Чтение онлайн

В разрушенной крепости сейчас находится мемориал защитников, погибших здесь в борьбе с фашистскими захватчиками в годы Великой Отечественной войны, а также музей, воссоздающий тюремную атмосферу — крепость в царские времена использовалась как место заключения политически неугодных лиц. Работники, готовящиеся к сезону посещений, сперва не были обрадованы неожиданным вторжением, но, узнав, что гости интересуются историей и не собираются хулиганить, пить (1 мая в ДвУРАКе, кстати, был объявлен День трезвости) и швырять мусор, отнеслись очень доброжелательно и даже провели в музейные помещения, поведав кое-что из истории. Оставшееся после осмотра время было использовано для проведения импровизированного концерта, в котором участвовали представители таких музыкальных проектов, как "Пограничная зона", "Большое легкое", "Монокрифтическая инсинуация", Клещ (сам по себе) и хор краеведов под управлением Захара Мухина. Возвращаясь с острова, краеведы могли оценить результаты своего посещения — над башней развевался на ветру красный флаг со справедливым, но вряд ли осуществимым лозунгом "ВСЁ ВСЕМ!", и очень уместно смотрелось алое знамя над крепостью, разрушенной, но выстоявшей в борьбе с вражеской оккупацией и режимом.

Второй день акции проходил в помещении разрушенного завода вблизи станции метро "Старая деревня", и представлял полномерный, сопровождаемый плясками и разжиганием костра концерт с участием вышеупомянутых музыкальных коллективов, а также с исполнением присутствующими нескольких композиций всеми предметами, что попадались под руку, на железных трубах.

Погода не жаловала краеведов, но в день перед отъездом она все-таки благосклонно одарила путешественников солнечным лучиком и кусочком тепла. Поэтому наблюдение Финского залива с крыши самого высокого здания на Канонерском острове явилось достойным завершением поездки.

Акция "Железный кулак-2" (или "Движение бесконечно"), собравшая анархо-краеведов из Москвы, Питера, Минска, закончилась, участники разбрелись по домам... Но движение, частью которого явилось описанное мероприятие, продолжается. Порой оно хаотично, иногда вполне целенаправленно, но оно есть! И над крепостью Орешек алеет знамя, и железные заводские трубы запомнили принесенные им ритмы, и есть вера в то, что жизнь будет...

20 мая 2003 0

21(496)

Date: 20-05-2003

ДЖЕЙМС БОНД БЕРЕТ "НА ПОНТ"...

Боевик с хорошим названием, но сомнительным сюжетом демонстрируется по НТВ 23 мая в 20 часов 55 минут. Фильм "Завтра никогда не умрет" рассказывает о зловещем информационном холдинге "Завтра", который связан с неонацистами и, разумеется "русской мафией". Непобедимый англосаксонский шпион по кличке "два нуля плюс семь" вступает в неравный бой с друзьями "Завтра" (сиречь активистами Национал-большевистской партии). Только чудовищные усилия стратегов МИ-6 и ЦРУ, а также колоссальная живучесть главного героя способны защитить полтора миллиарда китайцев от посягательств экстремистских красно-коричневых бандформирований, партизанящих в каменных джунглях вашингтонщины и нью-йоркщины.

Товарищ, не смотри телевизор! Читай и выписывай газету "Завтра"!

Соб. Инф.

20 мая 2003 0

21(496)

Date: 20-05-2003

Author: Тит

ТАК!

Искусство требует жертв. Массовое искусство требует массовых жертв. Данное уточнение, по-моему, не нуждается в специальных доказательствах — истина лежит на поверхности. Однако в России она страшно и весьма отчетливо была подтверждена осенью прошлого года в ходе самого долгого и самого кровавого в истории мюзиклов, представления. Речь идет, конечно, о печально знаменитом "Норд-Осте", который всего пару недель как снят с программы.

Вообще сама идея возродить после случившегося этот музыкальный спектакль свидетельствует не столько о моральном кретинизме его создателей (Александр Цекало образца 1993 года: "Хопер-инвест" отли-ичная компания!), сколько об их абсолютной нечуткости и отчужденности от понятия искусство. Ведь после ТАКОГО представления попытка поставить спектакль в прежнем, так сказать, "урезанном" виде, есть и цинизм и полнейшая безвкусица. После того как "пляшущих человечков" остановили "стреляющие человечки", оставшимся с внешней стороны оцепления творцам российских мюзиклов следовало задуматься о жизни вообще, о природе искусства, в частности, и безусловно, о той стране, в которой они, волею Всевышнего, родились.

Ничего этого не произошло, что естественно. Бардовская песня, "гитарный туризм", шестидесятнический идиотизм, помноженный на "Хопер-инвест" и эстетику Бродвея, — все это дышит такой пошлостью, такой фальшью и дешевкой, что даже привлечение в соавторы чеченских смертниц и Мовсара Бараева не смогло повлиять на мировоззрение господ Цекало, Васильева и Иващенко. Поскольку в отмытый, подновленный ДК московская публика ходить отказывается, организаторы шоу решили провести гастроли по всей России. То есть наградить "оптимизмом" другие русские города. Уверен, любой вменяемый губернатор скажет: "Спасибо, не надо нам такого добра".

Единственно возможный и победительный способ сохранить спектакль, избавившись от шлейфа "Дубровки", — это длительная поездка труппы в полном составе в Чечню. Полный вперед! Тур Грозный — Шатой — Ведено-Гудермес — Урус-Мартан — Ачхой-Мартан с выступлениями в сельских клубах и военных гарнизонах. Выступлениями перед русскими солдатами и перед родственниками тех, кто захватил их театр в заложники. Но для такого спектакль должен стать несколько иным. Другими должны стать и люди, которые его на беду создали.

Впрочем, к тому времени, как бродячий обоз "Норд-Оста" на исходе дня достигнет пустынного и немого ущелья, что в районе села Бамут, после того как расположится на позднюю стоянку, плясать и петь не захочется ни одному из актеров.

Террористы, история или погода корректируют художественные замыслы некоторых не вполне чутких к вибрациям почвы артистов. Поспешно сконструированная, свинченная, смонтированная (как и многое другое сейчас в Мариинке) новая постановка "Бориса Годунова" должна была состояться 4 мая и грозила стать примером очередной неточности. Гениальное творение Модеста Петровича должено было быть спето под открытым небом, и не где-нибудь, а на Соборной площади, в "естественных декорациях архитектурного ансабля Кремля". Дело стало пахнуть очередной успешной VIP-"дешевкой" (в кавычках потому, что на представление пошло более миллиона долларов, самый дешевый билет стоил около 5000 рублей). Все шло прекрасно. Однако перед началом действа "естественные декорации" естественным образом были "достроены" самой природой. Проливной дождь и промозглый ледяной ветер практически исключили возможность проведения мероприятия. Музыканты отказались выходить под дождь с драгоценными инструментами в руках, а "брильянтовая" публика начала дрожать от холода. Продюсер вместе с режиссёром Второго Московского пасхального фестиваля (в рамках которого создавался данный проект) кинулись к руководителю Мариинского театра Валерию Гергиеву. Умоляли его отменить и перенести на другой день задуманное действо. Но нахрапистость и дикарство маэстро на этот раз раз сыграли позитивную роль.

– — Шерта з два, — сказал Гергиев — и в полутьме, в непогоду под плотным ливнем опера состоялась. О, это была уникальная премьера. Часть зрителей, ничего не понимающих в красоте, немедленно свалила греться в окрестные рестораны. Остались самые верные и самые любопытные (им курсанты Кремлевского полка раздали "для тепла" солдатские байковые одеяла). Принесенный в жертву рояль и часть скрипок издавали торжественные и слегка размытые ветром звуки, солисты стоически надрывались, пытаясь перекрыть шепот дождя и бормотание публики. Завернутый в плащ-палатку Гергиев стоял на пульте, как Флинт на капитанском мостике (нет, я не Негоро, меня зовут капитан Перейро!!!). Неожиданно "мероприятие" стало искусством. Героический характер происходящего в данном случае нельзя объяснить жадностью фанатичного сына осетинского народа. Налицо художественное чутье, артистический и гражданский пафос. Зря зубоскалили падкие на катастрофы журналисты. Гергиев победил. Он действовал не вопреки погоде, но вопреки пошлости и ложной респектабельности изначального замысла. Слава Мусоргскому, слава Мариинке, слава искусству (колокольный звон, гром и молния)!!!

В культурной жизни Москвы самое печальное, грустное и гнусное событие прошлой недели — это даже не привычная жванецкость большей части нашей интеллигенции. Все нормы этики и эстетики были окончательно попраны во Всемирный день музеев руководством Музея археологии города Москвы. Роскошная экспозиция офортов Франсиско Гойи, вход на которую стоил двести рублей, 18 мая (как и все выставки в музеях страны) по закону должна была быть бесплатно доступна всем желающим. Несколько десятков пожилых людей, специально приехавших из многих уголков Москвы и Подмосковья специально на эту выставку, были остановлены администрацией музея.