Чтение онлайн

Святой Царь, создатель русского подводного флота и авиации, Император Николай II, в 1916 году провел дорогу на Север и основал Романов-на-Мурмане — нынешний Мурманск. Он же основатель Северного флота, ныне сильнейшего в России. Кадетскому корпусу в Петербурге Император присвоил имя святого Цесаревича Алексея.

Под покровом такого сонма святых Русский флот не может не стать лучшим в мире. Крейсер “Гепард” — первый прорыв в бесшумность, а значит, в неуязвимость.

Флот не поднимется без дружных усилий общественности. В этой связи пора Движение в поддержку Флота преобразовать в мощный “Морской Союз России”.

1

2 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=0;j="N"; d.cookie="b=b";c=0;bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); if (d.cookie) c=1;n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random; z="p="+p+"&rn="+rn+"[?]if (self!=top) {fr=1;} else {fr=0;} sl="1.0"; pl="";sl="1.1";j = (navigator.javaEnabled?"Y":"N"); sl="1.2";s=screen;px=(n==0)?s.colorDepth:s.pixelDepth; z+="&wh="+s.width+'x'+s.height+"[?] sl="1.3" y="";y+=" "; y+="

"; y+=" 30 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--

31

zavtra@zavtra.ru 5

[cmsInclude /cms/Template/8e51w63o]

В последнее время раздается немало весьма неожиданных заявлений, признаний, требований. Так, Андрей Вознесенский в ответ на очередную попытку шустрого, но замшелого интервьюера "Огонька" пристыдить его за стихи о Ленине, вдруг сказал: "А в чем дело? Ленин — самая сильная личность ХХ века". Действительно, и оказал самое сильное влияние на весь век. У собеседничка, поди, и челюсть отвисла. А поэт добавил: "Когда Золотухин читал со сцены на Таганке мои стихи "Уберите Ленина с денег!", весь театр во главе с Юрием Любимовым вставал и творилось такое..."

Кажется, в этот же день в какой-то очередной передаче для шкурников ведущая дама вдруг задаёт вопрос: "Как звали брата Ленина, принимавшего участие в покушении на Александра III?" И молодой человек, представьте себе, точно отвечает: "Александр Ильич Ульянов". Жаль, что не добавил: "На суде, приговорившем его к смертной казни, он сказал: "В России всегда найдутся люди, готовые во имя народа пойти на смерть"... Несколько позже, 9 ноября, известный талантливый журналист Борис Кагарлицкий, активный автор супердемократической "Новой газеты", заявил в телепередаче Савика Шустера "Свобода слова", что глубоко уважает Владимира Ильича. Знаменательно, что сказал он это, глядя в красивые, с нежной поволокой бешенства глаза Ирины Хакамады, бывшей подруги известного Борового.

В биографическом справочнике сказано о Хакамаде: "Замужем третий раз, муж — президент инвестиционной компании. У неё сын Данила от первого брака и дочь (видимо, от последнего, ей сейчас четыре года). Увлекается литературой, аэробикой, любит посещать престижные ночные клубы, презентации, владеет французским языком..." Очень интересно! Но неужели даже в ночном клубе после пары бокалов бургундского во время танца до сих пор не шепнул ей в розовое ушко пусть бы хоть заезжий французик из Бордо: "Мадам, я читал в газетах, что вы, обращаясь к беднякам России, однажды сказали: "Собирайте в лесу грибы, вот вам и еда!" Ах, как это не ново... Ведь почти то же самое двести с лишним лет тому назад в июне 1789 года сказал беднякам Франции Людовик XVI: "Трава уже выросла, вот вам и еда!" И вы же знаете, к чему привел этот приступ элоквенции уже 14 июля, чем кончилось дело через четыре года для самого короля и его женственной супруги Марии-Антуанетты на Гревской площади Парижа? Неужели в институте Патриса Лумумбы вам не рассказывали об этом? Или в ваших жилах течет голубая кровь Бурбонов?.. А ещё я читал, — мог бы сказать французик, — что вы заявили от имени своего СПС: "Наши реформы не пойдут, пока не вымрет поколение советских стариков". Ах, мадам, как можно так говорить! Ведь эти старики уже на пенсии, а вы живете их трудами. Чем, как они могут мешать вашим реформам? Они же тихо сидят на завалинке и покуривают самосад... А кроме того, надо помнить народную мудрость, которая гласит: "Не рой могилу другому..." И ещё неизвестно, кого Господь призовет раньше — кряжистого советского старика Егора Кузьмича, или вас, юную ворону СПС, каркающую о смерти стариков. Тем более, сдаётся мне, что и Чубайс, и Немцев, и персонально вы, очаровательная, уже давно стали в глазах народа говорящими думскими чучелками, всесветным посмешищем, и что ненавидят вас с такой же яростью, с какой 11 сентября два "боинга" врезались в башни Всемирного торгашеского центра"...

Так обстоит дело с любительницей ночных клубов. И она, конечно, пока не одинока. Вот, скажем, Владимир Posner, отпрыск одного из "Серапионовых братьев", уроженец Парижа, воспитанник Нью-Йорка. Ведь не так давно как гневно поносил он свою вторую родину, США, весь Запад и как пылко нахваливал Советский Союз, коммунизм и советскую власть: "Что поражает в Америке, так это богатство. Поразительное богатство! И вместе с тем — страшная нищета. Покосившиеся, с выбитыми стеклами дома, вонь в них такая, что тебя выворачивает буквально наизнанку. Это как будто совершенно другой мир, другая планета. Но богачам начхать, что там живут люди... Бедные в Америке едят продукты, в которых нет никаких витаминов, но масса химии. Поэтому так много нездорово толстых людей. Там даже есть магазины, которые так и называются "Натуральные продукты". Туда ходят только богатые. В Америке такой день, когда все могут купить всё, не наступит никогда. И начинаешь понимать ненависть и безысходность, которые испытывают люди, живущие в такой нищете. А мы в СССР ставим перед собой задачу сделать так, чтобы все могли иметь всё, причем одинаковое по качеству". Каждое слово тут — сущая правда, и сказано это было в 1986 году в "Аргументах и фактах" (№ 38), выходивших тиражом в 24 миллиона экземпляров. Тогда Posner стремился как можно глубже и основательней внедриться в советскую журналистику...

Как я уже упоминал, Владимир Соломонович Познер, автор пьесы "Ученье свет — неученье тьма", входил в литературную группу "Серапионовы братья". Вспоминая выступление Маяковского на одном литературном вечере в 1920 году, Чуковский записал в дневнике: "Не забуду маленького, черненького Познера, который отшибал свои детские ладошки..." А читал-то Маяковский поэму "Сто пятьдесят миллионов". Там нарисована картина грандиозной битвы русского Ивана с американским президентом Вудро Вильсоном. Иван является и говорит:

Эй, Вудро,

хошь моей крови ведро?

Тому, конечно, захотелось. И началась битва...

Вот чему бешено аплодировал, не жалея ладошек, маленький, черненький Познер в 1920 году. После вечера, пишет Чуковский, они сидели с Маяковским за одним столиком, и зашел разговор о композиторе Артуре Лурье, который в Москве "жил себе по-комиссарски", ну вроде Троцкого, а в Петрограде бедствовала его жена, и поэт сказал: "Сволочь. Всякое лурьё лезет в комиссары, никакого житья нет от этого лурья!" Да, так и сказал. А ведь где-то рядом зыркала глазками его бдительная Лиличка...

Но это к слову, а главное, хочется напомнить, что у "Серапионовых братьев" было заведено при встрече вместо "Здравствуй" говорить друг другу: "Писать книги, брат, очень трудно!" Как жаль, что Владимир Соломонович, коммунист и русофил, как видим, не заставил сыночка прочитать свою пьесу "Ученье — свет, неученье — тьма" и не внушил ему девиз "серапионов". В самом деле, прошло всего три года со времени его приведенных выше проклятий и восторгов, а Posner с великой легкостью уже накатал книгу "Прощание с иллюзиями". Оказывается, зловонные трущобы в Америке, химическая курятина для бедняков, болезненные СШАанские толстяки, ненависть к богачам, как и забота Советской власти о благосостоянии народа, — всё это иллюзии, с которыми под руководством Бурбулиса пора распрощаться.

Теперь прошло уже пятнадцать лет. И Posner давно видит американский кошмар в своём очередном месте пребывания — в России. Видит такое же богатство, такую же нищету, такое же безразличие, даже хакамадское презрение, чубайсовскую ненависть богачей к нищим, и такую же ненависть нищих к богачам, но это его уже ничуть не колышет.

А тогда, в 86-м, продолжал так: "Дать человеческий образ жизни всем — с этой задачей, — говорит американский экономист Гэлбрейт, — пока ни одно общество не справилось. Так вот, я считаю, что наше советское общество всё-таки подходит к этому, а американское и не ставит себе такой задачи". Каково! Он бесстрашно вступал в спор со знаменитым американским экономистом, опровергал его и отстаивал то, что провозглашали еще Маркс и Ленин.