Чтение онлайн

–  Итак, бедную Розмерту заставили спрятаться в туалете и всучить ожерелье первой попавшейся ученице Хогвартса, которая войдет туда в одиночку? А отравленная медовуха… Естественно, Розмерта могла добавить в нее яд, прежде чем послать бутылку Слизнорту, который собирался подарить ее мне на Рождество… Да, чистая работа… очень чистая… Бед-ный мистер Филч не стал бы, конечно, проверять бутылку, присланную Розмертой… Но скажите, как вы с ней сообщались? Я полагал, что все способы связи со школой у нас под наблюдением.

–  Зачарованные монеты, - ответил Малфой. Казалось, он принуждал себя продолжать разговор; рука его, державшая палочку, ходила ходуном.
– Одна была у меня, другая у нее, мы могли обмениваться сообщениями…

–  Это не тот ли способ секретной связи, которым в прошлом году пользовалось общество, именовавшее себя «отрядом Дамблдора»?
– спросил старый волшебник. Дамблдор говорил легко, непринужденно, но Гарри увидел, как, задавая вопрос, он сполз по стене еще на дюйм.

–  Да, идею я взял у них, - криво улыбнувшись, сказал Малфой.
– И мысль насчет яда тоже позаимствовал у грязнокровки Грейнджер - услышал в библиотеке, как она говорила, что зелья Филч распознавать не умеет, ну и…

–  Будьте любезны, не используйте при мне это бранное слово, - попросил Дамблдор.

Малфой хрипло хохотнул:

–  Я, того и гляди, убью вас, а вы переживаете из-за слова «грязнокровка»?

–  Да, переживаю, - подтвердил Дамблдор, и Гарри увидел, как его ступни скользнули по полу от усилий, которые он прилагал, чтобы стоять прямо.
– Ну, а насчет того, чтобы убить меня, Драко, - у вас уже имелось для этого немало долгих минут. Мы совершенно одни. Я беззащитен в большей мере, чем вам могло когда-либо примечтаться, и все-таки вы так ничего и не предприняли…

Губы Малфоя непроизвольно дернулись - как если б ему попала в рот какая-то гадость.

–  Так вот, насчет сегодняшней ночи, - продолжал Дамблдор.
– Я немного озадачен случившимся… Вы ведь как-то узнали, что я покинул школу? Хотя, разумеется, - ответил сам он на свой вопрос, - Розмерта видела, как я ухожу, и, не сомневаюсь, воспользовалась вашими замечательными монетами, чтобы сообщить вам об этом…

–  Именно так, - сказал Малфой.
– Правда, она сказала, что вы надумали выпить и скоро вернетесь…

–  Что ж, выпить я действительно выпил… и вернулся… если это так можно назвать, - пробормотал Дамблдор.
– Так вы решили расставить мне ловушку?

–  Мы решили подвесить над башней Черную Метку, чтобы вы примчались сюда посмотреть, кого убили, - подтвердил Малфой.
– И все сработало!

–  Ну… и да, и нет… - сказал Дамблдор.
– Ведь насколько я понял, никто пока не убит?

–  Кто-то погиб точно, - ответил Малфой голосом, ставшим вдруг на октаву выше.
– Один из ваших… не знаю кто, там было темно… я переступил через тело… я должен был ждать вашего возвращения здесь, наверху, да только ваш феникс все время путался у меня под ногами.

–  Да, это они умеют, - сказал Дамблдор.

Снова грохот и крики внизу, ставшие еще громче, чем прежде; похоже, сражение идет уже на винтовой лестнице, ведущей туда, где стояли Дамблдор, Малфой и Гарри, в невидимой груди которого неслышно бухало сердце. Кто-то погиб… Малфой переступил через тело… но через чье?

–  Так или иначе, времени у нас остается мало, - сказал Дамблдор, - поэтому давайте поговорим о ваших возможностях, Драко.

–  Моих возможностях!
– выпалил Малфой.
– Я стою перед вами с волшебной палочкой и вот-вот убью вас…

–  Мой милый мальчик, пора оставить притворство. Если бы вы собирались убить меня, то сделали бы это сразу, едва применив Обезоруживающее заклинание, а не стали бы медлить ради приятной беседы о путях и средствах.

–  У меня нет выбора!
– ответил Малфой, становясь вдруг таким же белым, как Дамблдор.
– Я должен сделать это. Он убьет меня! Убьет всю мою семью!

–  Сложность вашего положения мне понятна, - сказал Дамблдор.
– Почему, как вы полагаете, я до сих пор не встретился с вами с глазу на глаз? Потому что знал: как только лорд Волан-де-Морт поймет, что я вас подозреваю, вы будете убиты.

Малфой, услышав это имя, поежился.

–  Я не решался заговаривать с вами о задании, которое он вам дал, из опасений, что он использует против вас легилименцию, - продолжал Дамблдор.
– Но теперь мы можем наконец поговорить начистоту. Вреда вы пока никакого не причинили, никого не покалечили, хотя то, что выбранные вами жертвы выжили, и можно отнести лишь за счет удачи… Я могу помочь вам, Драко.

–  Нет, не можете, - ответил Малфой; палочка в его руке тряслась так, что страшно было смотреть.
– И никто не может. Он сказал, что, если я не сделаю это, он убьет меня. У меня нет выбора.

–  Перейдите на правую сторону, Драко, и мы сумеем укрыть вас так основательно, как вам и не снилось. Больше того, я могу послать сегодня членов Ордена Феникса к вашей матери, чтобы они укрыли и ее. Отцу вашему ничто сейчас в Азкабане не грозит, а когда придет время, мы защитим и его тоже… Переходите на правую сторону, Драко… вы же не убийца…

Малфой во все глаза смотрел на Дамблдора.

–  Но я зашел слишком далеко… - медленно произнес он.
– Они думали, что я погибну, пытаясь прикончить вас, а я здесь… вы в моих руках… палочка есть только у меня… вам остается рассчитывать лишь на мое милосердие…

–  Нет, Драко, - негромко ответил Дамблдор.
– Сейчас в счет идет мое милосердие, не ваше.

Малфой молчал. Рот его был приоткрыт, волшебная палочка по-прежнему дрожала. Гарри показалось, что она чуть-чуть опустилась…

Но тут на лестнице загремели шаги, и через секунду Малфоя оттолкнули в сторону четверо в черных мантиях, выскочившие из двери. Все еще парализованный, неспособный даже мигать, Гарри с ужасом смотрел на незнакомцев. Похоже, Пожиратели смерти победили в шедшем внизу сражении.

Грузный колдун со странно перекошенным ртом одышливо захихикал.

–  Дамблдора приперли к стенке!
– сказал он и повернулся к приземистой женщине, судя по внешности, его сестре, и та алчно улыбнулась.
– Дамблдор без волшебной палочки, Дамблдор в одиночестве! Отлично, Драко, отлично!

–  Добрый вечер, Амикус, - спокойно произнес Дамблдор, словно приветствуя гостя, явившегося на чашку чая.
– Вы и Алекто с собой привели… очаровательно…

Колдунья издала сердитый смешок.