Чтение онлайн

–  Стоп, - внезапно сказал Хагрид, когда Гарри и Гермиона продирались сквозь густые заросли спорыша. Вытащив из колчана у себя за плечом стрелу, он сунул ее в арбалет. Гарри с Гермионой подняли палочки - теперь, стоя на месте, они тоже услышали, как совсем рядом кто-то шелестит ветками.

–  Вот незадача, - тихо сказал Хагрид.

–  Хагрид!
– раздался звучный мужской голос.
– Кажется, мы предупреждали тебя, чтобы ты больше сюда не приходил?

Несколько секунд они смотрели, как в пятнистых зеленоватых сумерках к ним плывет обнаженный мужской торс; затем иллюзия развеялась, и они увидели, что этот торс прочно покоится на теле гнедого коня. У кентавра было надменное широкоскулое лицо и длинные черные волосы. Подобно Хагриду он был вооружен: за его спиной висели большой лук и полный колчан стрел.

–  Как дела, Магориан?
– осторожно спросил Хагрид.

В гуще деревьев позади кентавра послышался шорох, и вслед за ним появились еще четверо или пятеро его собратьев. Гарри заметил среди них бородатого Бейна, которого встретил почти четыре года назад в ту самую ночь, когда познакомился с Флоренцем. Если Бейн и узнал Гарри, то не подал виду.

–  Итак, - сказал он с нехорошей интонацией в голосе, сразу же поворачиваясь к Магориану - по-моему, мы договорились, что нам следует сделать, если в нашем Лесу еще когда-нибудь объявится этот человек?

–  Стало быть, я для вас уже «этот человек», да?
– кисло спросил Хагрид.
– Только потому, что не дал вам совершить убийство?

–  Не надо было тебе вмешиваться, Хагрид, - сказал Магориан.
– У нас своя жизнь и свои законы, не такие, как ваши. Флоренц предал и обесчестил нас.

–  Не понимаю, с чего вы это взяли, - нетерпеливо сказал Хагрид.
– Он всего только помог Альбусу Дамблдору…

–  Флоренц сделался рабом людей, - сказал серый кентавр с грубым, изрезанным морщинами лицом.

–  Рабом!
– язвительно повторил Хагрид.
– Да он оказал Дамблдору честь, вот и…

–  Он торгует нашим знанием и тайнами - выдает их людям, - спокойно сказал Магориан.
– Такое унижение нельзя стерпеть.

–  Дело ваше, - откликнулся Хагрид, пожимая плечами, - хотя мне лично сдается, что вы делаете большую ошибку…

–  Как ты, человек, - сказал Бейн, - осмелился вернуться в наш Лес после того, как мы тебя предупредили?

–  Вот что, послушайте-ка меня, - сердито сказал Хагрид.
– Я предпочел бы поменьше слышать про «наш» Лес, если не возражаете. Не вам решать, кому сюда приходить, а кому уходить…

–  Но и не тебе, Хагрид, - живо ответил Магориан.
– Сегодня я позволю тебе пройти, поскольку тебя сопровождают твои молодые…

–  Они вовсе не его!
– презрительно бросил Бейн.
– Это ученики той школы, Магориан! Возможно, они уже кое-что извлекли из уроков негодяя Флоренца.

–  Тем не менее, - холодно сказал Магориан, - убийство жеребят - тягчайшее из преступлений, и невиновных мы не трогаем. Сегодня, Хагрид, иди с миром. Но в дальнейшем держись от этих мест подальше. Ты предал дружбу кентавров, когда помог изменнику Флоренцу уйти от расплаты.

–  Я не собираюсь держаться подальше от Леса из-за стада упрямых мулов вроде вас!
– выпалил Хагрид.

–  Хагрид, - сказала Гермиона высоким испуганным голосом, увидев, что Бейн и серый кентавр роют землю копытами.
– Хагрид, пойдем! Пожалуйста!

Лесничий двинулся вперед, но его арбалет был по-прежнему поднят, а взгляд по-прежнему угрожающе прикован к Магориану.

–  Мы знаем, что ты прячешь в Лесу, Хагрид!
– крикнул им вслед Магориан, когда кентавры уже почти скрылись из виду.
– И наше терпение не бесконечно!

Хагрид повернулся - казалось, он еле сдерживает себя, чтобы не кинуться обратно к Магориану.

–  Придется вам потерпеть, пока он здесь, - он имеет на этот Лес не меньше прав, чем вы!
– завопил он в ответ.

Гарри с Гермионой, вцепившись в кротовый жилет Хагрида, изо всех сил пытались удержать лесничего на месте. Все еще хмурясь, он посмотрел вниз, и гнев на его лице сменился легким удивлением: похоже, он и не заметил их отчаянных стараний.

–  Успокойтесь, ребята, - сказал он, поворачиваясь, чтобы идти дальше, и они, тяжело дыша, побрели за ним.
– Вот ведь упрямые мулы, верно?

–  Хагрид, - с трудом выговорила Гермиона, обходя густые заросли крапивы, которые им уже пришлось штурмовать на пути сюда, - если кентавры не хотят, чтобы в Лесу появлялись люди, непонятно, как мы с Гарри сможем…

–  Ты же слышала, что они сказали, - беззаботно отозвался Хагрид.
– Они не трогают жеребят… то есть детей. Да и вообще, станем мы их слушаться!

–  Не горюй, - шепнул Гарри удрученной Гермионе.

Наконец они снова выбрались на тропинку, и еще минут через десять заросли стали редеть, между деревьями заголубели просветы, а вдали снова послышались возбужденные крики и скандирование болельщиков.

–  Что, еще один гол?
– спросил Хагрид, останавливаясь под прикрытием деревьев, когда в поле зрения показался школьный стадион.
– Или это матч кончился, как по-вашему?

–  Не знаю, - несчастным голосом сказала Гермиона. Гарри заметил, что вид у нее довольно жалкий: в волосы набились прутики и листочки, мантия порвана в нескольких местах, а лицо и руки испещрены царапинами. Он понял, что и сам выглядит немногим лучше.

–  А по-моему, кончился!
– сказал Хагрид. Он все еще смотрел в сторону стадиона.
– Видите - народ уже выходит… Если вы поспешите, можете смешаться с толпой, и никто не узнает, что вас там не было!

–  Отличная идея, - сказал Гарри.
– Ну… тогда пока, Хагрид.

–  Я ему не верю, - сказала Гермиона, когда они отошли от Хагрида и он больше не мог их слышать. Голос еще плохо повиновался ей.
– Я ему не верю. Правда, не верю!

–  Успокойся, - сказал Гарри.

–  Успокойся!
– горячо воскликнула она.
– Великан! Великан в Лесу! И мы подрядились давать ему уроки английского! Это, разумеется, при условии, что нам удастся миновать стадо кровожадных кентавров на пути туда и обратно! Я ему не верю!

–  Пока нам ничего делать не надо!
– попытался успокоить ее Гарри. Он говорил тихо, поскольку они только что присоединились к компании оживленно болтающих пуффендуйцев, которые направлялись обратно в замок - Он не просил нас помогать до тех пор, пока его не выгонят. Может, этого и вовсе никогда не случится!

–  Ох, Гарри, перестань, - сердито сказала Гермиона и остановилась как вкопанная. Тем, кто шел за ней, пришлось свернуть, чтобы избежать столкновения.
– Его обязательно выгонят, и после всего, что мы сегодня видели, у кого повернется язык упрекнуть Амбридж?