Чтение онлайн

Или взять дело государственных премий. Когда давали Сталинские премии Шолохову или Шостаковичу, Твардовскому или Улановой, Прокофьеву или Дунаевскому, Эренбургу или Корину, Эйзенштейну или Герасимову, то все знали за что дают, - вся страна читала их книги, пела и слушала их песни, смотрела их фильмы, спектакли, картины. Но вот Ельцин учредил свои премии, размером, кажется, в 200 тысяч рублей. Придя к власти, Путин вздул их до 5 миллионов. И кому же первому - ведь это принципиально!
– он её вручил? Белле Ахмадулиной. Этим именем он обозначил государственную политику в области культуры. Бесспорно, в своем амплуа поэтесса была талантлива. Но все знают Ахмадулину (тонкие знатоки искусства могут даже перечислить её известных и безвестных мужей: Евтушенко, Нагибин, Мамлин, Кулиев-младший, Мессерер), все знают Ахмадулину, но никто не знает, что она написала. Никто! Включая, разумеется, Путина, Медведева и их просвещенных жён.

А вот недавно получил премию Владимир Спиваков. Это как раз пример заимствования худшего из Советского времени, когда часто награждали одних и тех же. Ведь смысл премии в том, чтобы или сделать имя талантливого человека известным, заслуженно прославить его, или ещё и поддержать нуждающегося человека материально. И зачем ваша премия Спивакову? Он несусветный богач, а известен больше, чем сам награждальщик Путин. Темболее, что он стремительно сближается с поп-«культурой».

Читаем Битова дальше: «У нас в литературе в последнее время появилось много сомнительных фигур и голых королей». Справедливо. Но если много, то назвал бы хоть одного. Вот, например, Виктор Ерофеев, с которым вы однажды, по его словам, чуть не убили друг друга, - сомнительная фигура? По-моему, ничего сомнительного, все предельно ясно. А Улицкая - голая королева или всё-таки в бикини? Молчит живая легенда.

И опять только общие слова: «Сейчас у нас везде рыночные отношения, и в литературе. Нужно постоянно пиариться, участвовать в каких-то сомнительных сделках, с кем-то договариваться, идти на уступки... авторы тусуются, премии организуются, места в табели о рангах распределяются... Мне это противно. В этом плане я вполне советский человек». Приятно слышать, что вполне. Действительно, советским людям всё это противно. И мне лично - тоже. Но, во-первых, что за «табель о рангах»? Где он вывешивается? Кто его оглашает? С какого амвона? И разве может этим табелем интересоваться, беспокоиться о нём настоящий писатель, тем более - «ярчайший представитель»? Один из них сказал собратьям: «Ты - царь. Живи один...». Во-вторых, «Литературная газета» уверяет, что Битов - «лауреат многочисленных премий». Так что, пиарился? Тусовался? Договаривался? Участвовал в сделках? Шёл на уступки? Похоже, что именно так.

Разве тут же не была явлена такая, например, уступка: «Хамство и растление у нас продолжается с 17-го года». А ведь только что уверял, что советскому человеку отвратительны разного рода сомнительные сделки, беспринципные уступки, закулисные договоры, - где тут хамство и растление? Это и есть лапша на уши, но именно за такую лапшу и дают премии даже «вполне советским» человекам. Между прочим, я лично не пиарился, не тусовался, но вдруг от Министерства обороны получаю премию. Не поскупился тов. Сердюков, отвалил 15 тысяч.

А Андрей Битов продолжает в прежнем духе: «Мы сейчас пожинаем плоды сталинской политики. Некультурность, раболепство, безграмотность души...» Именно об этих плодах долдонят постояльцы Кремля и их наймиты. А тут ещё и вот что: «Сталин глушил офицеров, вернувшихся из Европы с Победой». И как же он их глушил - толом или скалкой по кумполу? И кого же оглушил до полной глухоты? Почему-то опять нет ответа...

И всё твердит классик, что в Советское время «мы были запуганы, жили в страхе». Конечно, «мы», т.е. они, антисоветчики, жили в страхе, и это вполне естественно. Как было не знать страха, допустим, критику Сарнову, если в его компашке антисоветчина и русофобия простирались от клеветы на Шолохова до глумления над родиной, Советской Россией, которую они называли «Сранью»?

Но писателю отвратительно не только Советское время. Вот что он говорит о далёком прошлом родины: «Наша страна - заготовка. Зачем было захватывать такое огромное количество земли? Эти пространства ведь для всего мира нужны, а не только для одной России. Это территория, заготовленная для всего человечества, где и воды, и полезные ископаемые, и леса». Троцкий в своё время считал, что Россия - вязанка хвороста, которую надо бросить в костёр перманентной мировой революции. Булат Окуджава уже на нашей памяти томился, страдал:

Меня удручают размеры страны...

Я тогда дал ему дружеский совет: езжай в портативную Грузию, откуда отец родом, или в малогабаритную Армению, откуда мать. Почему-то не послушал.

После Троцкого и Окуджавы возникла известная мадам Олбрайт. Именно она первая объявила: «Сибирь со всеми её богатствами должна принадлежать всему миру!». И вот теперь живой классик Битов... Достойная компашка. Куда ему рвануть, не знаю. Может, к Евтушенке в Америку, где впервые ещё в 1978 году был опубликован «Пушкинский дом», самое известное его сочинение?

Да! Вот ещё: «Советский Союз должен был распасться, он был громаден, но внутри-то - труха». Это уже Андрей Дементьев, истинный трухолюб, возросший на трухе. И у него, оборотня, нет отбоя от премий.

Да, есть продажные поэты. Но чтобы так, но чтобы так...

А вообще-то классику надо бы знать, что Россия не захватывала, например. Украину. Грузию, Калмыкию и некоторые другие земли. Они сами пришли под Московскую руку. А вот Америка оттяпала половину Мексики, не упустила французскую Флориду и в нашу Сибирь нагрянула в 1918 году не ради красивых пейзажей. Вот и спросил бы американцев: «Зачем?»

А что сказать об Англии, нахватавшей во всех концах планеты земель в пятьдесят раз больше, чем сама? Ну, правда, лет через триста за дальностью сих земель всё вроде бы рассыпалось, но уж эти-то триста лет леди и джентльмены попили кровушки. Отсюда и благоденствие их. А Испания и Португалия? Франция и Бельгия? Голландия и припоздавшая Германия?.. У всех потом рассыпалось, поскольку, говорю, земли-то за морями-океанами, а у России всё под боком, рядом, путь пеший. Куда могла деться та же Украина, если бы не эта гниль, от которой вонь на весь мир?

В этом же номере «Литгазеты», видимо, не случайно рядом с портретом юбиляра напечатан стишок Анны Гедымин, который начинается с решительного утверждения:

Я знаю, что прошлое было ужасно...

Если автор это о себе лично, то возразить нечего, пусть даже и так будет: Я знаю, что прошлое было ужасно. А настоящее - суперпрекрасно.

Но сдаётся, что поэтесса имеет в виду и меня. Тогда есть веские основания думать, что она шибко начиталась Троцкого, Окуджавы, Олбрайт, Дементьева да Битова...

Если ещё сказать о премиях и о страхе, то надо заметить, что особенно большие премии дают ныне тем, кто к новостям вроде помянутых выше ещё присовокупит, как Битов, и такое, например: «Когда начинают разговоры о том, было ли лучше при советской власти или сейчас, я точно знаю, что предпочту тому страху нынешнюю вонь и гншь». Вот ведь как! Пусть путинская гниль! Пусть медведевская вонь! Пусть катастрофы, в которых гибнут соотечественники! Пусть пожары, в которых сгорела и собственная дача! Пусть я стал бомжем! Лишь бы не дрожать вместе с Сарновым от страха перед Советской властью.