Чтение онлайн

При описании деятелей искусства всегда заманчиво назвать их бунтарями - это сразу привлекает внимание и наделяет их характер (пусть кроме этого никак не обозначенный) определёнными яркими чертами. И в истории полно людей, шедших исключительно на таран, тем самым прибывших к чему-то стоящему. Лентулов, несомненно, был не из кротких, но сила его творчества, как это ни парадоксально, в осмысленности. Возможно, в другие времена, под другими звёздами он мог бы стать инженером или кем-то, кто работает со структурами и конструкциями.

Говоря кратко, Лентулов взял несколько методов, родившихся вне его творчества, совместил их, и полученный сплав наделил смыслом. Кубизм, с которым ему выдалось соприкоснуться во время обучения в Академии живописи Ла Палетт в Париже, обрёл на его холстах живописную пластику. Объекты привычной реальности теперь можно было превращать в звучно окрашенные плоскости, чтобы затем переводить их в мир картины. Постимпрессионизм Сезанна подарил Лентулову фовистические цвета, которым, правда, уже не нужно было существовать только ради манифестации самих себя, они подчинились внутреннему нарративу каждого отдельно взятого полотна.

Так выстроился художественный мир, будто бы вдохнувший полную грудь воздуха после тысячи лет застоя, отчего вдруг резко закружилась голова, цвета зажглись изнутри, купола соборов взметнулись в небо, будто оживши, а между облаками, на фоне едва различимых башенных кранов, пролегли вселенские радуги. Слышится нескончаемый "Небозвон". И тут всё застывает, запечатанное маслом на холсте, но не распадается на отдельные элементы, картина не становится средством для демонстрации очередного художественного метода.

Работы Лентулова (которых, кстати, существует не так уж и много) это визуальный рассказ о его временах. Художник не пытался сбежать в какие-то вымышленные и отстранённые миры. Напротив, он находился в гуще событий, о чём свидетельствует хотя бы его любовь ко всем модным для начала ХХ века изобразительным течениям, но смотрел на происходящее так, как хотел того сам. Холсты полнятся жизненной силой и ощущением расширяющегося пространства, которого в каждой картине куда больше, чем может показаться при беглом осмотре. Мир Лентулова бесконечно расцветает и в этот перманентный процесс расцвета вовлекается всё: дома, деревья, заводские трубы, люди, церкви, сам художник, предстающий в автопортретах.

Лентулов во многом повлиял на структуру отечественных художественных организаций. Он стоял у истоков объединения "Бубновый валет", в выставках которого принимал участие Кандинский. Потом, когда "Валет" распался, из его руин родились "Московские живописцы", позже трансформировавшиеся в Общество московских художников, откуда берёт начало Ассоциация художников революционной России, ставшая прообразом единого Союза художников СССР. Лентулов оформлял спектакли, был профессором во Вхутемасе-Вхутеине, а затем - в Московском художественном институте имени Сурикова.

Выставка в галерее "Наши художники" собрала множество знаковых работ Лентулова, демонстрирующих эволюцию его стиля. Кое-чего не хватает, например, хотелось бы увидеть "Василия Блаженного" и "Москву", но пусть отсутствие данных картин будет лишь поводом для проведения новых выставок Лентулова, возможно, в сочетании с работами других российских художников периода начала ХХ века. Галерея "Наши художники" как раз ставит перед собой схожую цель. Правда, в их манифесте говорится об иммигрантах, видимо, чтобы не отпугивать либералов. Но в итоге на сегодняшний день мы получили выставку Аристарха Лентулова, в честь которой издан прекрасный цветной каталог.

Георгий Судовцев

2 октября 2014 0

Политика

Наталья НАРОЧНИЦКАЯ. Сосредоточение России. Битва за Русский мир ("Коллекция Изборского клуба"). - М.: Книжный мир, 2014. - 320 с.

Лейтмотивом данного сборника статей и интервью Натальи Алексеевны Нарочницкой, как явствует из названия, стала знаменитая фраза Александра Горчакова: "Россия не сердится, Россия сосредотачивается", - использованная и президентом РФ Владимиром Путиным в его предвыборной статье "Россия сосредотачивается - вызовы, на которые мы должны ответить" ("Известия", 16 января 2012 г.).

Нынешний конфликт на Украине и вокруг неё придал этим историческим параллелям новое измерение - ведь слова "Россия сосредотачивается" были произнесены после поражения в Крымской войне, а сегодня, практически через 160 лет после её начала, они звучат как лозунг нового воссоединения Крыма с Россией. "Россию упрекают в том, что она изолируется и молчит перед лицом таких фактов, которые не гармонируют ни с правом, ни со справедливостью. Говорят, что Россия сердится" - предварял свои слова министр иностранных дел, а впоследствии - канцлер Российской империи. И сегодня может показаться, что Россия "молчит перед лицом таких фактов, которые не гармонируют ни с правом, ни со справедливостью": ведет переговоры с киевской хунтой и её западными кураторами, принимает режим санкций, продолжает гнать нефть и газ на Запад, фактически объявивший нам войну на уничтожение.

Либералы любят попрекать Сталина тем, что последние вагоны с сырьём уходили через границу в Третий рейх уже после того, как немецкий вермахт обрушился на Советский Союз. Сегодня Путин продолжает кормить энергоносителями Европу, вводящую против России всё новые и новые санкции.

Проигрыш в ресурсах и выигрыш во времени? Что важнее? Ответ на этот воистину судьбоносный вопрос даст только дальнейшее развитие событий. Но некоторые принципы и ценности поведения на международной арене отменить или заменить другими попросту невозможно. Собственно, об этом и не устаёт напоминать Наталья Нарочницкая.

"Главная проблема современной политики - это ползучий кризис классического международного права. На наших глазах терпят крах суверенитет и государство-нация - понятия, которые со времен Вестфальского мира 1648 года были краеугольным камнем международных отношений. Это очень опасная тенденция, которая может привести (и уже приводит!) к печальным последствиям. Кстати, само понятие суверенитета заложено в устав ООН. Да, в этом документе также впервые сформулированы правила поведения государств (в том числе по отношению к собственному народу), соблюдение которых дает им право считаться уважаемыми членами мирового сообщества. Но при каждом таком постулате говорится, что эти правила не отменяют принципа невмешательства во внутренние дела государств.

Когда я цитирую моим западным коллегам первую главу устава ООН "Цели и принципы", они очень удивляются, что термин "демократия" в ней вообще не упоминается. То есть монархия и республика, прогрессивные и отсталые страны, религиозные и светские общества равны перед международным правом. А государства имеют полное право выбирать такой политический строй, какой наиболее адекватно отвечает их культурным традициям. Откуда тогда взялось понятие "государство-изгой"? Разве кто-то имеет право решать, какой политический режим следует иметь той или иной стране?"