Чтение онлайн

В период 1991-1992 годов, после уничтожения СССР, расформирования КГБ и массовых предательств в его Первом Главном управлении, из разведки ушла половина самого инициативного, способного и предусмотрительного оперсостава.

Не секрет, что в позднесоветское время ПГУ стал не столько элитным местом работы, сколько «кормушкой».

Сотрудники легко ездили на заработки за границу, получая привилегированное положение перед остальными советскими гражданами, при котором не за разведчиками следил КГБ, а они сами, будучи сотрудниками резидентур КГБ, подсматривали и подслушивали за тем, что говорится и делается в «резервациях» совзагранучреждений, и к тому же имели дополнительную валюту «на оперативные расходы», могли свободно общаться с резидентами иностранных разведок без риска быть отозванным в Союз досрочно (на чем погорел В. Путин).

После открытия советских границ, падения Берлинской стены фундамент особого положения разведчиков был подорван. Свободный рынок доделал дело уничтожения разведки. В созданной на руинах ПГУ Службе внешней разведки остались только идеалисты или полные бездари, которые не могли бы устроиться в новых условиях свободной конкуренции.

Как и в прочих государственных образовательных структурах того времени, еще живущих в плену нормативов и прочих советских категорий, единственным способом выживания в условиях роста цен, галопирующей инфляции и обвального падения покупательной способности рубля было лишь изменение формального статуса учебного заведения, когда обычные школы повсеместно становились гимназиями и лицеями, институты - университетами, университеты - академиями. Используя растущее влияние академика-востоковеда, ставшего главным разведчиком страны, накануне своего очередного формального дня рождения Краснознамённый институт (разведки) пробил себе более высокий статус — через секретный указ президента Ельцина №1999-с от 17.10.94 г. Так в 1994 году в России появилась Академия внешней разведки.

Повышение статуса отразилось только на небольшом увеличении количества денежных знаков в кошельках преподавателей, ощутивших себя после крушения советской системы представителями нищего слоя учителей.

АВР к тому же, в силу своей специфики, формально была лишена других возможностей для выживания, которую используют до сих пор буквально все государственные ВУЗы, - повального перехода на платное обучение (неплохо было бы проводить курсы повышения квалификации шпионов для стран НАТО на платной основе), использование аренды и субаренды помещений, создание частных предпринимательских околообразовательных структур, хотя частично и в закамуфлированном виде эта сомнительная практика имела место и в АВР. (Сотрудники Кремля, Совбеза, Администрации президента, правительства, МИД, ФСБ и СВР имеют возможность и сейчас подрабатывать на ниве государственных секретов.)

АВР могла бы попытаться платно обучать богатых «новых русских» и прочих денежных бандитов искусству разведки, обеспечения экономической безопасности, но они просто покупали готовых специалистов для своих служб безопасности. Деньги победили интересы Примакова и АВР вместе взятых.

Снижение интереса к работе в разведке и, соответственно, к получению «корочки» ведомственного ВУЗа (никакого диплома никогда реально на руки выпускникам не давали), привело к тому, что выпускники известных и престижных московских ВУЗов (МГИМО, МГУ) перестали интересоваться этой перспективой. Они могли уехать на работу за границу гораздо проще и экономически эффективнее продать свои знания, чем закончившие АВР. Не обладая эффективной монополией в подготовке кадров, АВР перестала быть престижной для новой элиты и «золотых детей» нового общества. Она уже не была интересной и с точки зрения людей, стремящихся к работе в силовых структурах, потому что российская разведка силовым ведомством не является, ей запрещено ведение оперативно-розыскной деятельности на территории России.

В такое слабое ведомство можно было заманить только провинциалов из Ленинграда, насмотревшихся «17 мгновений весны» и не имеющих достаточных умственных способностей, чтобы поступить в российские образовательные учреждения в Москве.

Руководители разведки так и не поняли, что простым добавлением десятка-другого компьютеров и нескольких модных названий в неутвержденный Минобразования учебный план проблемы престижности и современности не решить. Косметическими реформами, замазывающими огрехи, предательство и повальную коррупцию, можно обмануть только самих себя и «артистов» Кремля.

В этом процессе «разврата и подозрительности» значительную роль сыграл затхлый дух закрытости и подозрительности, который по привычке витал в коридорах института разведки. Важно надуваясь от комплекса странного, ни на чем не основанного превосходства, с дебелым выражением внутреннего сознания собственной мнимой секретности и непонятной значительности, АВР не поспевает да в нынешних условиях и не может поспеть за требованиями времени.

Академия продолжает прятаться в подмосковных лесах и сейчас, в результате чего окончательно захирела под руководством некомпетентного руководства и скатилась до роли деревенских курсов повышения квалификации оперсостава. На этом секретном объекте в качестве обслуживающего персонала - уборщицы, повара и т.п.
– проработало множество людей из округи. Поэтому, несмотря на всю формальную секретность, слащавую бдительность и хваленую конспирацию питерских чекистов, население окрестных мест всегда знало, где именно находится главная штаб-квартира «Лесной школы» - специального ВУЗа для разведчиков.

Руководители из состава СВР и АВР не рассказывают о плеяде подготовленных перебежчиков. Они продолжают морочить российским подросткам голову россказнями о «кузнице кадров», готовящей разведчиков XXI века «на деревянных счетах». Такая «кузница кадров» работает и в ФСБ, она заманивает студентов и выпускников престижных ВУЗов, но когда получает их к себе в ведомство, даёт поработать на «деревянном арифмометре» VIII века.

Чтобы скрыть секреты одной из «древнейших профессий», чиновники из «кузницы кадров» разведки засекречивают дипломы слушателей КИ пятнадцатилетней давности.

В этой борьбе за свою секретность представители АВР нарушили все мыслимые и немыслимые законы и дошли до самообвинений в совершении уголовных преступлений — признались в суде, что высшего образования КИ никогда по-настоящему не давал, а документы оформлял поддельные и незаконные. И теперь Кремль и СВР хотят, чтобы молодое поколение загорелось желанием поступить в подобную «церковно-приходскую школу», после которой можно будет выпучивать глаза на ТВ, как необразованная «Мата Хари», завалившая операцию по компостированию проездного билета в европейском трамвае?

Видимо, не извлекла разведка уроков из своих провалов и собственной истории, явно ждет своего часа описание самого масштабного предательства в истории «церковно-приходской школы разведки», наполняющей руководство всё новыми непрофессионалами.

Кремлю и Совбезу не стоит больше скрывать от мира своих настоящих подвигов и реальных успехов чекиста Патрушева, кинувшего всех сотрудников ФСБ «через толстый ваучер» и завалившего прикрытие в «ассоциации волейбола», сотрудники которой гуляли по миру как спортсмены и физкультурники.

Уже пора раскрывать архивы для настоящих исследователей, способных представить на суд общественности истинное лицо суперкрота в Кремле, подлинный и правдивый анализ причин, приведших его к измене, объективную и независимую оценку реально нанесенного им ущерба. Хотелось бы поподробнее расспросить еще здравствующих генералов от разведки, под чьим руководством долгие годы работал этот предатель.

В светском государстве РФ, не обращая внимания на 14 статью конституции страны, гарантирующую гражданам российского государства полную свободу вероисповедания, силовики Курганской области продолжают незаконные репрессии против Курганской славянской общины родноверов «Пламя Сварги».

Напомним, курганские родноверы обвиняются в том, что в 2005 году разместили в Интернете всего лишь ссылки на ряд материалов, которые позже стали запрещёнными. Умысла на разжигание межнациональной и межрелигиозной розни у радаря общины Мирослава не было, он неоднократно заявлял, что уважает представителей всех национальностей и вероисповеданий. Наткнувшись на эти два обстоятельства, курганские каратели-крючкотворы уже 2 раза вынуждены были прекращать уголовное преследование против славянской общины за отсутствием состава преступления. Но сфабрикованное дело возобновлено уже в третий раз! Назначен следователь, занимающийся «особо важными делами». Можно подумать, что других важных дел для него в нашем государстве «вертикали власти» не нашлось, что «чисто случайно» в Курганской области резко перестали грабить и убивать, исчезли коррупция, взяточничество и мошенничество. Курганские силовики вновь видят в славянах-родноверах врагов номер один. Возникает справедливый вопрос: почему? Ведь доказать умысел на разжигание розни не удаётся, стало быть, уголовное преследование лишено всякого здравого смысла. Или здесь растут уши не только ФСБ, но «голубой» православной церкви «Святого Гундяева»?