Чтение онлайн

ПРЕМИЯ ИМЕНИ МИХАИЛА АЛЕКСЕЕВА

Самарскому писателю Андрею Грачёву вручена всероссийская премии имени Михаила Алексеева за 2010 год.

Премия учреждена правительством Саратовской области и Союзом писателей России. Писатель, потерявший зрение на афганской войне, удостоен премии за книгу рассказов о войне "Афганские былинки". Сейчас Андрей Грачёв преподает на кафедре русской и зарубежной литературы Самарского государственного педагогического университета и пишет докторскую диссертацию о космизме в русской литературе XX века.

НОВЫЙ КЛУБ

Новый литературный клуб создан в Екатеринбурге под патронажем регионального отделения Союза писателей России и редакцией журнала "Урал". Основой для клуба послужил литературный творческий семинар известного поэта Юрия Казарина, который недавно возглавил в редакции "Урала" отдел поэзии.

Впервые творческий семинар был организован восемь лет назад для студентов Екатеринбургского государственного театрального института, изучающих специальность "Литературное творчество (поэзия, проза, литературная критика)". Вместе со студентами на правах вольных слушателей семинар посещали все пишущие, сочиняющие и желающие учиться литературному мастерству. Они слушали лекции, обсуждали рукописи, участвовали в тренингах, лабораторных занятиях, посвящённых поэтическому переводу, освоению стихотворных жанров, встречались с известными поэтами и прозаиками.

Сегодня семинар посещают 30 постоянных слушателей. Вместе с Юрием Казариным бесплатные занятия ведут известные уральские писатели Евгений Касимов и Владимир Блинов.

"Моя новая работа дает членам нашего клуба вполне реальный шанс увидеть свои стихи на страницах журнала, – говорит Юрий Казарин. – Однако публиковаться будет только подлинное и действительно талантливое".

Лучшие произведения будут опубликованы в журнале "Урал".

ПРЕМИЯ ЗНАМЕНСКОГО

Известного кубанского поэта-фронтовика, почётного гражданина Краснодара, заслуженного работника культуры России Кронида Обойщикова наградили литературной премией имени писателя Знаменского.

Мэр Краснодара Владимир Евланов, чтобы вручить награду и денежную премию, приехал к поэту домой. Кронид Обойщиков не смог прийти на церемонию вручения сам по состоянию здоровья.

Кронид Обойщиков является автором более 35 изданных книг, он также написал десятки песен и две оперетты.

Как писала газета "Живая Кубань", в этом году поэт отметил свой 90-летний юбилей.

Интервью с Обойщиковым можно почитать здесь.

Кронид Обойщиков – лауреат международных, всероссийских и краевых литературных премий, почётный член краевой общественной организации Героев Советского Союза, Героев РФ и полных кавалеров ордена Славы.

Материалы подготовлены пресс-центром СПР

Субъективные заметки

По давней своей привычке анализировать фразу и так и этак, выискивая не сразу слышащиеся, потаённые смыслы сказанного, уже почти четыре десятилетия не могу мысленно время от времени не возвращаться к давнему, принесшему некогда большую известность автору и вызвавшему немало споров стихотворению Станислава Куняева "Добро должно быть с кулаками...". Я вообще пристрастен к поэтическим оговоркам, к фразам, могущим нести совсем иной, к основной мысли автора отношения не имеющий, смысл. Поэт оговаривается невольно, чаще всего – не думая о двусмысленности сказанного, но именно в этом втором, не сразу слышимом, значении изречённого зачастую кроется нечто, способное рассказать об авторе куда больше безошибочно однозначных его творений.

Вот и впервые прочитав куняевское стихотворение, я невольно подумал: "А ведь автор прав не только в том смысле, в котором он произнёс фразу, имея в виду необходимость уметь давать отпор злу силой (кулаками), но и совсем в другом, о котором в то далёкое время и говорить не смели. Я говорю о "кулаках", самой трудолюбивой и самой пострадавшей от репрессий части русского крестьянства. Ведь, если вдуматься, добро действительно должно было быть именно у них, а не у экспроприировавшей его пьяни, тогда ни о каких голодоморах в стране и речи бы не было... Не уверен, что сам автор сознательно заложил в стихотворение потаённый смысл, но убеждён в другом – потаённое так же соответствует жизненной философии автора, как и лежащая на поверхности основная мысль, от которой, насколько мне известно, автор впоследствии вообще отказался... И даже написал стихи, в которых открещивался от старых "ошибок". Не снимая, правда, с себя ответственности за изречённое, что тоже немало говорит о личности автора:

Неграмотные формулы свои

Я помню. И тем горше сожаленье.

Что не одни лишь термины ввели

Меня тогда в такое заблужденье...

Убеждён, что масштабность произведения напрямую связана с масштабностью личности автора и создавать значительные вещи способен лишь литератор, сам являющийся человеком незаурядным...

Кстати, открестившись от своей знаменитой формулировки, С.Куняев, по всей видимости, ещё не раз возвращался к мысли о правильности своего поступка. Взять хотя бы строки из стихотворения "Вызываю огонь на себя...", датированного 1986 годом:

Плюнул. Выстоял. Дух закалил.

Затоптал адский пламень ногами.

Ну, маленько лицо опалил,

Словом, вышло добро с кулаками.

Одним словом, автор пришёл сам и привёл читателя к заключению о том, что добро должно быть сильным, а сила – доброй, причём и то и другое могут счастливо сочетаться...

Хорошо помню, как радовался я, тогда совсем ещё "зелёный" поэт, жадно проглатывавший всё лучшее, что появлялось в бившей ключом поэтической жизни страны, когда в центральном книжном магазине Минска мне удалось купить только что изданную книжку стихов Станислава Куняева с волевым прищуром цепких авторских глаз на обложке. Я тогда поставил её на полочку рядом со сборником ещё одного полюбившегося мне поэта – Владимира Соколова, чьё стихотворение "Паровик. Гудок его глухой...", написанное в далёком пятьдесят девятом, тотчас же выучил наизусть. И до сих пор отношу его к самым вершинным достижениям поэзии двадцатого века.

В то время "модные" шестидесятники собирали громадные аудитории, на поэтические вечера было не пробиться, сборники Евтушенко или Вознесенского спекулянты из-под полы продавали по десятикратной цене... И покупали, хотя сегодня, когда книжный "бум" давно прошёл, те же томики по дармовой цене валяются в букинистике – безжалостное время всё расставило на свои места. Куняев и тогда был популярен у истинных ценителей поэтического слова, хотя читать с завыванием собственные вирши никогда не умел. Да и по стихам уже тогда чувствовалось, что по взрывному авторскому темпераменту не усидеть ему на кочке "тихой лиричности", мало ему этого, тесно ему там. Как выразился критик Владимир Бондаренко, Куняев "осознанно шёл к борьбе, к ярко выраженной гражданской позиции, к ораторской публичной интонации". Зато сегодня куняевских книжек в букинистике, во всяком случае, минской, не встретишь – не сдают...

Хочу оговориться – моим единственным поэтическим кумиром никто из перечисленных поэтов никогда не был, как не был единственным кумиром и никто другой, включая гениальную плеяду поэтов Серебряного века, самого блистательного, самого романтического, на мой взгляд, периода в русской поэзии. Просто они входили в душу, чтобы остаться там уже навсегда, – Блок, Есенин, Ахматова, Волошин, Георгий Иванов, Пастернак, Цветаева, Ходасе- вич, Белый, Ман-дельштам, Бальмонт, Северянин, Хлебников, Елагин, Клычков... Советская поэзия, особенно комсомольская, прошла почти по касательной, хотя Заболоцкий, Мартынов, П.Васильев, Тарковский, Петровых, Самойлов, Жигулин, Слуцкий – в той степени, в какой их, вечно замалчиваемых и принижаемых, можно называть "советскими поэтами", – безусловно, оставили своим творчеством след в сердце. И дело, скорее всего, не только во взаимоотношениях общества и поэта. Бродского Отчизна, вроде бы, тоже не очень жаловала, а не трогают меня его филигранные выверты, не чувствую я за ними какой-то истинной боли, которая, вонзаясь строчками в плоть, и твою душу кричать заставляет...