Чтение онлайн

ДОРОГА ЖИЗНИ

...В Нагорный Карабах мы вылетаем с военного аэродрома. В Ми-8 пахнет горящей керосинкой. От работы винта травы легли волной, забились и резко ушли вниз. И вертолёты в аэропорту на глазах стали игрушечными. Тогда розовое утреннее солнце ослепляюще влилось в окна иллюминаторов. С хвоста вертолёта сильно задувает. Люк открыт в синее свежее небо. Под люком торчат металлические ручки. Это пулемёт.

Самолёты в Нагорный Карабах не летают. Для них слишком узок воздушный Лачинский коридор, а значит, велика вероятность попасть под азербайджанские зенитки. Вертолёт движется меж гор: то по широким, то по совсем узким ущельям, но над горными вершинами ползёт, едва не задевая их брюхом. Местами до земли остаётся менее 20 метров. В Степанакерте мы приземляемся ближе к полудню.

— Ну и как, майор, удалось вам не вылететь за пределы коридора?

Майор ВВС Армении возле вертолёта застывает на миг от такой жизнерадостной светской непосредственности.

— Если бы я вылетел за коридор, мы бы сейчас с вами здесь не разговаривали, — сухо замечает он.

Нагорный Карабах отгородился от Азербайджана пятью рядами колючей проволоки, заминированной полосой земли, а ещё — рвом. Войска дежурят здесь круглосуточно. С азербайджанской стороны — то же самое. Слишком близко к установленной границе карабахским крестьянам работать на полях рискованно: тут постреливают. Много ещё неразминированных полей вокруг. Не хватает сапёров.

Часть зданий Степанакерта разрушена войной, часть — восстанавливается. Люди в гражданском ходят с "калашами" за плечом или просто — с револьверами, засунутыми дулом за пояс. Дороги и тротуары разбиты — они давно не ремонтировались.

Карабах — Чёрный Виноградник, по-нашему, Чёрный Сад. В НКАО производилось при Советах 140 тыс. тонн винограда в год. Новой цифры нам у премьер-министра НКР не называют. Знаменитые виноградники частью погублены войной, частью — запущены. Нет возможности вывоза. Между тем, будь здесь безопасные дороги через Азербайджан, одна только Россия могла бы закупать для себя не менее 200 тыс. тонн в год.

Министр иностранных дел НКР — женщина, Наира Мелкумян. Надо сказать, что народ здесь твёрдый. И Роберт Кочарян — их, карабахский. Видимо, поэтому Н. Мелкумян и говорит с нажимом.

"Без согласия Карабаха в Ереване ни один шаг предпринят не будет.

...Мы продолжаем бороться за признание своей независимости. И мы считаем, что первым нас должен признать Азербайджан. Как Россия первой признала независимость прибалтийских республик.

...Начали получать помощь от Конгресса США. В течение 98-го и 99-го годов это — 20 миллионов долларов. Нам нужна от них помощь в строительстве.

...На уровне государственном у нас не может быть экономических связей с другими странами — в силу как раз нашей непризнанности. Но хорошо, что есть частный бизнес. Через частный бизнес мы осуществляем экономические связи со многими государствами, в том числе и с Россией".

Надо сказать, что совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе в феврале 1992 года постановило созвать так называемую Минскую конференцию для определения статуса Нагорного Карабаха. Однако, несмотря на переговорные процессы Минской группы государств, международные организации и западные государства остановить военные действия на территории бывшей НКАО даже не попытались. Мир между Арменией и Азербайджаном оказался ненужным им всем со всею очевидностью.

ИЗ ХРОНИКИ ВЗАИМОИСТРЕБЛЕНИЯ НАРОДОВ СОЮЗА

На пути от Степанакерта к Шуши встречается первая в Армении — и последняя — гигантская надпись на русском языке, оставшаяся с советских времён: "Пьяный водитель — преступник". И в машине начинают говорить о Ельцине, с его предложением брать столько суверенитета, сколько его проглотит тот или иной народ. Заместитель министра иностранных дел НКР показывает места особо ожесточённых боёв между азербайджанцами и армянами — между мусульманами и восточными христианами, истреблявшими здесь друг друга. И всплывает такая подробность карабахской войны. Не всем азербайджанским парням, призванным из аулов, хотелось брать приступом армянские селенья. Но в спину им смотрели прицелы собственных заградотрядов.

Правда армянского и правда азербайджанского народов о тех событиях — разная.

Из армянских источников:

"Начиная с 1921 года коммунистические власти Азербайджана задействовали против карабахских "буржуазных националистов" репрессивный механизм "государства диктатуры пролетариата" — с расстрелами, арестами и высылками. В ночь на 14 июня 1949 года 24,5 тысячи карабахцев было выслано на Алтай.

Этническая чистка методами белого геноцида (вытеснения) продолжалась до 1988 года, когда в ответ на новую постановку вопроса о самоопределении армянского населения НКАО Азербайджан ответил возобновлением прежней турецко-азербайджанской политики геноцида армян. Армянский погром на территории Азербайджана произошёл в г. Сумгаит 28 февраля 1988 г. В результате продолжавшихся трех суток бесчинств были разгромлены и сожжены десятки квартир и домов, ограблены сотни квартир. Десятки армян были зверски избиты. Погибло, по меньшей мере, 53 человека.

В ноябре-декабре того же года по Азербайджану прокатилась новая волна армянских погромов. Наиболее крупные произошли в Баку, Кировабаде (Гяндже), Шемахе, Шамхоре, Мингечауре. В Кировабаде, в частности, погромщики ворвались в дом престарелых, вывезли за город, а затем зверски убили 12 беспомощных стариков-армян.

Зимой 1988 г. были депортированы десятки армянских сёл ряда сельских районов АзССР. Такая же участь постигла население более чем 40 армянских населённых пунктов северной части Нагорного Карабаха, не вошедшей при образовании НКО в её состав, включая 40-тысячное население Кировабада. После этих событий в Азербайджанской ССР осталась лишь незначительная часть армянского населения, главным образом в Баку — около 50 тысяч человек. (В 1988 г. в Баку жило примерно 215 тысяч армян).

Всплеск уличных нападений на армян и убийств приходится на август-сентябрь 1989 г. Люди продолжали уезжать, и к январю 1990 года в Баку, по приблизительным данным, оставалось уже около 30-35 тысяч армян.

К 12-13 января 1990 года армянские погромы в Баку приобрели организованный характер. 13 января после 17 часов толпа из примерно 50 тысяч человек, вышедшая с митинга на площади Ленина, разделившись на группы, стала методично, дом за домом, "очищать" город от армян.