Чтение онлайн

В заключение я хотел бы привести цитату из колонки обозревателя Нью-Йорк Таймс Билла Келлера, за 26 января, озаглавленной в типичной форме пособий по Интернету "Энрон для чайников".

"Компания воплощала собой культ быстрого достижения непристойно-огромного богатства, который вырос на перекрестке цифровых технологий, дерегулирования и глобализации. Она оседлала дух эпохи — дух скорости, гиперболы, новизны, чванства и хвастовства. Сырая нефть стала дохлым делом, производные — горяче-модными. Фирмам советовали избавиться от багажа твердых ценностей — таких, как заводы и нефтяные поля, которые тянут вас назад, в то время когда вы находитесь в затяжном цифровом прыжке и сосредоточены на шумах и брэнде. Бухгалтеры, которые пытались навязать традиционную дисциплину балансовых счетов, отметались с порога как "мелочники", застрявшие в устаревших метрических системах. Уолл-Стрит взирал на новые системы, новые способы измерения неуловимого гения инновации, когда самыми важными показателями являются ежедневные вспышки цен ваших акций"…

Покупала ли "Энрон" политическое влияние?— вопрошает далее за читателя Келлер. И отвечает: "Пожалуйста, извините, но это не так, как делается в Вашингтоне. "Энрон" покупала доступ. ("Доступ к телу", как выражаются в Москве.— Г.Т.). Деньги лишь отворяли ей дверь, чтобы дать возможность разъяснить свои предложения. (Предложения, которые она излагала, вероятно, сводились к следующему: если правительство будет действо- вать так, как действует "Энрон", множество людей станет очень богатыми, и они будут очень, очень благодарны мудрым лидерам, которые сделали это возможным). Если вы спрашиваете, не оказывала ли администрация Буша услуг "Энрон", ответом будет — безусловно, оказывала, точно так же, как, между прочим, делали это администрация Клинтона и обе партии в Конгрессе. Сейчас внимание сосредотачивается на ряде восхитительных лазеек, которые законодатели и регулировщики тайно подгоняли под запросы "Энрон". Но — и тут следует еще один Урок "Энрон" — большинство из того, что Вашингтон сделал для раздувания славы "Энрон", он сделал у всех на виду. Политики проклинали правительственное регулирование и методично ликвидировали гарантии, установленные в периоды ранее имевших место поворотов к худшему для защиты мелких инвесторов. Они продвигали культ биржевых спекуляций, даже призывая к тому, чтобы фонды Социального страхования скармливались Уолл-Стриту. Они снижали налоги, но практически прикрыли аудит налоговых поступлений. Я бы сказал, что вложения "Энрон" в избирательные кампании, около 6 миллионов за последние двенадцать лет, дали ей большую прибыль, чем большинство остальных ее инвестиций"…

Еще один Урок "Энрон": чем громче кто-то кричит "свободный рынок!",— тем внимательнее следовало бы просмотреть его документацию (исходя из того, что она еще не разорвана в клочья)…".

Тут даже не надо напоминать об аналогиях. Единственное, что можно добавить, так это то, что создатели киллерских биржевых технологий из "Энрон" тесно общались с руководящими энергетиками России. Не по ее ли рецептам действует ныне глава РАО "ЕЭС" г-н Чубайс, "реформируя" отечественную энергетику? И кто пойдет по пути Д.К.Бакстера?

[guestbook _new_gstb] На главную 1

2

3 u="u605.54.spylog.com";d=document;nv=navigator;na=nv.appName;p=0;j="N"; d.cookie="b=b";c=0;bv=Math.round(parseFloat(nv.appVersion)*100); if (d.cookie) c=1;n=(na.substring(0,2)=="Mi")?0:1;rn=Math.random; z="p="+p+"&rn="+rn+"[?]if (self!=top) {fr=1;} else {fr=0;} sl="1.0"; pl="";sl="1.1";j = (navigator.javaEnabled?"Y":"N"); sl="1.2";s=screen;px=(n==0)?s.colorDepth:s.pixelDepth; z+="&wh="+s.width+'x'+s.height+"[?] sl="1.3" y="";y+=" "; y+="

"; y+=" 30 "; d.write(y); if(!n) { d.write(" "+"!--"); } //--

31

[cmsInclude /cms/Template/8e51w63o]

Континентальный Китай развивается быстрее Соединенных Штатов и к 2020 году должен выйти на бесспорное первое место по величине внутреннего валового продукта (ВВП). То есть произойдет очередная смена мирового лидера. А подобные смены, как правило, не происходят без серьезных столкновений. Но не обязательно в форме прямой войны между двумя главными соперниками — риски чересчур велики, тем более в нынешнем ракетно-ядерном формате.

Однако нынешняя "миротворческая" сверхактивность Америки, которая играет мускулами по всей поверхности земного шара под громкие рассуждения о "конце истории" и "однополюсном мире", нынешняя глобальная нестабильность: финансово-экономическая, политическая, культурная,— позволяют считать, что необъявленная война за лидерство между США и КНР уже началась. И важнейшим фронтом этой войны будет энергетика.

Дело в том, что она (если не считать относительно слабый ядерный арсенал Пекина, против которого направлено развертывание Америкой программы НПРО) — единственно уязвимое место, настоящая "ахиллесова пята" китайского гиганта. Главный энергетический ресурс КНР — это уголь, однако его расширенное использование на перспективу затруднено из-за роста "экологической цены". Вряд ли решат проблему ГЭС и АЭС, хотя в Китае предпринимаются значительные усилия по этим направлениям. Общепризнанно, что сохранение нынешних высоких темпов экономического роста зависит от свободы доступа Китая к месторождениям нефти и газа. По оценкам специалистов, ежегодная потребность экономики КНР в нефти к 2020 году вырастет с 200 до 400 млн. тонн, т.е. практически вдвое. Между тем, несмотря на то, что подтвержденные запасы нефти на территории КНР достаточно велики и растут темпами, опережающими рост потребления, реальная нефтедобыча не сможет удовлетворить запросы национальных производителей. Иными словами, Китай будет все больше и больше зависеть от импорта нефти и нефтепродуктов.

Согласно информации, размещенной на официальном сайте КНР, к 2010 году доля нефти в структуре производства энергоресурсов снизится до 13,2%, а в структуре потребления — повысится до 19,4% и даже более. Если в 1997 году в Китае, по разным данным, было добыто 159-163 млн. тонн сырой нефти, или менее 85% от потребности, то к 2010 году, всего через девять лет, эта цифра составит в лучшем случае 70%, что соответствует импорту уже не 40, а более чем 100 млн. тонн нефти.

Где Китай может найти источники для подобного трехкратного расширения импорта? Теоретически — на мировом рынке, то есть где угодно. Но на деле все обстоит несколько иначе. Ведь не случайно США сегодня сократили долю импорта нефти из стран Персидского залива до 4%, предпочитая использовать географически более близкие и легче контролируемые каналы доставки. Точно так же и у Китая есть географически (они же — экономически) предпочтительные источники получения углеводородного сырья.

Приоритетное место в этом списке прочно занимает так называемое "постсоветское пространство". Континентальный трубопровод — это все-таки более надежный (и дешевый, в конечном итоге) способ доставки, чем танкеры. К тому же, и Каспий, и Сибирь с их запасами нефти расположены не так уж далеко от нынешних китайских границ. И от сотрудничества в этом направлении с Россией и Казахстаном, например, в отличие от поставок электроэнергии, Пекин не отказывался. Во время визита в Астану (сентябрь 2001 года) премьер Госсовета Чжу Жунцзи заявил, что товарооборот между двумя странами может достичь $10 млрд., если нефть в Китай "пойдет по российско-казахстанскому направлению". При этом в качестве примера сотрудничества было названо СП "CNPC-Актюбинскнефтегаз" (60% акций принадлежит китайской стороне), которое в 2000 году добыло 5 млн. тонн нефти. Даже с учетом возможного адекватного роста китайского экспорта в Казахстан и высоких тогда цен на нефть, из заявления Чжу Жунцзи следовало, что Пекин рассчитывал довести импорт по этому направлению только из Казахстана минимум до 25 млн. тонн нефти ежегодно.

8 сентября 2001 года, то есть буквально накануне американской трагедии, "ЮКОС", ОАО "Транснефть" и China National Petroleum Company (CNPC) подписали генеральное соглашение о строительстве нефтепровода по маршруту Ангарск-Дацин пропускной способностью 30 млн. тонн. На первом этапе работы (2005-2010 годы) соглашение предусматривало ежегодные поставки в Китай нефти из Сибири в объеме 20 млн. тонн. То есть собственно российские поставки на этом направлении предполагались не меньше казахских, что в сумме давало 50 млн. тонн или более половины необходимого Китаю к 2010 году объема нефтеимпорта.

Не исключено, что в ближайшей перспективе к этому российско-казахстанскому пути могли последовательно присоединиться (через Узбекистан) Туркмения, Иран и даже Азербайджан. Тем самым "вокруг трубы" формировалась мощная политическая (и даже военно-политическая) связка. Или, что вернее, наполнялся реальным содержанием формат "Шанхайской инициативы". Устраивал ли подобный сценарий США? Разумеется, не устраивал — причем категорически. И эта категоричность воплотилась в "удар по Афганистану", в прямое американское военное присутствие в Центральной Азии, которое эффектно и эффективно заменило прежний "талибский фактор" косвенного давления на правительства государств этого региона. Было бы натяжкой утверждать, что тем самым понлостью перекрываются каналы для китайского импорта нефти из России и Казахстана. Но то, что теперь и Астана, и Ташкент будут еще сильнее зависеть от позиции Вашингтона — несомненный факт.