Чтение онлайн

Тетя Петунья, худосочная блондинка с лошадиным лицом, подлетела к окну.

«А, надеется увидеть преступника и позвонить на горячую линию», - подумал Гарри.

На целом свете не сыщешь столь любопытной дамы. Всю жизнь только и делает, что следит за соседями - такими же благопристойными занудами.

–  Да неужели непонятно, - дядя обрушил на стол багровый кулачище, - таким людям дорога одна - на виселицу!

–  Что верно, то верно, - кивнула тетя Пету нья, не отрывая взора от зарослей вьющейся фасоли на соседнем участке.

Дядя Вернон допил чай и взглянул на часы.

–  Ну, я пошел, Петунья. Поезд Мардж прибывает в десять часов.

Гарри, все помыслы которого были наверху - там его ожидал «Набор по уходу за метлой», - чуть не упал со стула. Тетушка Мардж!!! Вот те на… Хуже не придумаешь!

–  Тетушка Мардж?!
– не подумав, вскрикнул он.
– Она… она… сегодня приедет?!

Тетушка Мардж - сестра дяди Вернона, и с Гарри родственными узами не связана (мама Гарри была сестрой тети Петуньи). Однако мальчика всю жизнь заставляли звать ее тетушкой. Она живет в пригороде в особняке с садом и разводит бульдогов. Тетушка Мардж не частый гость на Тисовой улице - расставание с прелестными собачками для нее невыносимо. Но в каждый ее приезд Гарри впору лезть на стену.

Гарри помнит приезд тетушки на пятилетие Дадли. Мальчики побежали наперегонки, и Гарри обогнал толстяка, за что получил от тетушки Мардж тростью по ноге. А года через два тетушка заявилась на Рождество. Дадли подарила игрушку - электронного робота, а Гарри - коробку собачьего печенья. Последний визит она нанесла за год до поступления в Хогвартс. Тогда Гарри серьезнее пострадал. Он нечаянно наступил на лапу ее любимой собаке - Злыдню. Бульдог гонял его по саду, пока Гарри не залез на дерево, где и просидел до глубокой ночи: тетушка и не подумала отозвать пса. Вспоминая об этом, Дадли и сейчас хохочет до колик.

–  Мардж погостит у нас неделю, - пробасил дядя Вернон, - а ты, - ткнул он в Гарри толстым пальцем, - слушай меня внимательно!

–  Ха-ха-ха!!!
– Дадли оторвался от телевизора.
– Сейчас папочка начнет чихвостить Гарри. Вот будет весело!

–  Итак, - прорычал дядя Вернон, - с Мардж ты будешь предельно вежлив! Только попробуй ей нагрубить! Понял?!

–  Хорошо, - уныло выдохнул Гарри.
– Но пусть и она меня не обижает…

Дядя Вернон пропустил его слова мимо ушей.

–  Далее. Мардж ничего не знает о твоей… э-э… ненормальности… И покуда она здесь, никаких аномальных явлений! Веди себя прилично! Понял меня?!

–  Буду. Если она тоже будет прилично вести, - стиснув зубы, кивнул Гарри.

На багровом, мясистом лице дяди еле проглядывали маленькие, злые глазки.

–  И наконец, мы сказали Мардж, что ты ходишь в школу для трудных, ну, в общем, безнадежных подростков имени святого Брутуса.

–  Что?!
– ахнул Гарри. Врать, что он учится с будущими преступниками?!

–  Мальчик, запомни, что я сказал. Не то тебе будет худо, - брызнул слюной дядя.

Побледнев, Гарри уставился на дядю. Тетушка Мардж приезжает на целую неделю! Да-а, Дурсли устроили незабываемый день рождения! По сравнению с этим подарок в виде старых носков дяди Вернона - просто мечта!

–  Ну, Петунья, я поехал, - сказал дядя, тяжело поднимаясь со стула.
– Дадли, не хочешь прокатиться со мной?

–  Не-а, - замотал головой Дадли.

Дядя Вернон перестал поучать Гарри, и толстяк снова впился в телевизор.

–  Дадлик, пойди переоденься.
– Тетя ласково погладила сыночка по жидким светлым волосам.
– Мама купила своему мальчику такую красивую бабочку! Ах! Тетушка будет в восторге!

Дядя хлопнул Дадли по толстому плечу.

–  Я скоро вернусь, - попрощался он и вышел из кухни.

Гарри сидел понурив голову. Он был вне себя. И вдруг его озарило. Отбросив гренку, Гарри пулей вылетел в холл.

Дядя Вернон уже натягивал пальто.

–  А тебя я с собой не звал, - буркнул дядя.

–  Я не за этим, - твердо сказал Гарри.
– Хочу вас кое о чем попросить.

Дядя Вернон прищурился.

–  Третьекурсникам в Хог… то есть в моей школе разрешено посещать одну деревню, - произнес Гарри.

–  А я при чем?
– зашипел дядя, снимая с крючка ключи от машины.

–  Но надо ваше разрешение.

–  С какой стати, интересно?
– хмыкнул дядя Вернон.

–  Понимаете, - осторожно начал Гарри, - мне ведь нелегко будет притворяться, что я учусь в школе святого…

–  В школе для трудных, с криминальными наклонностями подростков имени святого Брутуса, - закончил за него дядя Вернон.

Кажется, дядя занервничал, подумал Гарри.

–  Правильно.
– Он спокойно смотрел на багровое лицо дяди и продолжал: - Но это трудно запомнить. И чтобы тетушка Мардж поверила, придется постараться, а то вдруг я скажу чего не так?

–  Тогда я из твоей башки выбью всю дурь!!! Сжав кулак, дядя двинулся на Гарри, но тот и не шелохнулся.

–  Ну и выбивайте! Тетушка все равно сказанного мной не забудет!

Дядя Вернон оторопел - кулак повис в воздухе, лицо исказила гримаса.

–  Но если вы подпишете разрешение, - быстро сказал Гарри, - то, клянусь, я запомню эту школу и буду вести себя как магл, то есть как хороший мальчик.

Дядя стиснул зубы и задумался. Жилка у него на виске запульсировала.

–  Ладно, - наконец изрек он.
– Будешь говорить, что я велел, подпишу эту чертову бумагу. Но если обманешь - пеняй на себя!

Дядя круто развернулся и хлопнул дверью так, что из частого переплета над ней вылетело цветное стеклышко.

На кухню Гарри не вернулся, отправился к себе в комнату: хочешь вести себя как истинный магл, начинай прямо сейчас.

Гарри долго собирал подарки с открытками. Наконец с тяжким вздохом спрятал все под кровать к учебникам. Подошел к клетке: Букля и Стрелка, которая уже оправилась от перелета, спали, спрятав под крыло голову. Гарри снова вздохнул и разбудил сов, потыкав пальцем ту и другую.

–  Букля, - жалобно молвил он, - вам со Стрелкой придется улететь. Только на неделю. Я Рону напишу, он присмотрит за тобой. Ну не надо так смотреть, ради бога!
– В больших янтарных глазах Букли читался упрек.
– Я не виноват! Я только так смогу получить разрешение, чтобы с друзьями ходить в Хогсмид.

Гарри написал Рону письмо, привязал к лапе Букли, и минут через десять совы вылетели из окна. Гарри убрал пустую клетку в шкаф. Эх, тоска, но делать нечего!

Скучать долго не пришлось. Вскоре весь дом огласили крики тети Петуньи: