Чтение онлайн

Когда все стихло, он еще долго лежал и не двигался. Грубые руки подняли его голову, и ему в лицо посветили фонариком.

— Живой?

— Кажись, да.

— Хорошо, а то бабки не получим, если он ласты склеит.

Леша не слышал, о чем говорили эти парни, уходя от него. Когда их шаги стихли, он попытался подняться. Мгновенная боль в позвоночнике пронзила его тело. Он застонал и опять повалился в холодную грязную лужу.

Через некоторое время Алеша попытался еще раз подняться. Сначала он встал на коленки и только потом, очень медленно, стал подниматься на ноги. То, что его грыжа воспалилась, он уже ощутил. И теперь левая нога практически не слушалась его, а спина болела так, что из глаз просто искры сыпались.

Но он, превозмогая боль, поковылял в сторону выхода с пустыря, попутно наткнувшись на свой рюкзак. Понятно, что ни о какой поездке за город теперь не шло и речи — ему бы до дома дойти. И он шел, зная, что должен идти. Там бабушка, он не может позволить себе быть слабым. Он сильный.

Хорошо, дома была бабушкина сиделка — она помогла Алешке раздеться. Все вещи на нем были грязными и мокрыми. Она же довела его до ванной, где Алеша стер с себя грязь, и потом, найдя Лешкины лекарства, сделала ему укол и дала таблеток.

Он попросил ее помочь ему позвонить с городского телефона. Алешке удалось дозвониться до одного из инструкторов и сказать, что он заболел и не приедет.

Лекарства, принятые им, наконец подействовали, и Лешка провалился в сон.

Месяц май вступал в свои права — побегами молодой листвы и теплым солнцем. Правда, на сами майские праздники, как это обычно бывает, сильно похолодало, даже в Подмосковье шел снег. Но он быстро растаял под напором майского солнца, которое согревало землю и людей.

Гавр, получив отчет от Вениамина об исполнении задания, специально выждал все майские праздники и только потом решил, что пора проведать больного. Он накупил два пакета продуктов в супермаркете и дал команду своему водителю везти его в Кунцево. Он никогда не был в этом районе и, смотря из окон машины, думал, что и не хотел бы быть здесь. Самый обычный рабоче-крестьянский район. Его аж передергивало от всего, что он видел. Но Гавр решил пересилить себя и внутреннее отвращение ко всему. Он должен пойти навестить больного, ведь игра стоит свеч. Это его игра и он сам ее режиссировал. И вот, по его сценарию, он должен навестить Лекса, который к этому моменту уже в полной мере ощутил все грани своего отчаянья — и тут появляется Гавр в образе спасителя. Лексу лишь стоит сказать "да" — и все его проблемы решатся, как по мановению волшебной палочки.

Поднявшись на нужный этаж, Гавр позвонил. Дверь ему открыла старушка и на вопрос об Алексее пропустила в квартиру, ворча о тяготах жизни и ценах в магазине.

Постучав в указанную дверь, Гавр зашел внутрь очень маленькой комнатки, где стояли две кровати, стол, шкаф, кресло и пара стульев. На одной кровати лежала бабушка, Гавр понял, что это и есть бабушка Лекса. На второй кровати лежал сам Лекс, а в кресле сидела женщина и вязала носок.

— Здравствуйте, — поздоровался Гавр, — я пришел навестить своего больного сотрудника, а то он пропал и на работу не выходит. Лек… Алексей, что с тобой?

— Здравствуйте, Гавриил Владимирович, — Алеша испуганно смотрел на Гавра и даже попытался приподняться, но сразу лег обратно, чувствуя боль в спине. — Алевтина Ивановна, это мой руководитель, я у него работаю, — Леша посмотрел на сиделку.

— Здравствуйте, — безразлично ответила женщина.

— Алевтина Ивановна, я вот больному продуктов купил. Вы не поможете их в холодильник убрать?

Сиделка взяла пакеты из рук Гавра и вышла из комнаты. Гавр дождался, когда за ней закроется дверь. Он пододвинул стул и сел напротив Леши; немного помедлив, взял его руку в свою, погладив и несильно сжав ее.

— Что случилось? Я недавно услышал от кадровика, что ты предупредил, что заболел и это надолго. Когда я это узнал, то сразу решил проведать тебя. Так что с тобой?

— Спина… опять грыжа воспалилась, — Алеша чувствовал, что Гавр продолжает держать его руку, и от этого прикосновения ему очень хотелось избавиться, но он не стал.

— Застудил спину, когда на лошадях в Подмосковье ездил? Я так и подумал, тебя явно не подходит такая работа — весь день на лошади трястись.

— Нет. Это не из-за этого.

— А из-за чего?

— Меня избили. Попросили закурить, а потом просто били… — Алеша видел сочувствие в глазах Гавра. — Я шел к станции, там вечером безлюдно…

— Ты написал заявление в милицию? Ты их запомнил, сколько их было?

— Я не буду никуда заявлять… и их я не запомнил. Их, кажется, пятеро было, но я плохо помню. Сейчас это уже не важно.

— Я не знал, что произошло… Мне очень жаль, что такое с тобой случилось. Ты врача вызывал?

— Нет… зачем? Я и так знаю, какие лекарства для спины нужны, они у меня еще остались.

Гавр медленно поднял его руку и теперь уже держал ее на весу, рассматривая неширокую кисть и длинные, тонкие пальцы. Потом он перевел взгляд на лицо парня, и, протянув руку, провел по его скуле. Алеша отшатнулся. Гавр не стал повторять попытки, он, лишь придав голосу печаль, произнес:

— Позволь мне позаботиться о тебе. Я хочу забрать тебя отсюда, привезти в свой дом, вызвать врача. И для бабушки твоей все сделать, снять другую квартиру, а не этот клоповник, обеспечить ее должным уходом. Позволь мне заботиться о тебе.

Алеша смотрел в глаза Гавра. Он видел искренность и еще то, что его пугало в его взгляде. Он видел желание обладать им. Вот это желание и убивало все в Леше. Он не мог понять, как мужчина может хотеть парня.

В затянувшейся паузе Гавр произнес:

— Стань моим… Лекс.

Вот это чуждое Алешке имя окончательно отрезвило его от магии темно-оливкового взгляда этого мужчины, и он, отводя глаза, произнес:

— Спасибо, Гавр, что приехал меня навестить. Я не обижусь, если ты меня уволишь с работы, я ведь теперь только через месяц смогу туда выйти. Спасибо за продукты… Я как-нибудь сам справлюсь…

Гавр понимал, что, несмотря ни на что, Лекс не сломился, но с другой стороны, прошло еще мало времени и, видно, у парня были в запасе еще деньги. Хорошо, тогда он подождет и посмотрит, что будет делать Лекс, когда деньги кончатся, а зарабатывать он их в ближайшее время явно не сможет. Вениамин хорошо выполнил свою работу, и это бесспорно.

— Хорошо. Я не настаиваю. Я просто хочу, чтобы ты знал: я буду ждать, и не важно, сколько… Ты всегда можешь прийти ко мне, я буду ждать тебя, Лекс.