Чтение онлайн

Спасибо, на самом деле, одному из бесконечных психологов, который со мной работал — он научил меня справляться со стрессом, головными болями из-за перенапряжения, бессонницей, научил основам кинезиологии. Я тоже сначала не верила и фыркала, как и Гор, но растеряла весь свой скепсис после первого же занятия, когда спала после спокойно почти всю ночь. Тогда мне казалось, что это почти магия.

Я опустила руки, встряхнула, чтобы сбросить напряжение с собственных пальцев, выбралась из-за широкой спины. Хмыкнула в голос, когда увидела расслабленное лицо Ястреба и почти блаженную улыбку.

— Ты ведьма, Воронова, признайся, — прохрипел он, лениво открывая глаза.

— Нет. Это наука, Гор, такая же почти, как и програминг, — покачала головой и села напротив, выуживая из пакетов обед. Игорь сел ровнее, с явным энтузиазмом наблюдал за моими действиями. Наверняка голодным был не меньше, чем уставшим. — Началась с физиотерапевтов и спортсменов, — подтолкнула к нему его же обед.

— Тебе стартап надо открывать и не бить людей, а вот эту вот магию творить, — Ястреб скрестил ноги по-турецки, вскрыл контейнер и склонил голову набок, удивленно уставившись на содержимое.

— Мне Энджи подсказала, — улыбнулась, а потом вернулась к стартапу. — Бить людей интереснее, — пожала плечами. — И денег больше платят.

Гор коротко рассмеялся.

Хорошо рассмеялся, мягко и тихо. А меня шваркнуло и вскрыло, стало так… Так правильно. Все это, все то, что сейчас между нами происходило. Важное и тонкое. Я вдохнула, пропуская через себя эти новые, незнакомые ощущения, выдохнула, наблюдая за Гором завороженно. Снова вдохнула, ловя оттенки и отголоски, разбирая их, пробуя. Чтобы ничего не упустить, чтобы запомнить, чтобы прочувствовать каждый. Опять выдохнула.

И испугалась. Даже дернулась, потому что стало вдруг дико страшно.

Ястреб уже так глубоко… Давно под кожей, в нервных окончаниях и крови. А что если… Что будет со мной если…

Я передернула плечами и спрятала от Ястреба, наверняка, перепуганный взгляд. Изо всех сил старалась выкинуть из дурной головы мысли об этом гребаном «если» и с удивлением, поняла, насколько я оказывается большая трусиха. Насколько боюсь перемен.

Наверное, именно поэтому и работаю в Иннотек столько времени, три года уже… На одном месте, в окружении одних и тех же людей…

Еще один стеклянный шар, реальность за пределами которого, кажется домиком ужасов. И… И дикая смесь из чувства вины, беспомощности и растерянности продрала от горла до желудка.

Ты — обманщица, Воронова. Говно в проруби.

— Гор, — я все-таки заставила себя посмотреть на Ястреба, проглатывая пасту и совершенно не чувствуя ее вкуса, — не подумай ничего такого, скорее это исследовательский интерес… — начала подбирая слова, совсем не уверенная, что мне хватит смелости закончить.

— Уже заинтриговала, — усмехнулся Игорь, легко щурясь.

— Скажи, кто ты через десять лет? Где? — выдохнула и отложила вилку, сцепляя пальцы в замок. Он заметил, скорее всего, но мне было плевать. Так легче.

— Где-то на юге, — широко улыбнулся он. — В большом доме, горы рядом. Я все тот же разраб, все так же клепаю коды, но, наверное, уйду на фриланс, — просто пожал он плечами. — Семья, конюшни и виноградник.

— Ты же ненавидишь фрилансеров, — удивилась.

— Да. Но это не значит, что полностью исключаю для себя такую возможность, — развел он руками в стороны. — Я люблю город, его шум и темп, люблю то, чем занимаюсь, но это не значит, что через десять лет все останется по-прежнему.

— И ты всегда хотел быть разрабом? Никогда не думал о чем-то другом?

— Ну, года в четыре я хотел рисовать разметку на дорогах, — очень серьезно ответил Ястреб, — мне казалось, что ничего нет круче, и что я буду заниматься этим по всей стране. Дотяну полосу от Москвы до Иркутска, через тайгу и Сибирь, все время в дороге.

— Очень важное дело, — кивнула так же серьезно. — Ты оказывается был романтиком.

— Ага и любителем приключений, — Ястреб вернулся к еде. — Но в шесть мне купили плойку, и я забыл про разметку.

— Понятно, — кивнула, снова пряча взгляд.

— Почему ты спрашиваешь?

— Просто интересно стало, — отмахнулась от вопроса Игоря. В конце концов я не поэтому завела этот разговор. — Я знаю, что тебя схантили чуть ли не у госов. Почему ты ушел?

— Надоело, — хмыкнул он. — Жесткие рамки, слишком много правил и слишком мало места для творчества, военка начала утомлять, мне захотелось свободы.

— Тебя часто хантили?

— Я сменил мест пять или шесть до Иннотек, но до нас я так или иначе крутился возле военки. Как-то так вышло. Я получал от этого определенный кайф и драйв, а потом, — Ястреб улыбнулся криво, насмехаясь сам над собой, — просто повзрослел.

Я снова только кивнула. Потому что, наверное, сама так и не повзрослела. До Иннотек я работала только в одной компании, и что там, что здесь просто плыву по течению. Кажется, что что-то упускаю.

К черту… Нахрен все это.

Я передернула плечами и заставила себя вернуться к еде, под хмурым и сосредоточенным взглядом Ястреба. Сменила тему, на его работу сегодня в кубе, а лицемерные размышления затолкала подальше.

Мы так и доели, обсуждая, жедешников и те костыли, которые Ястреб пытался сейчас к ним присобачить. Спустились с платформы вниз, и я отдала Гору очки. Он смотрел на футляр как-то странно и растерянно, а я не понимала причины такого поведения.

— Ты так смотришь, как будто я вручила тебе, как минимум почку, как максимум костный мозг, — улыбнулась криво. — Что не так?

— Все так, — тут же вскинул он голову и широко улыбнулся. — Когда ты успела?

— До того, как пришла в куб. Их делали минут сорок, Ястреб. В следующий раз я выволоку тебя из кресла и пинками загоню в оптику, — проворчала, надевая сброшенные каблуки. Когда выпрямилась, Гор уже красовался в очках. Ему действительно шло, и я почти выдохнула. — Как?

— Отлично! — еще шире улыбнулся он, поправил новые глаза костяшкой пальца и вдруг шагнул ко мне почти вплотную, стиснул в руках, отрывая от пола.

— Что…

— Пупок надорвешь, Воронова, — хмыкнул он, сжимая крепче. — Тебе не выволочь меня из кресла, при всем твоем желании, — слишком довольно прозвучало, и захотелось его тут же треснуть, до того довольное и какое-то сытое выражение было на его лице. Ястреб, видимо, сумел прочитать это желание в моих глазах. Хмыкнул, слегка подбросил, вырвав из горла задушенный писк, и коротко поцеловал.

— Гор, — зашипела тут же, оглядываясь на пока все еще матовую и непрозрачную дверь куба.