Чтение онлайн

–  Не будь сентиментальным, мой мальчик. Дело превыше всего! Мы все живем по законам джунглей, и я презирал бы себя до конца своих дней, если бы в такую минуту не воспользовался этим! Мы начинаем кампанию, равной которой еще не было со времен Аль Капоне.

–  А моя Паола?

–  С бюро сыска уже все согласовано: мы увеличили им гонорар и все расходы берем на себя. Не благодари, мой мальчик. Теперь за поиски Паолы взялась наша газета, и мы будем вести их до того дня, когда русские вернутся с Марса. Я уже подписал договоры с дюжиной писателей детективного жанра, и они готовят материалы: мы ежедневно будем публиковать ход поисков твоей Паолы. Я всегда говорил, что она прекрасная женщина; никто на ее месте не смог бы выбрать лучшего времени, чтобы исчезнуть!

–  А если она отыщется завтра, шеф?

–  Хоть сегодня! Мы дадим тебе деньги, гору денег, Боб, и ты уедешь с ней на край света. Мужайся, мой мальчик, ты должен понять, что нам необходимо искать ее не менее трех с половиной - четырех месяцев.

Боб не стал дольше слушать шефа, он выбежал из кабинета и кинулся к лифту. Испуганный бой едва успел открыть полированную дверь.

–  Старина Боб! Наконец-то…

Удлиненное лицо Гровера, как всегда, спокойно. Темно-серые глаза изучающе смотрят на собеседника из-под тонких, чуть изломанных бровей. Каштановые густые волосы оттеняют матовую белизну лица и гладкий, без единой морщинки, высокий лоб.

Боб вяло поздоровался с другом. Он все еще думал о письме Паолы: откуда оно прислано? Неужели Паола сама покинула его? Разве может коварство, даже женское, зайти так далеко? До самой последней минуты она была так ласкова с ним… Но это письмо… И откуда у нее взялись деньги для оплаты неустойки? Их сорок тысяч (теперь, правда, менее тридцати…), лежавшие в банке, целы. Боб удостоверился в этом.

Заметив состояние Хоутона, Роберт нахмурился.

–  Как самочувствие?
– ласково заговорил он.
– Ты немного бледен, Боб. Устал! Покажи язык. Боб вскочил со стула:

–  Оставь свои дурацкие шутки, слышишь!

–  Спокойнее, дружище, я врач и должен заботиться о здоровье ближних. Возьми термометр…

–  К черту, Роберт!

–  Повышенная возбудимость, - пробормотал Гровер.
– Давно у тебя такое состояние?

Боб обмяк и перестал сопротивляться. Видно, и вправду разучился он держать себя в руках.

–  Скажи, Боб, не появились ли у тебя ревматические боли?

–  Твои шутки неуместны, Роберт, - более спокойно произнес Боб.
– Я к тебе пришел как друг, а не как пациент.

–  Не совсем. Карл Фери, администратор цирка Эверфильд, болен лучевой болезнью. Мы осмотрели уже около ста человек из тех, что были тогда возле клеток. Никто из них не пострадал так, как Фери. Теперь я должен осмотреть и тебя, Боб.

Полчаса спустя Гровер хлопнул Боба по голой спине и, улыбаясь, сказал:

–  Ты здоров, парень, и я рад за тебя! Одевайся.

–  Но кто мог облучить Фери? В цирке же это невозможно?

–  Как поживает Паола?
– спросил Роберт, уклоняясь от ответа.

–  Я не знаю, Роберт, - тихо ответил Боб и отвернулся.

–  Поссорились?
– удивился Роберт.

–  Нет. Она уехала из цирка и не вернулась домой… Прошло уже более трех суток.

–  Бергофф?!

–  Не знаю…

–  Ты сообщил в полицию?

–  Нет. Я внес деньги в одно частное сыскное бюро.

–  И что же?

–  В доме Бергоффа ее нет.

–  Еще одна загадка!

–  Почему - еще?

–  Первая - болезнь Фери. Оба закурили.

–  Возможно, - сказал Гровер, - что ее похитил Бергофф.

–  Но сегодня я прочел письмо Паолы.
– Боб рассказал Роберту о письме.

Друзья помолчали в глубоком раздумье.

–  У меня есть новость, - наконец произнес Роберт.
– Фирма «Дискавери» предлагает мне работу на весьма выгодных условиях.

–  А сама работа?

–  Интереснее, чем в клинике. Но они не хотят, чтобы я рассказывал о ней даже друзьям.

–  Все как в тумане, - вздохнул Боб.
– Неясно. Бесперспективно. И душно… Выпить, что ли?

–  Нет, - твердо сказал Роберт.
– Ни за что! Идем-ка, я поверну включатель, и ты можешь дрыхнуть часов двадцать.

–  Электросон?

–  Да.

–  Идем, - равнодушно согласился Боб.
– Если я могу принести хоть маленькую пользу медицине, это уже неплохо.

–  Давно бы так, - одобрительно кивнул Роберт.
– Шутка - лучшее лекарство!

–  Жаль, что его в аптеке не выдают по рецептам, - пробормотал Боб.
– У нас оно стало бы дефицитным!

В семь часов на горизонте показался ярко-зеленый треугольник Пито-Као, а километрах в тридцати от него - серые скалы Отунуи.

Егорин распорядился спуститься до тысячи метров, и Венев, выключив на время автопилот, сбавил обороты ротора. Океан быстро приближался.

–  Будем садиться?
– спросил я профессора.

–  Нет, - ответил он, - приступим к работе.

–  В воздухе?

–  Да. Программа наших исследований начинается с аэрофотосъемки.

–  Но ведь вам нужно дно океана, а не его однообразная поверхность, - удивился я.

–  Вы правы, я и думаю приступить к фотосъемке дна особой пленкой, не чувствительной к синим и зеленым лучам солнечного спектра. Конечно, это возможно до глубины метров двести, но нам пока важно знать рельеф у основания Пито-Као и Отунуи, так называемый шельф - полосу малых глубин у берегов. А потом уже - слово за вами.

–  Я готов хоть сейчас.

Александр Иванович нажал кнопку переговорного устройства и спросил:

–  Товарищ Венев, вы приготовили карту для аэрофотосъемки?

–  Все готово, профессор, - раздался в динамике голос Венева.

–  Начнем. Скорость - сто километров в час, высота - тысяча метров.

–  Понял вас.

А Егорин уже продолжал беседу со мной.

–  Надо полагать, - говорил он, - что земной шар образовался несколько миллиардов лет назад: объект внимания геологов далеко не молод. К сожалению, более семидесяти процентов его поверхности занял Мировой океан, что затрудняет изучение Земли. Да и жизни тоже. Ведь в морях и пресноводных бассейнах обитает восемьдесят семь процентов всех классов известных нам организмов. А сколько еще неизвестных! Специалисты утверждают, что запасы органических веществ в Мировом океане превышают семь триллионов тонн. Только морских растений наберется сто пятьдесят тысяч видов! Да это и неудивительно, если учесть возраст морей и океанов. Вот взгляните на Тихий океан, площадь которого равна половине Мирового океана. «Это самый древний водоем на Земле», - говорят одни. «Нет, - заявляют другие, - это самый молодой из всех океанов». Вот и разберитесь… Его возраст колеблется от шестидесяти до четырехсот миллионов лет. А по одной гипотезе, Тихий океан образовался во впадине, откуда оторвался кусок Земли, превратившись в спутник. Такое могло произойти только в незапамятные времена! Чтобы все это установить точно, надо детально изучить дно Мирового океана и конфигурацию древних морей и континентов.