Чтение онлайн

Гарри, Рон и Гермиона всегда знали, что у Хагрида была нездоровая страсть к существам большим и ужасным. На первом году их обучения в Хогвартсе он пытался вырастить в своей маленькой деревянной хижине дракона, и они не скоро смогут забыть огромного трёхголового пса, которого он окрестил «Пушком». И если бы в детстве Хагрид услышал, что где-то в замке спрятали монстра, Гарри был уверен, что он пошёл бы на что угодно, лишь бы взглянуть на него. Видимо, он решил, что обидно, что монстр так долго сидел взаперти, и он заслуживал возможности размять своё множество ног; Гарри с лёгкостью представлял, как тринадцатилетний Хагрид пытается надеть на монстра ошейник с поводком. Но он был также уверен, что Хагрид не хотел никого убивать.

Гарри почти жалел, что раскрыл секрет дневника. Снова и снова Рон и Гермиона заставляли его пересказывать увиденное, пока ему не стало плохо от этого рассказа и от бесконечных разговоров, следовавших за ним.

— Возможно, Риддл поймал не того, — сказала Гермиона. — Может, на людей нападал другой монстр…

— Сколько монстров, по-твоему, тут может поместиться? — без выражения спросил Рон.

— Мы всегда знали, что Хагрида исключили, — печально сказал Гарри. — И, должно быть, атаки прекратились после того, как Хагрида выкинули из школы. Иначе Риддл не получил бы свою награду.

Рон попытался сменить тему.

— Риддл и вправду смахивает на Перси… кто его за язык тянул?

— Но монстр кого-то убил, Рон, — сказала Гермиона.

— А Риддлу пришлось бы вернуться в маггловский приют, если бы они закрыли Хогвартс, — сказал Гарри. — Я не виню его за желание остаться здесь…

Рон закусил губу и неуверенно сказал:

— А ты ведь встретил Хагрида на Ноктюрн Аллее, Гарри.

— Он покупал средство от плотоядных слизней, — быстро сказал Гарри.

Они замолчали. После долгой паузы Гермиона решилась озвучить мучивший всех вопрос:

— Может, нам стоит пойти и спросить об этом Хагрида?

— Весёленький получится визит, — сказал Рон. — Привет, Хагрид, скажи-ка, ты в последнее время не выпускал в замке ничего бешеного и волосатого?

В конце концов, они решили, что ничего не скажут Хагриду, если только не произойдёт ещё одно нападение, а поскольку дни сменяли друг друга, а шёпот бестелесного голоса больше не было слышно, у них появилась надежда, что им не придётся разговаривать с ним о том, за что его исключили из школы. Прошло уже почти четыре месяца с тех пор, как окаменели Джастин и Почти Безголовый Ник, и, похоже, почти все решили, что тот, кто на них напал, наконец-то успокоился. Пивзу наконец наскучила песенка про «Нашего Поттера», однажды на уроке Гербологии Эрни Макмиллан вполне вежливо попросил Гарри передать ему ведро с прыгающими поганками, а в марте в третьем парнике несколько Мандрагор устроили чрезвычайно шумную вечеринку. Профессор Спраут была очень довольна.

— Как только они начнут пытаться перебраться друг к другу в горшки, мы будем знать, что они уже выросли, — сказала она Гарри. — И тогда мы сможем оживить всех бедолаг в больничном крыле.

Во время пасхальных каникул второкурсникам было о чём подумать. Пришло время выбирать предметы для третьего года обучения, и Гермиона отнеслась к этому очень серьёзно.

— Это может повлиять на наше будущее, — сказала она Гарри и Рону, когда они сосредоточенно изучали список новых предметов, помечая их галочками.

— Я брошу только Зельеварение, — сказал Гарри.

— Нельзя, — мрачно произнёс Рон. — У нас останутся все старые предметы, иначе бы и я расстался с Защитой от Тёмных Искусств.

— Но это же очень важный предмет! — удивилась Гермиона.

— Не тот, что преподаёт Локхарт, — сказал Рон. — Я ничему не научился, кроме того, что не следует выпускать на волю корнуоллских фей.

Невиллу Лонгботтому пришла куча писем от всех волшебников и волшебниц в семье, и все давали ему советы о том, что стоит выбрать. Совершенно запутавшись и сильно беспокоясь, он сидел со списком предметов, высунув кончик языка, и спрашивал всех, что, по их мнению, может быть труднее: Арифмантика или изучение Древних Рун. Дин Томас, который, как и Гарри, вырос в семье магглов, в итоге просто закрыл глаза и несколько раз бросил палочку на список, отмечая предметы, на которые она попала. Гермиона не слушала ничьих советов и записалась на всё.

Гарри мрачно улыбнулся при мысли, что сказали бы дядя Вернон и тётя Петуния, если бы он попытался обсудить с ними свою будущую карьеру в мире волшебников. Не то, чтобы ему никто не подсказывал — Перси Уизли распирало от желания поделиться опытом:

— Всё зависит от того, чем ты хочешь заниматься, Гарри, — сказал он. — Никогда не рано думать о будущем, поэтому я бы рекомендовал Прорицание. Маггловедение считают не лучшим выбором, но лично я думаю, что волшебникам стоит получше знать немагическое общество, особенно если они собираются сотрудничать с ним — взгляни на моего отца, ему постоянно приходится общаться с магглами. Мой брат Чарли всегда любил свежий воздух, поэтому выбрал Уход за Волшебными Существами. Используй свои сильные стороны, Гарри.

Но единственной вещью, которую Гарри считал своей сильной стороной, был Квиддитч. В итоге он выбрал те же предметы, что и Рон, решив, что если по ним он будет учиться плохо, по крайней мере, поможет ему кто-то дружелюбный.

Следующий матч по Квиддитчу Гриффиндор должен был сыграть против Хаффлпаффа. Вуд заставлял команду тренироваться каждый вечер после ужина, поэтому Гарри едва хватало времени на что-то кроме Квиддитча и домашнего задания. К счастью, тренировки становились лучше, или хотя бы суше, и вечером перед субботним матчем он поднимался в спальню, чтобы положить метлу, чувствуя, что у Гриффиндора выше шансов выиграть Кубок по Квиддитчу ещё не было.

Однако его хорошее настроение долго не продержалось. Наверху лестницы, ведущей в их спальню, он встретил обезумевшего Невилла Лонгботтома.

— Гарри… я не знаю, кто это сделал. Я просто…

С опаской поглядывая на Гарри, Невилл распахнул дверь.

Содержимое чемодана Гарри было разбросано повсюду. Его плащ был разорван и валялся на полу. Простыни были стянуты с кровати, из прикроватной тумбочки был вытащен ящик, а его содержимое разбросано по всему матрасу.

Гарри, раскрыв рот, подошёл к кровати, ступая по вырванным страницам «Турне с Троллями».

Когда они с Невиллом перестилали постель, вошли Рон, Дин и Шеймус. Дин громко выругался.

— Что случилось, Гарри?

— Понятия не имею, — ответил Гарри. Но Рон изучал мантию Гарри. Все карманы были вывернуты.

— Кто-то что-то искал, — сказал он. — Что-нибудь пропало?

Гарри начал подбирать свои вещи и бросать их в чемодан. Только кинув туда последнюю книжку Локхарта, он наконец понял, что именно отсутствует.

— Дневник Риддла пропал, — тихо сказал он Рону.

— Что?

Гарри кивнул на дверь спальни, и они вышли. Они спустились в гриффиндорскую гостиную, уже наполовину опустевшую, и присоединились к Гермионе, которая сидела в одиночестве и читала книгу «Древние руны устроены просто».

Услышав новости, Гермиона была поражена.

— Но… только гриффиндорец мог украсть… больше никто не знает наш пароль…»

«Именно так», — согласился Гарри.

Когда они проснулись следующим утром, на улице светило яркое солнце и дул лёгкий свежий ветерок.