Чтение онлайн

Твердые цены, запрет на спекуляцию и реквизиции хлеба — издавна известные меры предотвращения голода. В широких масштабах как государственная программа они были применены в 1793-1794 гг. во Франции. Этот опыт был хорошо изучен, из него был сделан ряд важных выводов для экономической теории. Он был известен и большевикам.

Вот главные ее уроки. Чрезвычайные продовольственные меры во Франции были введены сторонниками экономического либерализма, принципиальными противниками любого государственного регулирования рынка. Значит, дело не в доктринах и не в теориях. Меры были исключительно жесткими. Первым законом предписывалось реквизировать у земледельца лишь излишек урожая. Крестьянину оставляли "семейный запас" (достаточный для пропитания семьи в течение года) и семена для посева.

Позднее Конвент специальным декретом отменил семейный запас и "превратил все продовольственные запасы республики в общую собственность". Проводились обыски домов и квартир, изымалось почти все продовольствие. Реквизиции проводились национальной гвардией и часто сопровождались боями. Были введены хлебные карточки и смертная казнь за спекуляцию. По словам А.Матьеза, ведущего историка Французской революции, результат был таков: "правительство Робеспьера спасло рабочую Францию от голода".

Известно, что царская Россия была добита нехваткой хлеба в городах в начале 1917 г. Предотвратить этот исход правительство пыталось теми же методами, что и во Франции. Когда в 1915 г. был нарушен нормальный товарооборот и, несмотря на высокий урожай "хлеб не пошел на рынок", были установлены твердые цены и начались реквизиции. Они ударили только по крестьянам. И помещики, и кулаки этих мер избежали. 23 сентября 1916 г. правительство объявило продразверстку и ввело ее с 2 декабря. Так что можно плюнуть в глаза тем, кто кричит, будто продразверстку придумали большевики.

К 31 декабря 1916 г. продразверстка должна была быть доведена до каждого двора. Количество подлежащего сдаче хлеба составляло 772 млн.пудов. Как видим, вроде бы не имеющие никакого отношения к коммунистам министры царского правительства идут на меру, присущую военному коммунизму.

Объявленная на 1917 г. продразверстка провалилась исключительно из-за слабости аппарата царского правительства, саботажа и коррупции чиновников. Неспособность правительства осуществить продразверстку погубила Российскую империю.

Временное правительство, будучи по своей философии буржуазно-либеральным, тем не менее также вводит хлебную монополию и твердые цены — и также не может провести ее в жизнь из-за беспомощности государственного аппарата. А также из-за того, что торговлю продовольствием захватили банки (они же скупили или арендовали склады). А банки были в основном с иностранным капиталом, а тронуть "западных инвесторов" временное правительство и помыслить не могло.

К концу 1917 г. продовольственная проблема в России приняла характер катастрофы — такое наследство получила советская власть. Что смогла сделать она? Обеспечить даже минимальное снабжение города через рынок при быстрой инфляции, разрухе в промышленности и отсутствии товарных запасов, очевидно, было невозможно. Реально покупать хлеб на свободном рынке рабочие не могли. 9 мая 1918 г. в стране была введена продовольственная диктатура. Наркому продовольствия были предоставлены чрезвычайные полномочия. Крестьянам устанавливались нормы душевого потребления: 12 пудов зерна, 1 пуд крупы на год и т. д. Сверх этого весь хлеб считался излишками и подлежал отчуждению.

Летом и осенью 1918 г. в хлебные районы страны были посланы рабочие продотряды. Половина добытого ими зерна поступила предприятию, сформировавшему отряд, половина передавалась Наркомпроду. Эти отряды составили затем единую продармию, которая к декабрю 1918 г. насчитывала 41 тыс. человек (прикиньте, насколько это малая величина). 11 января 1919 г. вышел декрет о продразверстке, согласно которому все количество хлеба и фуража, необходимого для удовлетворения государственных потребностей, разверстывалось между производящим хлеб губерниями и дальше — между уездами, волостями, деревнями и дворами (использовался принцип круговой поруки). Крестьянам оставляли определенное количество продовольствия для питания, фураж для скота и зерно для посева. Все остальное зерно подлежало изъятию за деньги (т.к. деньги потеряли в то время свое значение, фактически у крестьян отбирали излишки хлеба бесплатно).

Эти меры дали определенные результаты. Если в 1917-18 годах было заготовлено только 30 млн. пудов хлеба, то в 1918-19 годах — 110 млн.пудов, а в 1919-20 году — 260 млн.пудов. Это сравнительно небольшие величины: в 1914-15 годах правительственные заготовки составили, например, 302 млн.пудов — при наличии, к тому же, нормального еще рынка. Продразверстка 1918-20 гг. была весьма мягкой по сравнению не только с французской, но и с той, что была объявлена царским правительством на 1917 г. (772 млн.пудов).

Угроза голодной смерти (но, конечно, не угроза голода) в городах и в армии была устранена. Пайками было обеспечено практически все городское население и часть сельских кустарей, всего 34 млн. человек. Впервые система пайков (три категории) была введена в августе 1918 г. в Москве и Петрограде. В 1920 г. она была постепенно заменена оплатой труда натурой. Пенсиями и пособиями (в натуре, продовольствием) были обеспечены 9 млн. семей военнослужащих.

За счет прямого внерыночного распределения городское население получало от 20 до 50% потребляемого продовольствия (эта величина колебалась от губернии к губернии). Остальное давал черный рынок ("мешочничество"), на который власти смотрели сквозь пальцы. Во время перестройки советская продразверстка была представлена как всенародное преступление, как полное ограбление крестьян. На деле с ее помощью на грани выживания было прокормлено 34 млн. человек. В среднем они получили с ее помощью около 40% их пищи (то есть полный рацион получили около 13 млн. "условных" человек). Это значит, что реально за счет продразверстки власть заставила крестьянство прокормить не через рынок десятую часть народа — не более! В то же время власть помогала и организовать рынок.

В сентябре 1918 г. рабочим было разрешено привозить в город продукты питания в количестве не более полутора пудов (мешочники даже стали называться "полуторапудовики"). Эта временная мера продлевалась, а потом негласно была узаконена. Было также разрешено заготавливать продукты заводам и фабрикам для своих работников. Очень большое значение имел и тот факт, что советское правительство сумело наладить сотрудничество с имевшейся в России огромной сетью потребительской кооперации и через нее организовать прямой товарообмен. Вообще, реальная история того периода поражает разнообразием и изобретательностью тех подходов, которые пробовали и применяли и государственные органы, и предприятия, и граждане, чтобы организовать распределение жизненно необходимых продуктов и товаров.

Продразверстка, введенная советским правительством, была успешной не из-за жесткости продотрядов (хотя эксцессов не могло не быть). Причина в том, что крестьянство, получившее от советской власти землю и освобожденное от долгов, выкупных и арендных платежей, не пошло на конфликт с властью (хотя, разумеется, реквизициям сопротивлялись, нередко возникали и вооруженные столкновения).

Те меры были частью "военного коммунизма", важного этапа нашей истории. Он был больше, чем политика, на время он стал образом жизни и образом мышления — это был особый, чрезвычайный период жизни общества в целом.

Главные признаки военного коммунизма — перенос центра тяжести экономической политики с производства на распределение. Это происходит, когда спад производства достигает такого критического уровня, что главным для выживания людей становится распределение того, что имеется в наличии. Поскольку жизненные ресурсы при этом пополняются в малой степени, возникает их резкая нехватка, и при распределении через свободный рынок их цены подскочили бы так высоко, что самые необходимые для жизни продукты стали бы недоступны для большой части населения. Поэтому вводится нерыночное уравнительное распределение.