое зрелище, Висли, — через некоторое время произнёс Снэйп. — Постойте… Давайте—ка, я покажу…

Он быстро направил волшебную палочку на Гарри, и тот среагировал инстинктивно: забыв все указания насчёт отражения атаки молча, он завопил:

— Протего!

Ограждающее заклятие получилось настолько сильным, что Снэйпа сбило с ног и ударило о стол. Все в классе тут же обернулись, глядя, как преподаватель, нахмурившись, поднимается.

— Поттер, вы помните, что я приказал заниматься невербальными заклинаниями?

— Да, — сухо ответил Гарри.

— «Да, сэр».

— Необязательно обращаться ко мне «сэр», профессор, — эти слова вылетели у Гарри прежде, чем он смог остановиться. Некоторые сокурсники, включая Эрмиону, раскрыли рты от неожиданности, однако Рон, Дин и Шэймус за спиной Снэйпа одобрительно ухмылялись.

— Отработка в субботу вечером, в моём кабинете, — тяжело обронил Снейп. — Я не потерплю дерзости ни от кого, Поттер… даже от Избранных.

— Гарри, это было великолепно! — прыснул Рон чуть позже, едва они вырвались на перемену.

— Не стоило этого говорить, ох не стоило этого говорить, — неодобрительно глянув на Рона, вздохнула Эрмиона. — Какая муха тебя укусила?

— Он пытался заколдовать меня, если ты вдруг не заметила! — возмутился Гарри. — С меня хватит и прошлогодних уроков Окклюменции! Почему бы ему, для разнообразия, не найти другого подопытного кролика? Чего добивается Дамблдор, позволяя Снэйпу преподавать Защиту? Вы слышали, как этот тип вещал о Тёмных искусствах? Да он их обожает! Все эти «непостоянство, неуловимость»…

— Ну, — вставила Эрмиона, — если на то пошло, он говорил совсем как ты в том году.

— Как я?

— Да. Помнишь, ты делился с нами, каково это — встретиться лицом к лицу с Волдемортом? Ты тогда сказал: дело не в знании кучи заклинаний, а в уме, реакции и храбрости. И разве не об этом же сейчас толковал Снэйп — что всё сводится к смелости и сообразительности?

Гарри был так ошеломлён — ведь сказанное им подруга сочла настолько же достойным запоминания, как и «Стандартную книгу заклинаний», — что даже не нашёлся с ответом.

— Гарри! Эй, Гарри!

Гарри обернулся; со свитком пергамента в руках к нему спешил Джек Слоупер, один из прошлогодних гриффиндорских отбивающих.

— Это тебе! — выпалил он. — Слушай, мне сказали, ты новый капитан. Когда проводишь отбор?

— Пока не знаю, — ответил Гарри, подумав, что Слоуперу очень повезёт, если он снова попадёт в команду. — Я тебе сообщу.

— Ладно… А я надеялся, испытания будут в эти выходные…

Но Гарри не слушал — он узнал крупный косой почерк на пергаменте. Слоупер ещё не договорил, а они вместе с Роном и Эрмионой уже отправились прочь; Гарри на ходу разворачивал послание.

«Дорогой Гарри,

мне бы хотелось начать наши индивидуальные занятия в эту субботу. Пожалуйста, будь в моём кабинете к восьми вечера. Надеюсь, ты рад, что вернулся в школу.

Искренне твой,

Албус Дамблдор.

P.S. Я люблю Кислотные леденцы»

— Он любит Кислотные леденцы? — спросил с недоумением Рон, прочитавший записку через плечо Гарри.

— Пароль для горгульи у его кабинета, — тихо откликнулся Гарри. — Ха! Снэйпу это не понравится… я не смогу прийти к нему на отработку!

Они всю перемену обсуждали, чему же Дамблдор собирается учить Гарри. Рон выдвинул предположение о каких-нибудь эффектных заклинаниях и проклятьях, неизвестных Пожирателям смерти. Эрмиона возразила, что это противозаконно, поэтому Дамблдор, вероятнее всего, будет учить Гарри продвинутой Защитной магии. После перемены она ушла на Арифмантику, а Гарри с Роном возвратились в гостиную и с неохотой сели за заданную Снэйпом домашнюю работу. Вопросы оказались весьма сложными, и даже в послеобеденный перерыв, вместе с вернувшейся Эрмионой, они продолжали трудиться над ними. Несмотря на приход подруги, существенно ускорившей процесс, они едва-едва управились к началу сдвоенной Алхимии и отправились по знакомому маршруту в подземную аудиторию, так долго принадлежавшую Снэйпу.

Подойдя к кабинету, они заметили, что лишь около дюжины человек перешло на уровень Т.Р.И.Т.О.Н.ов. Крабб и Гойл явно недобрали С.О.В. , однако четверым слитеринцам, включая Малфоя, это удалось. Ещё здесь были четверо ребят из Рэйвенкло и один хаффлпаффец, Эрни Макмиллан — несмотря на довольно напыщенные манеры, он Гарри нравился.

— Гарри, — серьёзно сказал Макмиллан, протягивая руку, — не успел поговорить с тобой на Защите от тёмных сил. Думаю, это был хороший урок, хотя для нас, ветеранов ДА, заклинание «Протего» — устаревший фокус… А как ваши дела — Рон, Эрмиона?

Прежде чем они успели ответить хоть что-нибудь, кроме «хорошо», дверь в подземелье открылась, и в проёме обозначился живот Хорохорна, предваряя появление своего хозяина. Профессор широко улыбнулся — длинные моржовые усы его изогнулись, — и пока ученики заходили в класс, он особенно горячо поприветствовал Гарри и Забини.

Как ни странно, подземелье уже было наполнено испарениями и диковинными запахами. Гарри, Рон и Эрмиона с интересом принюхивались, проходя мимо больших булькающих котлов. Четверо слитеринцев сели за один стол. Также поступили и ученики из Рэйвенкло. Гарри, Рону и Эрмионе осталось только разделить стол с Эрни. Они сели поблизости от золотистого котла — оттуда исходил самый соблазнительный аромат, какой Гарри только доводилось вдыхать, заставляющий вспомнить почему-то одновременно пирог с патокой, полированную рукоятку метлы и нечто цветочное, соединяющееся в его представлении с Норой. Юноша обнаружил, что дышит глубоко и размеренно — казалось, пары зелья вливаются в него, словно напиток. Его охватило чувство глубокого успокоения, и он счастливо улыбнулся Рону. Тот лениво усмехнулся в ответ.