Чтение онлайн

Коммунисты, бывшие работники правоохранительных органов, могли бы создать и охранные структуры. Бывшие спортсмены — спортивно-оздоровительные школы. Думаю, что КПРФ способна выполнять и такую рыночную функцию.

Но главным условием должен быть принципиально новый подход к организации производства, социальная справедливость, высокое качество и конкурентоспособность, престиж честного труда и творческого отношения к делу, общинность и коллективизм, демократическое самоуправление и контроль трудящихся. Почему по всей стране создаются национальные школы, лагеря отдыха, в которых реализуется соответствующая идеология, идущая к нам извне, и почему нет наших народно-патриотических школ и лагерей, воспитывающих лучшие патриотические, народные и государственные ценности и качества? КПРФ могла бы возглавить этот важный участок работы.

С.С. Материальная база для реформирования и модернизации деятельности партии — не главное. Будут идеи совершенствования, будет желание его достичь — найдутся и деньги.

1 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=1; bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random; z="p="+p+"[?]y=""; y+=" "; y+="

"; y+=" 15 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--

16

Элитная теплоизоляция труб цены приемлемы 17 в Москве.

НАУЧНАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ "Перспективы социализма в России", прошедшая 3-4 октября с.г., можно сказать, подвела итоговую черту под целым этапом в истории отечественной общественно-политической мысли. По приглашению Центра общественных наук МГУ и его руководителя Юрия Михайловича Осипова собрались прежде всего настоящие подвижники науки, никогда не ставившие собственные интересы выше интересов истины. Мало того, эти носители объективного знания, их концепции, их мнения оказались востребованы Народно-патриотическим союзом России. Присутствие в зале Геннадия Андреевича Зюганова не выглядело чисто протокольным мероприятием. Лидер оппозиции внимательно следил за выступлениями ученых, за ходом дискуссии, поскольку провозглашенный на недавнем съезде НПСР курс на обновление не может быть реализован без обновления теоретической базы действий, без тесной увязки теории с общественно-политической практикой.

В годы ельцинизма властные структуры не прислушивались к мнениям ученых, если те расходились с официальным курсом "демократически-монетарных реформ", позволявших безнаказанно обогащаться на разграблении страны. В этих условиях оказалось, что очень многим отечественным "ученым-обществоведам" гораздо важнее оклады и должности, чем поиск истины, и ради этого они с легкостью стали утверждать прямо противоположное тому, что утверждали ранее. Впрочем, подобное большинству из них было далеко не в новинку — и в советские времена они успешно "колебались вместе с линией партии", обслуживая интересы высшего политического руководства страны. Эта профанация общественных наук в условиях глобальной научно-технической революции дорого стоила нашему обществу и государству.

Если в средние века философия, согласно крылатому изречению Фомы Аквинского, была не более, чем "служанкой богословия", то после отказа партийно-государственной верхушки нашего общества от "марксистского эксперимента" и развала СССР отечественные философы в массе своей сознательно пошли в услужение компрадорской демократии. Словно не было в истории науки слов Галилея, произнесенных им после своего отречения перед судом инквизиции: "И всё-таки она вертится!", не было Мартина Лютера с его: "На том стою и не могу иначе!" Словно не изучение действительной жизни, ее анализ, создание на основе анализа целостной, синтетической картины мира и правильный прогноз развития, а авторитетная интерпретация "догматов веры", на сей раз "демократической", подчинение объективного знания текущей политической и даже экономической конъюнктуре вновь оказались основными принципами современного научного знания.

Конечно, и наука, и сами ученые при всем желании не могут жить изолированно от общества, в некоей "башне из слоновой кости" — равно как не могут укрыться в подобной башне, скажем, искусство и его творцы. Напротив, настоящая наука и настоящее искусство по природе своей абсолютны, всечеловечны, они не ограничиваются какими-то классовыми или национальными рамками — истина едина для всех и проверяема практикой. Причем практикой в широком, общественно-историческом смысле. Можно было сколько угодно клеймить генетику и кибернетику в качестве буржуазной лженауки, но теперь уже никак нельзя отрицать эффективность методов ДНК-инженерии и существование персональных компьютеров. Можно было сколько угодно утверждать особую, "арийскую" физику, но та вовсе не помогла, а, скорее, помешала своим апологетам создать ядерную бомбу и атомные реакторы.

В этом отношении наши так называемые "общественные науки" в целом продемонстрировали свою полную несостоятельность: и как инструмента анализа, и как плавильни синтеза, и как оракула прогноза. Не исключено, что данное обстоятельство, в ряду прочих, послужило основой для известного утверждения Г.А.Зюганова, что "в ХХ веке Россия исчерпала лимит на революции". Очевидно, уже в начале XXI века ситуация может радикально измениться. И тот качественный прорыв, который, по общему мнению, состоялся в результате обсуждения перспектив социализма в современной России, тоже свидетельствует в пользу такой возможности.

Характерно, что перед началом конференции ее участники минутой молчания почтили память о жертвах "черного октября" 1993 года. Как заявил в своем вступительном слове Ю.М.Осипов, семь лет назад в эти осенние дни люди погибали, отстаивая правду против лжи, и не их вина, что ложь победила. Это наша общая вина, вина всех, кто остался жить, и наш долг — быть достойным памяти погибших. Эти слова, подобно камертону, задали уровень обсуждения основной проблемы: социализм и Россия. Да, конференция, по замечанию Ю.М.Осипова, была задумана не в качестве политического, пропагандистского мероприятия, не в качестве собрания единомышленников, а как научная дискуссия, где должны быть озвучены различные мнения о социализме и обсуждены различные аспекты бытия России в современном мире. Так оно и произошло. Но все-таки в зале и на кафедре оказались именно те люди, которые в октябре 1993-го были не на ельцинской стороне баррикад,— именно те люди, для которых "черный октябрь" стал символом трагедии России, а не символом торжества демократии.

За два дня работы было заслушано свыше двух десятков докладов — почти половина запланированного объема. Докладчиков не торопили, почти после каждого выступления из аудитории задавались вопросы — атмосфера конференции напоминала атмосферу, скорее, какого-нибудь открытого научного семинара, чем политического мероприятия. Тексты всех докладов, и доложенных, и недоложенных, будут, как обещалось, опубликованы в коллективном сборнике материалов конференции. Помимо московских ученых, выступали специалисты из Ярославля, Ленинграда, Владимира. География, может быть, не самая широкая, но по нынешним, тощим для ученых, временам — достаточно представительная. Чтобы дать представление об уровне сделанных докладов, о понимании проблем и характере аргументации, наверное, есть смысл остановиться на самых ярких и содержательных выступлениях, отступая от порядка их последовательности на конференции. Также следует отметить, что данное изложение не претендует на абсолютную точность и полноту, а тексты всех докладов предполагается издать отдельной книгой в начале 2001 года.

"СОЦИАЛИЗМ ЖИВ и как идея, и как реальность. Это феномен не только прошлого, но и настоящего, и будущего. Его необходимо изучать, его необходимо понимать",— заявил Ю.М.Осипов в своем докладе "Постсоциалистический социализм". Основную задачу его выступления можно охарактеризовать как попытку очертить круг проблем, связанных с понятием "социализм" в современном мире. "Мы находимся в точке исторического бытия после социализма. Можно, конечно, спорить на тему, был ли у нас социализм или было нечто иное, только названное социализмом, но не имеющее отношения к какой-то идеальной схеме социализма. Можно спорить на тему, что такое социализм, являются ли реальными моделями социализма, скажем, австрийская или шведская общественные системы. Можно спорить о том, какова сегодня теоретическая основа социализма, работает ли в современных условиях марксизм. Да, мир изменился, назрела потребность нового дискурса. Термины "социализм" и "капитализм" уже не всегда достаточны для определения нынешнего общества. Где общий кризис капитализма, если понимать под капитализмом сообщество самых развитых стран мира? Разве это сообщество не освоило новые производительные силы гораздо более успешно, чем те системы, которые мы именовали социалистическими? И разве не отказались от советского социализма люди, выросшие в этой общественной системе, полностью представлявшие собой продукт этой общественной системы? Готов ли сегодня человек жертвовать своей личностью ради каких-то общественных целей? Дело ведь не в идеях — идея социализма трансцендентна и плохо определима — дело в идейности самих людей. Мир меняется стремительно. Социализм — некое великое ожидание человечества. Тем не менее, наблюдается постепенная социализация западных обществ, своеобразный ползучий переход к социализму. Мы оказались в расщелине между миром прошлым и миром будущим. Нам нужно предпринять героическое усилие, чтобы сориентироваться, и никакие докторские диссертации здесь не помогут, они не в состоянии заменить работу теоретической мысли". Наверное, статус организатора и ведущего, который предоставляет трибуну различным точкам зрения, воспрепятствовал Ю.М.Осипову высказаться более определенно по всему спектру обозначенных им проблем, но многие его, казалось бы, малозначащие фразы все же обозначали позицию самого ученого: "Социализм — продукт западной цивилизации, способный найти свое воплощение только в незападном обществе… Западное общество строится по другим принципам, там уже сняты проблемы совести, правды, моральной ответственности людей друг перед другом… Капитализм обращается к порочной природе человека, социализм — к его идеальной природе… Необходима воля к социализму, а значит, появляется вопрос, как воспитать людей, которые способны осуществить эту волю…"