Чтение онлайн

На кого пойти учиться? Это отдельный вопрос. Все профессии важны, но не все нужны современной экономике России. Тем более не все профессии способны своим трудом содержать даже самого лучшего профессионала. Динамика "реформ" такова, что трудно выпускнику школы на пять-десять лет вперед предугадать, какая профессия будет востребована страной, оплачена деньгами и будет пользоваться авторитетом в обществе. Иными словами, куда поступить? Кем быть? Врачом, учителем, слесарем, бухгалтером, снайпером, агрономом, переводчиком или оператором-наводчиком БМП?

Когда-то, к примеру, считалось персп

ективным ходом поступить в физики-ядерщики. Развивалась вовсю атомная промышленность, строились реакторы для электростанций, подводных лодок и т.д. Те, кто поступил на соответствующие специальности до 1987 года, выпустились как раз тогда, когда атомная промышленность была отдана под расстрел реформ, и ее специалисты оказались вообще не нужны новой экономике страны.

Было время, когда все посчитали, что надо учиться на экономистов, бухгалтеров, менеджеров. Мода на такие профессии достигла апогея в 1992 и 1993 годах. Те, кто поступил в экономические и хозяйственные ВУЗы, и тем более переоборудованные под школы менеджеров ПТУ, окончили все это аккурат к 1998 году, когда из-за дефолта были вышвырнуты с работы тысячи банкиров, бухгалтеров и экономистов. Но даже без дефолта поиск работы будущими выпускниками становился проблематичным.

Стандартная фирма, составляющая сегодня основу той экономики России, где реально крутятся деньги, выглядит так. Она состоит из нескольких человек, которые создали эту фирму в 1992-1994 годах. Ее состав не превышает двадцати пяти человек. Обычно ею руководят президент и представитель "крыши", название должности которого зависит от фантазии фирмы. Это может быть юрист, шеф безопасности или начальник охраны. Еще сюда входят главбух плюс пара человек, непосредственно управляющих делами конторы. Таков состав, укомплектованный несколько лет назад, и он незыблем. Когда формировались все эти фирмы, ее создателям было по двадцать-тридцать лет от роду. Сейчас им по тридцать, по сорок. Их еще много лет отделяет от старости. Сейчас им не нужны молодые сотрудники еще лет пятнадцать. Потом занятые ими ниши перейдут к их детям, либо к детям их друзей. Таких экономистов уж точно не будут искать по объявлениям… В такие конторы регулярно набирают лишь секретарш, курьеров или шоферов. И то, настоящую секретаршу постараются взять из числа родни или знакомых, это слишком ответственная работа. Проверенность и верность кадра здесь всегда ценится выше профессионализма и, тем более, диплома. Штат экономистов и менеджеров в нашей экономике укомплектован надолго — несмотря на постоянно идущую перетасовку фирм, изменение юридических лиц, "крыш", и зон контроля. Даже в случае раздела фирмы и создания новых структур основной состав, набранный в начале перестройки, сохраняется, старая дружба все возвращает на свои места, и в руководстве новых контор продолжают стоять старые кадры. Бывает, с места на место целиком перебираются целые коллективы.

ПРОБЛЕМА ПОИСКА РАБОТЫ в России давно перестала быть философской проблемой самоопределения себя в мире профессий. Это стало проблемой выживания, встраивания каждого отдельного индивидуума в новую экономическую систему. Поиск работы — это уже не поиск самоопределения и раскрытия своих внутренних возможностей. Это поиск возможности заработать на кусок хлеба.

Экономическая система новой России, по мнению экспертов, рассчитана на двадцать, максимум двадцать пять миллионов рабочих мест. Из них почти пятнадцать миллионов самых высокооплачиваемых мест заняты раз и навсегда. Уходят оттуда только посмертно. Остальные места предполагают заработок до ста, максимум ста пятидесяти долларов.

Именно эти места время от времени тасуются на рынке труда. Отнимите еще пятьдесят миллионов пенсионеров. Все остальные десятки миллионов взрослых (почти половина здорового населения страны), здоровых и обученных людей — не имеют никаких шансов для выживания. Для них нет работы. Еще есть рабочие места на простаивающих заводах и в бедных деревнях, но там за труд уже давно не платят и десяти долларов в месяц. Экономическая система рыночного либерализма, основанная на выкачивании из страны природных ресурсов и капиталов, в принципе не может обеспечить нормальной работой нынешнее население России.

Ажиотаж вокруг поиска работы усиливается за счет миграции рабочей силы из неблагополучных регионов и соседних стран. Неприхотливые, с малыми запросами, готовые к самой тяжелой работе, приезжие рабочие оказываются предпочтительней. Работодатели стремятся устроить на низкоквалифицированную работу "черных", молдаван или азиатов. Им можно меньше платить, а если они находятся в городе нелегально, то можно просто кормить. Такое "черное дерево" выгоднее студентов, которые качают права и требуют хороших денег.

В итоге для нашей молодежи, претендующей на цивилизованную жизнь и работу, лазеек к хорошей жизни почти не остается. Курьеры, грузчики, официанты, продавцы — вот, в общем, и все, что может предложить наш рынок труда вне зависимости от образования.

[cmsInclude /cms/Template/8e51w63o]

Еще несколько дней назад в спокойной и размеренной жизни морского порта Санкт-Петербурга ничто не предвещало беды. Как обычно, строго по расписанию, сюда заходили празднично-белоснежные пассажирские лайнеры, доставляющие в город на Неве тысячи иностранных туристов. По-деловому устраивались на рейде солидные сухогрузы. Покрикивая резкими гудками, сновали между морскими гигантами вездесущие работяги-буксиры. Время от времени проносились вечно спешащие куда-то катера.

Даже все примечающий глаз человека, многие годы изо дня в день наблюдающего за жизнью крупнейшего российского порта, едва ли мог отметить что-то необычное. Разве что слегка уловимую суетливость, которая в последнее время стала проникать и сюда. В самой северной столице суета уже становится привычной. Появилась она в городе недавно, как только начались приготовления к празднованию его трехсотлетнего юбилея. Приятно ожидать подарки, которые неизбежно посыпятся на город как из рога изобилия. Правда, не все "презенты" оказываются столь желанны. К примеру, подарочек, который в середине июля преподнесло Питеру правительство России. И касается он именно морских ворот северной столицы. Дело в том, что по инициативе Минтранса правительственным постановлением в порту Санкт-Петербурга фактически запрещена деятельность негосударственных организаций по лоцманской проводке судов. А других — государственных — лоцманских служб в порту пока нет. Вот и попробуйте теперь решить задачку: как обеспечить бесперебойную работу, гарантировать безопасность мореплавания и оградить Питер от вполне реальной угрозы экологической катастрофы.

То, что угроза эта не выдумана, гадать не приходится. Санкт-Петербург не первый порт, над которым экспериментирует Минтранс. Вот уже более полутора лет в состоянии постоянного нервного напряжения живет Новороссийск. Зимой двухтысячного года там, так же, как и в Питере, под надуманным предлогом от работы были отстранены лоцманы, работавшие в автономной некоммерческой организации "Морские лоцманы Новороссийска", которые все последние годы обеспечивали безаварийную работу порта. За считанные дни была создана так называемая "государственная" лоцманская служба. В нарушение всех существующих законов удостоверения лоцманов выдавались людям, пришедшим на работу по объявлению в газетах, не имеющим никакого опыта, без какой-либо специальной подготовки.

И результаты сказались моментально. За несколько дней работы новоявленных "лоцманов" порт, да и весь город, неоднократно оказывались на грани катастрофы. В итоге эксперимент был приостановлен до лучших летних времен, когда погодные условия позволяют без особого риска швартовать суда. И теперь опасный эксперимент решено продолжить уже в других крупных портах России, в число которых, помимо Новороссийска, вошли Санкт-Петербург, Мурманск и Калининград. О его последствиях сейчас даже не хочется думать.

Представьте себе, что в преддверии большого праздника по вине неопытного лоцмана в питерском порту что-то случится с пасажирским лайнером, которые почти каждый день пришвартовываются у набережной Невы. Хорошо, если обойдется без жертв. Или произойдет то, чего избежал Новороссийск, — огромные нефтеналивные суда здесь также постоянные гости.

Судя по всему, эти вопросы меньше всего беспокоят чиновников из главного российского морского ведомства — Минтранса. Но они волнуют тех, кто действительно стоит на защите государственных интересов. Как это ни парадоксально звучит, но именно среди них оказались лоцманы, объединенные в негосударственные организации.