Чтение онлайн

Его большая проза как бы вне его внешней столь экзотичной биографии. Одних своих читателей и поклонников Камиль Зиганшин пленяет путешествиями по Патагонии и Огненной Земле, покорением вершин Гималаев и Эльбруса, странствиями с буддийскими монахами и танцами с шаманами. И это прекрасно

Других увлекает башкирскими легендами, таежными историями, знанием языка зверей. Всё это замечательно, и сегодня журналы "Вокруг света" и "Наука и жизнь" не теряют свою популярность. И авторы их заметны. Среди них Зиганшин. Как писал башкирский классик Мустай Карим: "читая произведения Камиля Зиганшина, будто сам иду по следам первопроходцев. Иду очарованный и одержимый. Я пленен первозданностью и красотой природы и нравственных истоков человека. Оттого и в меня вселяется гармония". И я очаровываюсь вместе с моим давним знакомым Мустаем Каримом.

И все же, совсем другой мир раскрывается в другой, не похожей на следопытную, пожалуй, вершинной его прозе, дилогии "Золото Алдана".

И на самом деле, в мир староверческой общины, так живо описанный в романе Камиля Зиганшина "Золото Алдана", погружаешься неспешно, вроде бы и наш, родной мир, но уже незнакомый, уже непривычно консервативный. У меня самого старший сын Григорий давно обратился к древлеправославию, так что какие-то правила поведения для меня были не вновь, но своеобразный мир его героев сразу не воспринимался.

Такой роман написан Камилем Зиганшиным, минуя все его странствия и покорения вершин и погружения, его автор мог и не быть путешественником. Такой роман мог быть написан не обязательно башкиром, якутом, мордвином или русским, но, несомненно, он - русский по духу, по сюжету, по идеологии. Это роман человека глубинной русской культуры. Роман человека, прекрасно знающего русское староверчество. Не случайно же, Валентин Распутин написал о Зиганшине и его русском романе: "Книга меня удивила сочностью и красочностью языка. Много чудес-кудес, но на это только в начале чтения обращаешь внимание, а затем все становится естественным и необходимым, появляется полное доверие к автору

Я спросил автора, может быть, он сам - старовер? Нет, но был хорошо знаком с ними. И это видно. Дело даже не в этнических или фольклорных описаниях быта староверов, всё это можно было изучить и по книгам историков и краеведов, он сам принимает этот мир, эту пусть и суровую, но нравственно чистую жизнь.

Всё-таки, главное в романе - не сцены охоты, не хороводы и пляски, даже не своеобразный уклад старообрядческой общины, уже добрую сотню лет затерявшуюся в глухой восточно-сибирской тайге. Главное - не то, что староверы-скитники ничего не слышали ни про революцию, ни про колхозы, ни даже про войны, главное - это сага древлерусского мира, это богатый мир староверов и эвенков, вдруг соприкоснувшихся сначала с затерявшимися в тайге белогвардейцами, затем и с советским обществом, сага о крушении чистого сурового природного мира людей и зверей. " В молодости у меня был случай, когда скитники спасли нас с другом от голодной смерти, помогли нам выбраться к людям, - вспоминает писатель. - Тема раскола церкви, судьба староверов так меня увлекли, что я стал собирать материалы, изучать ту эпоху".

 Староверы не боятся лишений, не боятся труда, даже не боятся разрушений. Они привычно уйдут с насиженного места, и создадут свои новые деревни, новые обители. Страшно, когда они в себе самих теряют свой былой уклад. Не золото губит таких стойких людей, не схватки с тиграми или волками, даже не стычки с захожими людьми. Увы, но даже в дальнем отрыве от большого мира, пусть не так быстро, как в столицах, но старообрядческая община дает трещину. Люди уходят из скитов, возвращаются в города. Даже самый кремневый из них старовер Корней, влюбившись в женщину из иного мира, бросил семью, бросил скит, ушел от близких людей. Вроде бы и осуждать грешно, большая любовь, писатель и не осуждает, но крушение всего мира убедительно показывает. При этом, не лишая нас надежды на будущее

Впрочем, и описано всей действие богатым русским языком, сформатировано в сложный красочный сюжет. Даже не щедрый на похвалы классик русской литературы Валентин Распутин в отзыве о романе "Скитники" отметил, что его "поразила сочность и красочность языка писателя".

Страшно не то, что главному герою романа Корнею волки отгрызают ступни, не то, что он несправедливо провел двенадцать лет в сталинских лагерях, вернулся бы, как возвращались его предки, и жизнь бы наладилась, дети подросли, скит еще более окреп. Вот этого укрепа-то нынче почти нет. И люди кругом изображены хорошие, даже среди добравшихся до скитов экспедиций, даже среди горожан. Нет в романе противопоставления плохого города хорошей деревне, уклад, староверческий ли, дворянский, белогвардейский, и тот же советский - рано или поздно рушится, а с ним и нравственный мир людей. А что дальше - задумывается писатель.

Спасение в семье, спасение в природе, спасение в терпении и мудрости.

К староверам своим Камиль Зиганшин добирался долго. Сначала был ряд встреч в тайге с самыми мудрыми из них, которые и покорили писателя своей стойкостью, суровой добротой и мужеством. Потом, к пятидесятилетию, была написана небольшая повесть "Скитники", ставшая позже первой частью романа.

"Не думал - не гадал, - признается писатель. - А роман-эпопею Мельникова- Печерского о староверах Руси прочел после написания своей повести. И обрадовался, что похожесть в художественных приемах отсутствовала, но дух староверческих общин-скитов был все же одинаков"

Эти разные встречи со староверами в разных местах, в разные годы вдруг соединились воедино, он понял, что их загадочный мир нужен, может быть, всему человечеству, как вариант спасения и развития. В ремеслах-то, в делах своих староверы всегда первыми были, не лапотниками необразованными. И грамотой все владели, даже когда остальная Русь неграмотной была. Вот это и есть откровение писателя Камиля Зиганшина. Мир древлеправославия, как мир будущего развития России.

 Главный герой проходит и через лидерство, борьбу, вражду, терпения и лишения, через любовь и потерю любви, к смирению, прощению и отшельничеству. Но к отшельнику и его семье льнут уже новые скитники. За мудрым наставником Григорием приходит наставница Дарья, а там набирает мудрости и сын Корнея - священник Андриан. Может быть, и ушли уже с Алдана скитники, но дух скитничества возрождается с новой силой. И потому неизбежен новый взлет

 Роман многопланов. Это и достаточно закрученный детектив, это и семейная сага, и житие наставника Григория, и летопись якутского похода белого генерала Пепеляева. Среди героев романа - и хищные звери, и птицы, сюжетом движут сами реки и леса. Его давний друг, Александр Филиппов, пишет о нем: "На одной из стен его деревенского дома висит какой-то, не совсем понятный, предмет. Камиль заметил мой любопытствующий взгляд и пояснил:

– Это бубен Давным-давно мне подарил его в таежном стойбище шаман. Для меня - это ценнейший подарок Шаманы во время своих ритуалов под звуки такого бубна лечат страждущие и больные души.

Он снял незамысловатый предмет со стены, пальцем стукнул в натянутую кожу. По комнате прогремели удивительные звуки: вроде бы и не музыка, не просто грохот барабана, а завораживает и чарует воображение. Получить из рук шамана такой бубен суждено редчайшим единицам из людей. И один из них Камиль Зиганшин".

 Вот и нас всех лечит и примиряет своим романом о русских староверах башкир Камиль Зиганшин. Дарит нам надежду на новую веру, на новую стойкость. Мой друг, поэт Геннадий Иванов, восхитившись романом, посвятил ему целое стихотворение:

Душа устала от изъяна,

Кругом изъян, хоть помирай

Здесь ЛЮДИ - золото Алдана,

Их вера. Там, где вера, - рай.

Казалось бы, все действие эпического романа проходит в далекой алданской тайге, вне живого мира, но сколь насыщено событиями действие романа. Здесь и блестяще переданная история жизни русских староверов. Пожалуй, так хорошо о них никто не писал после Мельникова-Печерского. Но, переплетаясь с историей староверческой общины Алданского нагорья, рассказывается столь же живо и красочно о жизни якутов и эвенков. А рядом история уцелевшей в лесах белогвардейской колонии из Якутской дружины генерала Пепеляева, даже дневниковые записи её участников. Рядом - истории из жизни зверей и птиц.