Чтение онлайн

— Рон! — возмутилась Гермиона. — Мы, в любом случае, не приведем с собой детей!

Гарри, улыбаясь, смотрел перед собой. Весь этот разговор действовал на него успокаивающе, и весь мир казался задумчивым и умиротворенным.

И тут Гарри увидел его: бесшумно, почти скользя, человек в черном спешил в Хогсмид со стороны Хогвартса. Гарри очень не хотел, чтобы его внутренний покой был потревожен, но ничего не мог с собой поделать, и им овладело странное предчувствие. Снейп приближался к ним, направляясь куда-то вглубь деревни, и Рон с Гермионой тоже обратили на это внимание.

— Вы когда-нибудь видели, чтобы он покидал замок днем? — удивленно спросил Рон.

— Нет, — ответила Гермиона, с опаской покосившись на Гарри. — Ну что, пойдем назад?

— Это почему еще? Мы же только что пришли и даже пиво еще не допили! — разворчался Рон.

— Допьешь в замке. И я не выражала свое согласие с тем, чтобы сегодня больше ничего не учить, так?

— Гермиона!

— Что такое, Рон?

— Иногда ты становишься невыносимой!

— Ты тоже! Гарри, ты идешь?

— Нет, я посижу еще, я слишком устал.

— Но ведь уже вечереет.

— Идите, я буду вовремя, — Гарри действительно не хотел в замок. Небо, которое медленно окрашивалось в розовый цвет, свежий воздух, приятное вечернее солнце не отпускали его. К тому же ему кое-что пришло в голову.

Рон и Гермиона уже давно ушли, когда он резко встал и пошел прочь из Хогсмида. Он хотел трансгрессировать и, как можно скорее, оказаться в «Норе». Он должен был ее увидеть! И плевать, насколько поздно он вернется в Хогвартс, теперь он знал новый ход в замок… вдоль Черного озера. И если Снейп задержится в деревне, ему точно удастся проскользнуть, так что тот не заметит. Он повернулся на месте и исчез.

Джинни сидела за столом и перебирала письма от Гарри. Она перечитывала их часами, если ей не надо было готовиться к завтрашнему дню. Она не осталась в Хогвартсе, чтобы нагнать полуторагодовалую программу, она училась экстерном. Макгоннагал допустила это редчайшее исключение для нее персонально. Учеба давалась ей легко, и девушка уже предвкушала, как она подаст заявление в спортивный комитет по квиддичу, а параллельно будет писать книги. И Гарри будет тогда с ней. Конечно, ему придется много учиться, но у них все равно будет гораздо больше времени, чем сейчас, во время этих проклятых экзаменов. Светло улыбнувшись своим мыслям, Джинни встала и прошлась несколько раз по комнате. Вдруг она услышала громкий хлопок трансгрессии за окном и выбежала из комнаты. «Это, наверное, папа! Надеюсь, он не останется потом на ночное дежурство!»

Но в дверях стоял вовсе не мистер Уизли, а… Она застыла. А затем, прижав руки к груди, кинулась навстречу Гарри. Секундой позже он заключил ее в объятия: ее волосы пахли духами и еще чем-то, что мог воспринять только он.

— Ты не должен был приходить! — прошептала она. — Ты мог послать письмо!

— Что ты говоришь, Джинни? — он изумленно посмотрел на нее. — Ты же знаешь, что я не мог больше, если я здесь!

— Да, — ответила она после краткого сомнения, — я знаю.

В половине десятого вернулся мистер Уизли. В доме становилось все более шумно. Джинни сказала Гарри, что он должен остаться и переночевать в комнате Рона. Он отказался.

— Они все равно в десять узнают, что меня нет на месте, теперь завели привычку делать ежедневный обход. И именно в десять. Так что у нас еще есть время.

— Ох, Гарри, это я во всем виновата! Должна была давным–давно тебя выпроводить. А теперь мама может зайти в любую минуту!

— Я бы и в этом случае не позволил себя выпроводить, — пошутил Гарри. Он был в превосходном настроении и предвкушал удачную экзаменационную неделю.

— Гарри, тебе сейчас нужно уходить! Уже поздно!

Гарри пришлось уступить. Джинни заметно волновалась, и ему не хотелось это усиливать. Они вышли вместе, он поцеловал ее мягкую, сладко пахнущую кисть и смело трансгрессировал в Хогсмид, но слегка промахнулся мимо цели и очутился где-то между Визжащей Хижиной и восточным берегом Черного озера. Порадовавшись тому, что с ним не случилось расщепления, он зашагал к замку. Уже стемнело, и он с трудом разбирал дорогу, так как постоянно пытался ее сократить. Юноша нырнул в небольшой лесок, уже принадлежавший Хогвартсу и сказал: «Люмос!» Конец волшебной палочки вспыхнул во мраке, и так он почувствовал себя куда увереннее. Он никогда раньше не боялся темноты, но теперь у него было странное чувство, что за ним наблюдают.

Через несколько минут показался Хогвартс, и Гарри прибавил шагу. Было довольно холодно, и он подумал о том, не выпить ли чего-нибудь согревающего сразу, как только он войдет в гостиную, например, сливочного пива? Рон и Кричер наверняка не бросят его в беде, а у Рона были все карманы набиты бутылками с пивом. Похоже, у него появлялась зависимость, но, как думал Гарри, школа авроров вылечит его скоро и навсегда.

Огромные темные силуэты возникли ниоткуда, он услышал странное хриплое дыхание позади него и обернулся, держа палочку наготове. Свет от палочки выявил трех личностей, которых он определенно не знал. Однако это ничего не изменило, и в следующую секунду ему пришлось уворачиваться сразу от нескольких заклятий. Чудом справившись с этой задачей, Гарри попытался выстрелить ответными заклятиями, но для этого пришлось отключить Люмос, и в результате он споткнулся о корень дерева и растянулся на земле. И затем острая боль пронзила его тело в нескольких местах одновременно. Хлынула кровь, и последнее, что он видел, был бледный полумесяц в темно–синей вышине.

Длинный, темный тоннель. Нет конца, нет света и нет больше воздуха в легких. Хочется вырваться, вскочить и заглушить бешеную скорость и освободиться таким образом. Скорость нарастала, но не было ветра, который обыкновенно свистел при этом в ушах, не было и ожидаемого света в конце — кругом только молчаливая, устрашающая тишина. Гарри уже не мог с уверенностью сказать, лежал он или стоял, жив он был или мертв — ужас и отчаяние сковали его, но потом пришла резкая боль в правой руке и в голове, он пошевелил пальцами, но не смог нащупать палочку. И тут раздался низкий, чуть хрипловатый голос, дрожащий от гнева, и Гарри окончательно пришел в себя.

— Зачем тебя вообще куда-то понесло, черт тебя побери? После заката солнца! Я к ТЕБЕ обращаюсь, придурок!

— Профессор? — Гарри почти ничего не видел без очков, тем более что его голова прямо-таки раскалывалась от боли. Расплывающимся черным пятном перед ним, по идее, должен был быть Снейп. — Профессор, это Вы?

— Нет, я конь в пальто! Поттер, я тебе уже тысячу раз повторял и больше не собираюсь: я не намерен с тобой нянчиться!!!

— Но это же только во второй раз, — попытался пошутить Гарри и больше уже не открывал глаза: боль становилась невыносимой.

— Ах, так?! Шутки шутим, да? Весь замок стоит на ушах, в то время как знаменитый Гарри Поттер прогуливается по Запретному Лесу! Если бы я сегодня не был на дежурстве, тебя бы уже давно сожрали! С очками вместе!

— Причем тут очки? — тупо спросил Гарри. — Сожрали?… Значит, они были…?

— Оборотнями, идиот! Не знаю, скажется ли это в будущем, но они тебя все-таки покусали. Не при полной луне, но тем не менее…

— А потом появились Вы и спасли меня… снова, профессор?

— И что? Что ты там плетешь, Поттер?

— Не обращайте внимания… Я еле соображаю. А почему… я здесь?

— Потому что, — Снейп недовольно скривился, — Директор посчитал, что я, видите ли, понимаю больше в таких ранах и последствиях от них, чем мадам Помфри, к тому же из-за потери крови тебя опасно было тащить до больничного крыла… Так что какое-то время ты пробудешь здесь! Надеюсь, скоро мне удастся убедить госпожу Директора переложить тебя туда. А здесь тебе не лазарет, ясно?

— Да, — с трудом выговорил Гарри.

Снейп мерил подземелье шагами, время от времени поглядывая на Гарри, который едва подавлял стон. Ему уже совершенно не хотелось видеть Снейпа, но тот не думал уходить. Вдруг он решительным шагом подошел к самому большому из стоявших в помещении шкафов, достал оттуда небольшую бутылочку синего цвета и приблизился к Гарри. Не говоря ни слова, он буквально влил в него несколько капель, и Гарри тут же почувствовал себя намного лучше и захотел спать. Не успев поблагодарить, он заснул.