Чтение онлайн

Так вот, пустой экран, тишина и толпа, задыхающаяся в собственной тяжести, сухости и жаре. Многие закуривают, отравляя остальным жалкие остатки воздуха и жизненных сил. Девушка умоляет своего парня хоть на несколько минут поднять ее на плечи - глотнуть свежего воздуха. Как может быть такая пустота? Уныние и тревога стучатся в душу.

Несколько голосов начинают не слишком уверенно кричать, понимая, что это не поможет, от безысходности звать на помощь:

– Раммштайн!

– Раммшта-а-айн!! Эй!

– Раммштайн!

– ПесняРЫЫЫ!!
– выдает длинный парень сзади.

Хохот. Атмосфера разряжена. Но парень, подхвативший палочку вожака, чувствует, что для перевертывания спекшегося пласта уныния этого мало. Обернувшись на рваное темное крыльеобразное облако, он выбрасывает козу и орет:

– КРЫЛЬЯААА!!!

И толпа принимает это одобрительным гулом. Имел ли парень в виду это комически, призывая группку "Крылья", или таки отчасти магически, зовя несуществующие, но вдруг зачем-то нарисовавшиеся на небе Крылья спуститься с неба и помочь? Неважно. Скорее всего, и то и другое: во всякой шутке есть доля шутки.

Те самые крылья над толпой, несколько деформировавшиеся, несколько времени спустя.

Огонь

Машина сработала, ток пошел по толпе, ночь стала содержательной и грозной. Но толпа, по которой пошел ток, совсем не интересна - стремительно пустеют лица, становясь похожими на картонные коробки. Однако! Если главное все же мы, то пора, пожалуй, выбираться из болота. Лучшая песня - Du Hast - расцветает издалека розовым пламенем, как роза, подаренная всем и каждому. И вдруг, как запах полыни после мутной духоты толпы, как рассвет для больного после ночных страданий, заря, когда тает все лишнее и обременявшее - страхи, воспоминания, проблемы - разливается послание свободы, свободы для всех и для каждого. "Все пройдет - все тяжести, а вы останетесь. Все мы есть, и все мы, на самом деле, свободны - и останемся"

Запах жизни

Домой, домой! Перешагивая через пьяных и обгрызенные кукурузные початки, сквозь вспышки пламени, содрогающийся раскатами воздух и ставшим темным лес людей. Я останавливаюсь. Я ощущаю "знакомого". Встреча эта меня поражает. Не надеялась я в этой похожей на мясорубку толпе что-то потерянное за день найти вновь. "Ого! Вы еще живы и на том же месте?" -"Да-да, - будто говорит свежий голос струящегося с земли, из-под ног духа полыни - Я жив, я здесь. Можете вытаптывать меня яростным миллионом ног, заваливать платформами мусора - а я жив и жить буду. Фокус. Иди, подыши, я дам тебе сил". Некоторое время я дышу. Потом шепчу: "Спасибо!" - "Не за что, - усмехается дух полыни.
– Обращайтесь!" Я пытаюсь что-то вспомнить, какой-то терзал меня мелкий вопрос. "Таг-и-и-ил?" - наконец вспоминаю я. "Ага, - улыбается дух полыни.
– Можно и так сказать. Вы готовы идти дальше?". Да. Домой, прочь!

Смеющаяся темнота

Выбравшись из самой гущи толпы, продолжая, однако, очень резво шевелить копытами, я прикинула ситуацию . Оглянувшись на толпу, представила жуткий сюр: сейчас вся эта толпа, ну даже если тысяч сто из нее ломанутся на электрички? Телефон мой давно сел. Силы вроде есть, но, кажется, тоже могут сесть резко и внезапно - очень уж манит меня земля. . В такой ситуации надо действовать как-то просто и с прицелом на гарантированный успех. Где-то в измятой сумке лежат клочки бумажек, с записанными телефонами и адресами местных ребят, радушно предлагавших ночлег, и потерянных в ужасной толпе. Я выуживаю их и перебираю, тупо разглядывая в неверном свете автомобильных фар, потом оглядываюсь по темным горизонтам: где в этой темноте, лесах и толпах, поселок Строй-Керамика? Где улица Дружба?

Голова моя негативно относится к попыткам заставить ее соображать.

И я решаю думать жопой, и вообще возложить надежду единственно на застоявшиеся ноги свои и раскачавшееся сердце. Если бежать изо всех сил, куда-нибудь мы да прибежим.

Кажется, сама Россия выстроилась в виде бесконечных автобусов. Я бегу туда, где мне обещали ночлег, и бегу не в ту сторону. Мысль: попробовать уехать на автобусе прямо домой. Москва? Что вы, мы Нижний Новгород. Москва? Волгоград. Поехали с нами! Москва? Москва? Кострома. Поехали с нами! А где Москва? Гм, не знаю...Не знаю, даже сегодня вообще не видел. Попробуйте поискать по номерам - 77, 89 - может, вы найдете. Во тьме мчусь я вдоль бесконечных городов-автобусов, и все больше и больше чувствую себя кораблем, потерявшимся во льдах. Автобусы похожи на немые белые айсберги. Я и не думала, что столько городов, и они еще могут шевелится и куда-то приезжать. Москва, Москва! Ее даже нигде нет, и всем абсолютно на нее плевать. Волшебно и удивительно.

– Девушка, девушка! Поехали с нами в Саратов!

Где-то я слышала об иностранцах, которые в порядке развлечения решили проехать Россию с запада на восток на поезде - и облажались, так как на середине двадцатидневного пути, немой бесконечности, их пробила истерика. Блин, я их понимаю. Во глубине бездонной тьмы, в глубине моего сознания смеются невидимые Чеширские коты: "Маа-а-асквич, ваще!"

"Таги-и-ил!" - смеется другой широкоротый кот.

Однако, как все-таки добраться домой, домой?

Менты: да вы не в ту сторону идете. К электричкам обратно.

Москвы я так и не нашла.

Разворот на сто восемьдесят градусов. Начинают бить салюты - аа-а-а! Красота. Как положено. Однако, это значит, сейчас пойдет волна.

Несостоявшийся бунт, бессмысленный и беспощадный

Вот я уже подбегаю к вожделенной станции! Народу еще совсем мало! Сейчас я уеду в гостиницу и буду в уюте, покое и с хавкой. Ух-тюх-тюх-тюх. Я самый хитрый поросенок!

Не тут-то было.

Возле самой станции стоят полицейские и заставляют купить билет у какого-то дядьки где-то в дремучих кустах, а потом с купленным билетом не пускают, создавая все растущую и уплотняющуюся новую давку. Не пускают, и все. Хотя электричка стоит. Ах, у них гуманистический план. Они хотят сначала пропустить людей на последнюю электричку в Тольятти. А граждане на Самару "Приобретаем билеты!..Не беспокойтесь, все уедем! У вас еще три электрички - тогда-то и тогда-то!" - хрипит мент в рупор. Это повторяется раз за разом.

Давка растет. Граждан на Самару уже пара тысяч. Совершенно очевидно, что трех электричек на всех не хватит, и звучит прямое вранье. Граждан на Тольятти считанные единицы, они с трудом пробираются по головам. Толпа хочет диалога.

– Мы уже купили билеты!
– пищат погибающие девчачьи голоса.

– Покупаем билеты!.. Все уедем! У вас еще три электрички!..

– А у вас пустая стоит!..

– Покупаем билеты!..

– Мы уже купили!..

Давка растет, и постепенно становится даже хуже, чем концерте. Опять зовут на помощь своих божков.

– Сейчас Rammstein на вертолете прилетит и всех вас накажет!

Толпа задыхается. Но помощь не придет. Звезды показали нам только наше отражение.

Очередной зубоскал переосознает ситуацию в оптимистичном ключе:

– Давайте тут останемся! Тут тепло!

– Повысим рождаемость!

– О! Я никогда не была так близко к чужому мужчине.
– томно говорит хорошенькая брюнетка.

Наконец полицейские раскрывают живую стену: "Проходите!", и толпа устремляется вперед - но вдруг стражи снова бросаются и заталкивают всех назад. Люди - всмятку до костей.