Чтение онлайн

“ЗАВТРА. Что, по-вашему, необходимо делать прямо сейчас на острове, чтобы исправить ситуацию, и что этому мешает?

И.Ж. Тяжелейшее положение в хозяйстве области сильно обостряет политическую борьбу на острове. Большинство населения стремится к смене власти на острове. У нас сложилась беспрецедентная для России ситуация, когда КПРФ выступает единым фронтом с “Демократическим выбором России” против действующего губернатора. Коммунисты и демократы совместно поддерживают в борьбе за губернаторское кресло мэра Южно-Сахалинска Федора Сидоренко. Фархутдинов старается задействовать все свои административные и финансовые ресурсы, чтобы сохранить власть, а главное — избежать разбирательств по поводу его правления островом. Ведь Сахалин занимал второе место в России после Москвы по иностранным инвестициям. За два с половиной года Сахалинское руководство получило около ста миллионов долларов. До сих пор неизвестно, куда делись эти деньги. Сахалин при таких вложениях должен был стать на уровень жизни Москвы и других относительно преуспевающих городов. Вместо этого — полная разруха. Первое, что должна будет сделать новая власть после выборов (а я надеюсь, что она станет новой), — это добиться прозрачности бюджета, особенно в области распоряжения инвестициями. Необходим будет максимально жесткий контроль за использованием трансфертов, а главное — за сбором налогов. На Сахалине теряются громадные средства из-за недобора налогов, а также из-за освобождения многих коммерческих и иностранных(!) структур от уплаты налогов. Должна быть изменена кадровая политика. Она не может быть такой, какой была при Фархутдинове. Его кадровую политику лучше всего характеризует известный казус с Виталием Гомилевским. Гомилевский привлекался к уголовной ответственности в связи с растратой и переводом в Австралию почти миллиона долларов США, предназначавшихся для жертв землетрясения в Нефтегорске. Человек, обокравший покойников и инвалидов, тем не менее, попал под амнистию — у него оказалась какая-то там медаль, теперь он опять работает в администрации у Фархутдинова.

Само собой, эта команда постарается во чтобы то ни стало остаться у власти, сейчас они активно ищут поддержки в Кремле. Путин пока никак не поддержал сегодняшнюю сахалинскую власть, но Шойгу и его "Единство" уже заявляют о поддержке Фархутдинова — видимо, срабатывает чиновничья солидарность. Можно верить в победу оппозиции, за которой собирается почти все население острова, независимо от идеологических пристрастий. Мы сейчас оказались в той ситуации, когда идейные разногласия уже не важны, надо всем вместе спасать наш остров.

Заходите на сайт: здесь программы iphone 5 самые разнообразные.

В Чечне мы все еще воюем, погибшая подлодка лежит на дне, Путин “зачищает” ОРТ, но ни одно из этих событий не может поколебать центральный вопрос политико-экономической жизни России — борьбу с коррупцией. Вернее, ее отсутствие. Чемоданы Руцкого и скуратовская риторика обернулись пшиком. Ни одно коррупционное дело не доведено до конца. В стране давно — новый президент и новая идеология, но не изменилось ровным счетом ничего. Теневая экономика процветает, налоги утаиваются, грандиозные суммы ежечасно выкачиваются за рубеж, оставляя бюджет России пустым, как разбитая ваза. Вся либеральная стратегия Грефа, видимо, направлена на одно — поддержание этого извращенного статус-кво как можно дольше.

Недавно в Москву приезжали следователи из Швейцарии, которые вновь не привезли ничего, кроме своих постных физиономий. НТВ по полной отыгралось по их визиту, подав "швейцарский скандал", как всегда, тенденциозно и односторонне.

Мы решили поэтому обратиться к одной из наиболее известных и “засвеченных” фигур этого скандала, Виктору Столповских, чтобы он смог, наконец, рассказать свою правду.

Денис ТУКМАКОВ. Виктор Степанович, в общественном сознании ваше имя ассоциируется прежде всего с главным делом вашей жизни — реконструкцией Кремля — Большого Кремлевского дворца. Вы уже объясняли причины этой реконструкции. Во-первых, дворец находился в аварийном состоянии и рушился на глазах. А во-вторых — и это более важно — необходимо было, чтобы Кремль как место, откуда начинается Россия, выглядел подобающим образом, чтобы не было "за державу обидно". И все же в народе отношение к этой "стройке века" несколько иное. Дескать, вбухали кучу денег, миллионы долларов, в музей, который простой смертный и увидит-то разве что по телевизору. Восстановили золото и пышность Кремля для Ельцина, для той власти, что грабит и унижает народ. Здесь кроется еще одна плоскость: ельцинское правление связывается в сознании многих людей с абсолютным, сатанинским злом для России. Получается: русский православный, глубоко верующий человек Виктор Степанович Столповских пришел отстраивать логово для Зверя… Что вы скажете на это?

Виктор СТОЛПОВСКИХ. С восстановлением Кремля у меня связаны другие ассоциации. Представьте: идет война, грандиозная битва. И в тяжелейшую минуту, на грани разгрома, безымянный солдат поднимает оброненное знамя, зовет в атаку: "Вперед!". Воины приободряются духом, враг дрожит и отступает. Я сопоставляю Большой Кремлевский дворец и вообще Кремль со знаменем России — и я спасал это знамя. Кремль — это не просто госрезиденция. Это наш великий символ государственного могущества. Без этого нам не жить, потому что у нас должны быть символы. Дворец как вершина власти, которую мы должны уважать, которая сама должна добиться народного уважения. И для меня была честь восстанавливать залы, названные в честь великих святых — основателей России — Андрея Первозванного и Александра Невского.

Я восстановил Кремль не для Ельцина, а для Государства Российского, которое будет, уверен, служить русскому народу. Убежден, что Дворец будет служить России на века. Я восстанавливал это уникальное здание для того, чтобы и народ русский, и иностранцы знали, что здесь, в России, живет великая нация, дышит великая культура. Чтобы весь мир помнил, что у нас есть великие корни, что мы не Иваны родства не помнящие, что мы не с дерева свалились.

А то, что "вбухали" большие или малые деньги, так мы сделали все, чтобы потратить в несколько раз меньше, чем планировал Моспроект, чем планировала московская власть. Мы умудрились сделать в четыре раза дешевле, чем предлагали они. И когда 17 августа Кириенко всю страну кинул под ноги Европы, всех нас в одночасье сделал или бедняками, или "ворами", мы не сдались, не ушли с объекта. Мы сдали его, и он будет стоять. Каждый русский, каждый россиянин, который корнями с Россией, должен также поступать. Если каждый будет любое дело доводить до конца, то Россия расцветет.

Д.Т. Сейчас мы живем в "порубежную эпоху": был Ельцин — стал Путин. Многие моменты изменились кардинально: внешняя и внутренняя политика, государственные ориентиры, правящие элиты. Вам удалось немножко повариться в прежней каше, в команде Ельцина. Сталкивались вы и с Путиным. Как бы вы оценили Путина в сравнении с Ельциным? Насколько отличаются их мировоззрения, команды единомышленников, стратегии?

В.С. Девять из десяти шагов и решений Путина приходятся мне по сердцу. Когда в беседе есть теплота отношений, когда мы понимаем друг друга — это здорово. Что-то я в нем не понимаю — в таких случаях я стараюсь думать, что каждый имеет право на ошибку. Он хороший человек, он человек с России. По своей природе, по своему виду спорта он моментально реагирует на удары извне. Многое Путин совершает сгоряча — но это нормально: живого, чувственного человека народ любит и уважает.

Но этого мало. Сегодня народ нужно привлечь к работе. Нужно показать ему путь, дать ту экономику, которую он понимает, чтобы не было глупостей времен Гайдара или Уринсона, которые раскидывались иностранной терминологией, совершенно не понятной нормальному человеку. Для всего этого Путину жизненно необходимо создать команду единомышленников, которые работали бы в унисон сегодняшней жизни и друг другу. Один он ничего не сможет.

Сегодня Путину тяжело, он в жесточайшем цейтноте. Все запущено. Конечно, Ельцину надо было раньше уходить. Ельцин так и не смог создать команду; он окружил себя людьми, которые даже не пытались решать государственные проблемы или, в те редкие моменты, когда пытались, у них не получалось. Народ все эти годы ждал от них действия, ему надо было дать почувствовать, что власть в России действенна. Но для этого ведь нужно иметь мозги, чувство, государственную мудрость.

Д.Т. Сейчас происходит мучительное становление русского национального капитала. Он идет на смену космополитическому, компрадорскому капиталу, который был заинтересован лишь в одном — нахапать побольше денег и перегнать их за границу. В отличие от него зарождающийся национальный капитал окрашен моралью — служить России. Работать на нее, вкладывать в производство, платить налоги, оставлять деньги на Родине. Между этими двумя капиталами происходит сейчас ожесточенная борьба. Как вы думаете, насколько мучителен и долог будет этот путь становления подлинно нового русского хозяина?

В.С. Есть обязательное условие для такого становления. В душе все руководители крупных компаний, банков, заводов должны быть патриотами. Эти люди должны любить Россию: по определению Глазунова лишь тогда они будут считаться русскими людьми. Это правильное отношение к стране, к человеку, который работает на твоем предприятии. Если это придет — создастся национальный капитал. А если будет иначе, как было все эти годы: "Да кому нужна эта страна? Да зачем платить налоги? Давайте лучше уйдем в сторону и решим все финансовые проблемы без России", — тогда ничего хорошего ждать не придется. Попробуйте помыслить такое в Америке или в злосчастной Швейцарии! На вас посмотрят как на предателя. А ведь в России столь наплевательски, предательски относятся к своей стране те, кто стоит в двадцатке богатейших людей России. Национального капитала не будет, пока не появится патриотизм в душах людей, которые сегодня имеют деньги в России.

И это должно быть корнями связано с Россией. Да? играть на бирже, зарабатывать на процентах, на купле-продаже можно, но это один-два года. Надо же думать о будущем, считать на двадцать, тридцать, сто лет вперед. Банк, компания, предприятие, которые работают с российскими деньгами, обязаны отвечать перед государством за то, куда они вкладывают средства. Попробуй в любой европейской стране работать на ее рынке и не приносить ей пользs — тебя немедленно вышвырнут. В любой уважающей себя стране человека видят прежде всего как приносящего пользу государству. А у нас чаще всего как потребителя.