Чтение онлайн

Человечество выстраивается в пирамиду, у подножия которой находятся эксплуатируемые, подчиненные, зависимые народы, а на вершине правит этими народами привилегированный "золотой миллиард". Другими словами, глобализм — это ноосфера, если пользоваться термином академика Вернадского, но ноосфера дурная, порченая, перевернутая вниз головой. Не та ноосфера, в которую тысячелетиями человечество вкладывало свои идеалы, свои представления о любви, красоте, справедливости, запечатленные в божественных откровениях, в мировом искусстве, в "Илиаде" и "Одиссее", в картинах Рембрандта, в русских иконах, в музыке Моцарта и Чайковского. А та ноосфера, которая вычеркивает из жизни истинные представления о братстве, единстве, о мировой гармонии. Замещает их жестокой и циничной практикой господства и подавления. Недаром в этой дурной ноосфере, в этом проекте нет места мировой культуре.

Глобализм как явление во многом еще не изучен политологами и экономистами. Он настолько загадочен, что для трактовки этого явления необходим новый интеллект, новый теоретик, столь же великий, как Ленин. Сегодня, как никогда остро, ощущается необходимость прочтения ленинских трудов. В свете последних событий каждый читатель поймет, что его труды удивительно современны. Мы слишком долго не раскрывали работы Ленина. В последнюю пору советского коммунизма Ленин был скорее мраморной эмблемой, поставленной на площадях наших городов и поселков. Коммунисты редко заглядывали в эти универсальные труды. Теперь нам предстоит новое прочтение Ленина. Невозможно заниматься политической практикой без концептуальных представлений о нынешнем состоянии мира.

Вопрос. Каким же образом глобализм вторгается в нашу российскую действительность, в какой степени нашу политическую борьбу, наше сопротивление можно истолковывать и измерять мерками глобализма и антиглобализма?

Зюганов. Еще недавно мы истолковывали наше сражение как борьбу обманутых советских людей с новыми хищными капиталистами. Как борьбу сторонников советского строя с буржуазными захватчиками. Вехи этой борьбы — ГКЧП — как одна из первых попыток сохранить Советский Союз. Вторая попытка — восстание 1993 года, когда сторонники советского государства, социалистических идей были расстреляны из танков террористом Ельциным. Эта трактовка по-прежнему остается в силе. По-прежнему мы, государственники, мыслим себя в категориях социализма и советского народовластия. А наши противники-ельци-нисты, люди типа Чубайса, Гайдара, Абрамовича, олицетворяющие дикий, бесцеремонный капитализм в стадии его раннего алчного развития.

Россия побеждена тем, что мы сегодня зовем глобализмом. Могучая советская экономика, расчлененная, ослабленная и разрушенная, становится вагонеткой, которую прицепили к локомотиву суперимпериализма. Кудрин и Греф, Гайдар и Чубайс, Волошин и Клебанов — явление не российской действительности. Это эмиссары, которые поставлены здесь глобальным трестом выполнять его волю, формировать из России один из подсобных участков мировой экономики.

Президент Путин, которого пустили за карточный стол "семерки", где сидят основные финансовые и политические игроки мира, не является в полном смысле суверенным президентом России. Они видят в нем спецпредставителя глобализма в "регионе Россия", как Кириенко является посланцем Путина в Волжском регионе. Сегодня мы вправе интерпретировать нашу борьбу, борьбу КПРФ с преступными реформами либералов как часть глобального сопротивления "новому мировому порядку".

Наши агитаторы, идущие от дома к дому, от человека к человеку, несущие согражданам правду, вполне соотносимы с теми сражениями, которые разгораются на западном берегу реки Иордан, где бойцы интифады мужественно встречают израильские танки. Наши красные пикеты на Охотном ряду, протестующие против принятия гибельного Земельного кодекса, феодального КЗоТа, вполне соизмеримы с протестами антиглобалистов, которые разворачивались в Сиэтле или в Генуе. Мы боремся не просто с ельцинскими и путинскими реформами, не просто с буржуазным КЗоТом или с законом, позволяющим распродавать земельные богатства России. Мы боремся за спасение обездоленных, за сохранение Родины, за свою самобытность и независимость.

В антиглобалистских сражениях участвуют все народы, религии, конфессии и культуры. Настало время оформить это сражение в новый интернационал. В этом интернационале найдут свое место буддисты, мусульмане, христиане и наше православие. В нем найдут свое место левые движения Европы и Латинской Америки. И конечно же, мы — народно-патриотические силы России, Коммунистическая партия Российской Федерации.

Этот новый антиглобалистский интернационал создается. Последняя антирасистская конференция в Южной Африке, в Дурбане или недавний семинар левоевропейских сил на Кипре — все это фрагменты единой мировой организации. И Америке, возглавляющей свой крестовый поход против мира, придется иметь дело не только с Организацией Объединенных Наций, не только с суверенными правительствами, но и с этим глобальным интернационалом.

ПРОСТУПАЮТ ЧЕРТЫ ПОЛИТИЧЕСКОГО СЕЗОНА

Вопрос. Новый политический сезон в России открылся взрывами самолетов в Америке. Но в чем же суть нынешнего момента в самой России?

Зюганов. Судя по всему, обостряется схватка внутри российской исполнительной власти. Невидимая взгляду рядовых граждан, эта схватка происходит между пришедшими из ельцинской эпохи либералами, представителями "семьи" и новыми, внедренными Путиным в политику силовиками. Лопается миф о консолидированной власти, о единой команде Путина. "Семья" представлена крупными олигархами, такими, как Абрамович или Дерипаска, Фридман или Авен, делегировавшими в правительство Кудрина и Грефа, а в президентскую администрацию — Волошина и Суркова. Эти эмиссары являются выразителями нарастающих глобалистских тенденций, которым чуждо само понятие государства, государственных границ, национального достоинства, русской духовности. Они стремятся размыть все эти устаревшие, с их точки зрения, формулы, превращая весь мир в единое политическое пространство.

Силовики, традиционные государственники, видя, как стремительно ослабляется власть, не хватает денег в казне на возрождение флота, на строительство армии, на укрепление безопасности, на реформы правоохранительной системы, уступают в этой борьбе. Быть может, в ближайшее время мы увидим очередную чистку в рядах силовиков, напоминающую ту, что происходила при Ельцине, когда из политики в одну ночь были устранены Коржаков, Барсуков и иже с ними. Придуманное Путиным политическое равновесие, в котором присутствовали символы сильного царского, а потом и советского государства, такие, как двуглавый орел или красный флаг, гимн на музыку Александрова или триколор Российской империи, окончательно рухнуло. Сусальная картина патриотической риторики истерлась и осыпалась. Под ней опять возникла алчная личина олигархов. И перед Путиным снова возникла проблема идеологической надстройки, государственной философии. Уже звучат наивные, сумбурные рассуждения об исчерпанности коммунистической идеологии, о том, что ее можно заменить канонами православия... Куда двинется он — скоро увидим.

Все эти спекулятивные заимствования, псевдопатриотические лозунги потеряли в глазах населения привлекательность, обнаружили свой обманный поверхностный характер. Будет ли Путин переименовывать Волгоград в Сталинград, будет ли он "леветь на глазах", станет ли вслед за учителями, которых он "осчастливил" небольшой прибавкой к нищенской зарплате, "проявлять заботу" о других бюджетниках, о всех слоях населения — покажет время. Однако у путинского государства нет ресурсов для того, чтобы оно стало социальным, народным, а не олигархическим. Скорее всего, дело ограничится ничего не решающими подачками. И тогда, чтобы сдержать напор народного недовольства, ему придется прибегнуть к жестким полицейским мерам. Приблизить нынешний режим России к формам либеральной диктатуры, о которых мы говорили прежде. Впрочем, по такой схеме действуют американцы, для которых их идеология, основанная на общечеловеческих ценностях и на свободе личности, оказалась сегодня недейственной, израсходованной. И она, Америка, все больше и больше приближается к установлению мировой диктатуры, мирового технотронного фашизма.

Вопрос. Чем является Путин — человек и президент — в системе нынешней российской власти?

Зюганов. Путин выглядит мечущимся, уставшим политиком. Он не является центром политической власти России, а лишь местом приложения противодействующих сил. Путин стал равнодействующей политического конфликта в стране. Его вектор все время меняет свое направление. Такое ощущение, что он не чувствует себя хозяином положения. Конечно, он радуется своему статусу, но утомлен той ролью, которую ему навязали. Ведь он не бился за власть, даже не предложил обществу свои программные цели и установки, он не выстрадал своего президентства. Путин и его окружение — это "дети пиара", их больше волнует, как они выглядят, а не то, как решить проблему или помочь людям.

С одной стороны, его шантажируют Березовский и ЦРУ, взваливая на него вину гексогенных взрывов в Москве. С другой стороны, как мы это видим сейчас, Америка, используя свое влияние в российской политике, втягивает его в трагическое противостояние с исламом. Не ладятся дела в Чечне. Накануне зимы нарастает сопротивление террористов. Надвигаются холода на северные районы России, а в Якутии не все дома подведены под крышу. Далеко не полностью осуществлен северный завоз в многострадальные регионы страны. Не расселены пострадавшие от ленских наводнений. Подъем "Курска", который пытаются представить как новую победу российского правительства, на самом деле даже с помощью утонченного пиара не может закрыть брешь, образовавшуюся после катастрофы нашей ядерной подводной лодки...