Чтение онлайн

Корр. А в политических интригах Березовского имеет место чеченский след?

А. К. Он и сам этого не отрицает, высказываясь из-за рубежа, говорит о необходимости вести переговоры. Его используют и Удугов, и Масхадов, хотя с последним у него натянутые отношения, а с Удуговым — просто братские.

Корр. Если вы считаете, что отношения между Березовским и Масхадовым в настоящее время натянутые, то кто же сейчас финансирует, а значит, и контролирует Масхадова: чеченский криминал или ваххабиты?

А. К. Масхадов значительно утратил свое влияние, и скорее всего по этой причине: деньги поступают Хаттабу и Басаеву, минуя Масхадова.

Корр. Спасибо, Анатолий Сергеевич, за это интервью, и в заключение нашей беседы, что бы вы пожелали нашим читателям?

А. К. Я хочу пожелать всем нам быстрейшего установления стабильности в стране и в том числе на Северном Кавказе, где мои избиратели — ставропольчане, хотели бы жить в мире, дружбе, согласии, жить хорошо и богато, на что они имеют полное право.

Беседу вел Илья ТАРАСОВ

[guestbook _new_gstb]

1

2 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=0;j="N"; d.cookie="b=b";c=0;bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); if (d.cookie) c=1;n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random; z="p="+p+"&rn="+rn+"[?]if (self!=top) {fr=1;} else {fr=0;} sl="1.0"; pl="";sl="1.1";j = (navigator.javaEnabled?"Y":"N"); sl="1.2";s=screen;px=(n==0)?s.colorDepth:s.pixelDepth; z+="&wh="+s.width+'x'+s.height+"[?] sl="1.3" y="";y+=" "; y+="

"; y+=" 12 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--

13

Напишите нам 5

[cmsInclude /cms/Template/8e51w63o]

В свое время я был начальником управления прокуратуры Союза и мне много приходилось расследовать дел, связанных с коррупцией и взяточничеством.

В советский период такого понятия, как коррупция, не существовало. Тогда мы оперировали такими простыми понятиями, как получение или дача взятки и злоупотребление служебным положением, — в этом состояла советская коррупция.

Чем же отличалась та коррупция от современной?

Во-первых, ее масштабы, по сравнению с тем, что сегодня происходит в государстве, были сравнительно невелики, и она в общем подавлялась. И я могу сказать, что для нас, работников прокуратуры, событие, связанное с получением взятки прокурорским работником или еще хуже — работником госбезопасности, — это было чрезвычайное происшествие, которое заслуживало внимания на самом высоком уровне. За подобного рода преступления отвечал не только взяточник, но также с большой вероятностью можно было предположить, что "полетит голова" и его начальника. В общем, принимались самые жесткие меры для искоренения подобного рода ситуаций.

В период Андропова было начато очень мощное наступление на коррупцию и на хищения. В тот период были начаты известные дела по Узбекистану, Казахстану, по Украине. По результатам проведенных расследований можно заключить, что, в отличие от сегодняшних дней, к ответственности привлекались чиновники самого высокого ранга. Могу сказать, что в то время меня за руку как прокурора никто не хватал и не говорил: "Этих людей трогать нельзя". Тогда была политическая воля у первых лиц государства — наводить в стране порядок! Не было препятствий арестовать премьера или члена правительства, секретаря обкома, горкома, секретаря ЦК и прочее, если действительно имелись доказательства их вины. Действовал принцип: виновен — должен нести ответственность

Благодаря таким мерам коррупция не поражала высшие эшелоны власти. Власть была сама заинтересована в искоренении этого зла. Одним из действенных способов борьбы со взяточничеством, на мой взгляд, была система подготовки кадров. К людям предъявлялись очень жесткие требования, и вот так — от полковника до генерал-полковника, как некоторые персонажи современной российской действительности, за шесть месяцев не прыгали. В Советском Союзе человека долго проверяли, прежде чем доверить ему ответственный пост. И в этом был определенный залог того, что он не будет являться членом какой-нибудь преступной группировки и не будет брать взятки. Была какая-никакая ротация кадров. Много людей приходили с периферии. А сегодня мы видим исключительно клановый тип формирования любых государственных органов. Мы наблюдаем, как это называли в Союзе, явление кумовства, в том числе и на высшем уровне. В СССР с этим боролись, а сегодня это вошло в общепринятую практику. Яркий пример — окружение президента: для того, чтобы иметь хорошие шансы продвижения по карьерной лестнице, необходимо быть из так называемой "питерской команды". Вряд ли всю Россию можно уместить в границы этого северного города.

Нельзя не отметить деградацию внутренних органов по сравнению с советским периодом. Возросшая во много раз продажность правоохранительных органов парализует борьбу с преступностью. Сегодня милицию многие граждане воспринимают как часть преступного мира. Поборы и мздоимство стали постоянной практикой наших правоохранительных органов. В советский период единицы привлеченных к уголовной ответственности милиционеров были для нас ЧП. А сегодня к уголовной ответственности привлекаются по 700-800 человек, а реальное количество людей, которые постоянно берут взятки и нарушают закон, намного больше. Причем самое интересное, что я не видел, чтобы с кого-нибудь строго спросили за такое количество взяточников в рядах МВД. Ни Рушайло, ни Грызлов лично не отвечают за качество кадров, которые должны блюсти закон.

Коррупцию как явление можно отнести к социально-юридическим явлениям. Как порождение общества оно известно давно, с того момента, как зародилось человеческое общество. В России это всегда был один из самых острых вопросов: пытались бороться с ней и Иван Грозный, и Петр I. Наиболее осмысленная попытка поставить барьер продажности чиновников была предпринята в 1864 году, когда принимали новый устав уголовного судопроизводства. Ленин один из первых указов посвятил борьбе с коррупцией. Наиболее впечатляющих успехов в борьбе с этим социальным злом достиг Сталин. Жесткая дисциплина и жесткий стиль руководства: это свело коррупцию практически на нет.

Но необходимо понимать и то, что искоренить коррупцию совсем невозможно, вопрос стоит лишь в том, как сократить это явление до минимума или, по крайнее мере, оградить наиболее важные сферы жизнедеятельности государства.

Сегодня, когда мне задают вопрос, можно ли побороть коррупцию и как-то загнать ее в жесткие рамки, я говорю: "Нет, нельзя". Потому что сама власть настолько коррумпирована, что вряд ли она будет бороться сама с собой. Если ставить задачу победить коррупцию, организованную преступность, то надо существенно менять саму систему власти. Ведь ни для кого не секрет, что наиболее важные посты в нашем государстве распределяются различными олигархическими группировками, которые руководствуются своими корпоративными интересами.