Чтение онлайн

Являясь модернистами и новаторами, управленцы ЮКОСа пользуются драгоценным советским опытом, — планируют свою деятельность на пять и на десять лет, ввели соревнование, поощряют за успехи, раздают грамоты почета, пользуются понятием "человеческий фактор". Не удивлюсь, если появится "Моральный кодекс строителя капитализма".

НЕФТЯНЫЕ ГОРОДА, СРЕДИ КОТОРЫХ НЕФТЕЮГАНСК, — СТОЛИЦА ИМПЕРИИ ЮКОСА. Помню, как они создавались тридцать лет назад "из тьмы лесов, из топи блат". Как в хлюпающую зловонную гниль без следа проваливались вездеходы. Как бездонную трясину засыпали песком. Наспех плюхали сырые балки и тут же вбивали колья с названием будущих улиц, — Нефтяников, Строителей, Космонавтов. Как по ветреной черной Оби шли караваны барж, чалились у глинистого отвесного берега. С них сгружали бетонные панели, стеклянные окна, водопроводные трубы, фонарные столбы. Была запущена "индустрия городов", когда на материке, на заводах, лепились стены и крыши, коммуникации и сантехника, и эти сошедшие с конвейера микрорайоны вслед за ледоходом в разобранном виде плыли на север. Собирались, сваривались, свинчивались. Фантастические города, окруженные пылающей сваркой, в морозном дыму, вставали среди полярные сияний.

Сегодня эти города полны людей и автомобилей. Пережив запустение в начале разрушительных девяностых годов, когда убегали обитатели, и ржавые мхи начинали ползти по фасадам, поедая творение рук человеческих, эти города восстановлены, отмыты, покрашены в нежные акварелевые тона. Среди советской лаконично-индустриальной архитектуры подымаются новые жилые дома с затейливыми башнями и мансардами. В микрорайонах, оживляя, внося драгоценную пластику, похожие на стеклянные кристаллы, построены спорткомплексы, аквапарки, интернет-клубы, рестораны, культурные центры, клиники, придающие этим рабочим городам новизну, роскошь, черты оседлого зажиточного уклада. Среди цветников, нарядных реклам, зелено-желтых пирамид с надписью "ЮКОС" возвышаются православные церкви для русских, новой богатой постройки, в золоте куполов, с красно-кирпичными палатами воскресных школ и богоугодных заведений, а также минареты мечетей для башкир и татар, народов, умеющих добывать нефть.

Поделюсь впечатлениями, полученными от этих возрожденных городов.

Бросается в глаза обилие молодых очаровательных женщин, толкающих перед собой коляски с детьми. Множество детей крутится на детских площадках, снует по дворам, бегает по тротуарам. Рождаемость вдвое превышает смертность, что не похоже на удручающее вымирание среднерусских городов и селений. Здесь, в Нефтеюганске, чувствуешь лживость отвратительного мифа, который создают "демографы власти", утверждая, что снижение рождаемости — есть признак цивилизованных народов, к которым, благодаря реформам, принадлежит теперь и русский, "окультуренный" народ. Если русские люди имеют кров над головой, им дают возможность работать и зарабатывать, они уверены в завтрашнем дне, им не говорят ежечасно, что они убогие выродки, проигравшие свою историю, если их девушек не отлавливают по дворам, не насилуют, не отправляют в публичные дома Стамбула и Лондона, а юноши не опиваются пивом, а сидят за компьютерами в интернет-клубах или плавают в лазурных бассейнах, тогда русские семьи плодоносят, улицы и школьные классы звенят от детских голосов.

Удивительный священник, отец Николай служит в храме, построенном на деньги ЮКОСа. Когда вбивали под храм первые сваи, в небе, на глазах у изумленных прихожан возникла Святая Троица, -— лики Бога Отца, Бога Сына, и обнимающего их крылами голубя — Духа Святого. Отец Николай, усомнившись, не прельщение ли это, раскрыл Евангелие и стал читать, обращая честной крест в небо. Видение не только не исчезало, но начинало светиться, волноваться, крылья голубя теснее обнимали Отца и Сына. По сему явленному чуду построенный храм был посвящен Святому Духу. Отец Николай, открывая при храме воскресную школу, странноприимный дом, все свободное от служб время посвящает общению с молодыми прихожанами. Проповедует о преступности абортов. Отвращает молодежь от пагубных пороков и наркотиков. Отправляется с молодыми людьми в путешествия по святым русских местам. Создал молодежный православный лагерь за городом. На Пасху и Рождество устраивает в городе театрализованные представления, на которые сходится множество народу. Это образец страстного, "огненного" служения, пример успешной проповеди и неутомимого духовного делания.

Наркотики хлынули в северные города, как только там появились заработки. Наркоторговцы из преступных чеченских и азербайджанских группировок наводнили Нефтеюганск, Пыть-ях, Стрежевой. Города, едва поднявшись из разрухи, стали погибать от страшной заразы. Милиция и спецслужбы действовали вяло, словно и их опоили, покуда ни вмешался ЮКОС. Компания бросила на войну с наркомафией деньги, специалистов, пропаганду, явные и неявные средства. Наркодилеры были уничтожены, наркотрафик рассечен, молодежь отсечена от марафета спорткомплексами, горнолыжными базами, плавательными бассейнами, культурными учреждениями. Пропаганда строилась таким образом, что употребление наркотиков, с точки зрения молодежной субкультуры, выглядело непрестижно, а молодой человек, "севший на иглу", в среде товарищей воспринимался, как дегенерат. Наркотики были побеждены. Новая поросль наркоторговцев тут же выстригается, как сорняк на газоне.

Бедой для многих городов России является нашествие миллионов "нелегальных азербайджанцев", которые захватывают рынки, торговые точки, вздувают цены, подкупают милицию, просачиваются в органы власти. Несут с собой коррупцию, растление, вытесняют на обочину неокрепший мелкий русский бизнес. Эта проблема возникла и в "нефтяных городах", когда русские хозяева рынков, поставив под контроль азербайджанских торговцев, вдруг подверглись натиску чеченских криминальных авторитетов, попытавшихся перехватить у русских рынки. Были встречи русских и чеченских авторитетов. Были разговоры. Немного поговорили охранники тех и других. Немного поговорили пистолеты. Чеченцы сгинули и больше не появлялись. Русский бизнес продолжает развиваться.

Еще одной чертой этих городов является аполитичность граждан. Равнодушие к партиям. Отсутствие "правых" и "левых". Какой-то городской чиновник по принуждению возглавил "Единую Россию", похохатывая над своим назначением. Какой-то беспартийный фрондер выступил против "олигархического правления" ЮКОСа. Но большинству не до политики, если есть работа, деньги, на которые можно воспитать детей, дать им образование, отдохнуть семьей у моря.

И особое дело, — развлечения в этих приполярных городах, где зима и ночная тьма царствуют чуть ни полгода. Помню, на Салыме, лет тридцать назад, когда заработали первые разведочные буровые, в зимнем вагончике, над которым горели жестокие полярные звезды, геологи, одурев от мерзлоты, тьмы кромешной и одиночества, забавлялись игрушкой. В стеклянную колбу была налита смесь глицерина и спирта. Две разноцветные, не смешивающиеся жидкости под воздействием тепла начинали перемещаться, возникали фантастические пузыри, тягучие струи, абстрактные изображения, как на картинах Сальвадора Дали. Можно было часами смотреть на эти танцующие фигуры, которые разделялись, сливались в объятиях, кружились в сомнамбулическом танце. Потребность в ярком, нарядном, перламутровом, хрустально-праздничном особенно ощутима на севере. Откликаясь на эту потребность, в Нефтеюганске возник свой самоцветный Лас-Вегас, — развлекательный центр "Империя", куда под вечер съезжаются "джипы", "фольксвагены", "жигули", и вернувшиеся с месторождений нефтяники, отоспавшись, отмывшись, наполняют залы боулингов, рестораны, казино. Молодой бурильщик, который несколько дней назад в робе и каске стоял среди грохочущего железа буровой, теперь, в белой рубашке, артистическим взмахом напоминающий античного дискобола, мечет тяжелый грохочущий шар, разбивая вдалеке стучащие кегли.

Но пусть эти процветающие под ЮКОСом города не отвернут ваших глаз от большинства русских селений, дистрофически-вялых и погибающих, где люди, как блокадники, тихо бредут вдоль обшарпанных фасадов, словно на эти провинциальные города опустилась тень погибели.

"НАЦИОНАЛЬНЫЕ ИНТЕРЕСЫ" — КАТЕГОРИЯ, КОТОРАЯ НА ПРОТЯЖЕНИИ ПЯТНАДЦАТИ ЛЕТ отсутствовала в русской политике, заменяемая "общечеловеческими ценностями", "встраиванием в Европу", поддержкой "великой Америки", — эта категория возвращается. Не в МИД, — жалкий придаток Госдепа. Не в правительство, задом догоняющее Португалию. Не в Генштаб, бессильный содержать армию и флот. Эта категория медленно, как замалеванная богохульниками фреска, начинает проступать в деятельности ЮКОСа. Полубессознательно, не сформулированная, не ставшая идеологией компании, однако объективно определяющая деятельность корпорации, связанной с огромными территориями, населением, геополитикой, стратегическим сырьем.

Сырая нефть, пропущенная сквозь нефтеперегонные заводы компании, питает миллионы моторов. Насосные станции, трубы, трубоукладчики, гигантские реакторы для крекинг-процесса загружают металлообрабатывающую промышленность, не дают остановиться мартенам, гидравлическим прессам, карусельным станкам, а это спасает от застоя национальную экономику, создает рабочие места, избавляет от деградации индустриальные центры. Покупка нефтеперегонного завода в Литве ставит под контроль энергетику этой маленькой своевольной страны, неутомимой в антироссийской риторике. Содействие строительству терминала на Балтике, вблизи Петербурга переключает нефтяной транзит через Латвию на отечественный терминал, что больно сказывается на бюджете этого карликового члена НАТО, называющего русских "оккупантами". Затеваемые ЮКОСом два гигантских проекта стоимостью в 10 миллиардов долларов — трубопроводы в незамерзающий Мурманск для танкерных поставок в Америку, и другого, к границам Китая, — резко толкнут вперед всю экономику страны, загрузят металлургию, тракторостроение, автомобильные заводы, предоставят работу сотням тысяч рабочих, спася их от бездействия и нищеты.

Сама практика этих гигантских компаний заставляет их размышлять о внутренней и внешней политике государства, исследовать тенденции мировых процессов, искать благоприятные варианты для себя и для страны. Именно эти компании становятся "полюсами развития", "локомотивами экономики", концентрируя громадные, находящиеся в их распоряжении капиталы в центрах экономического роста. Эти компании неравнодушны к тому, какая власть на дворе. Сколько ворует государственный чиновник высокого ранга. Как действует коррумпированный прокурор и судья. В какой степени распоясавшаяся власть, способная развязать в сиюминутных интересах кровавую войну, будет контролироваться обществом и парламентом. Именно это стремление участвовать в открытой экономике, играть по честным, практикуемым в мире правилам, обеспечивающим инвестиции, кредиты, партнерские договоренности, -— именно это заставило ЮКОС открыть свои коммерческие тайны обществу, выйти на свет из тени ельцинской криминальной экономики, где на равных действовал олигарх и сутенер, нефтебарон и торговец наркотиками. Надо понять, как мучительно трудно было Ходорковскому в стране, где восемьдесят процентов населения бедствуют и ненавидят олигархов, как страшно ему было обнародовать свое состояние, равное восьми миллиардам долларов, -— пусть не личный кошелек, не сейф с бриллиантами, не зарытые в землю слитки золота, а стоимость принадлежащих ему акций, овеществленных в машинах, трубах и баррелях нефти. Но ведь во многих селеньях России по-прежнему заваривают на обед жмых, и средний рост русского человека сократился от недоедания на восемь сантиметров, о чем свидетельствуют врачи военкоматов.

И вот эту и подобную ей компании популистские политики, депутаты Госдумы, лидеры почти поголовно всех фракций, еще недавно голосовавшие за тотальную приватизацию, теперь призывают тотально национализировать, то есть вернуть государству.

КАКОВО ОНО, НЫНЕШНЕЕ ГОСУДАРСТВО?

Оно поражено безумием саморазрушения. Заменив собой советский централистский строй, оно поставило целью убить себя, расчлениться на части, оторвать себе конечности, выпороть печень и сердце, выдрать с корнем глаза, чем и занимается по сей день, топя лодки, не справляясь с терроризмом, доведя до банкротства "Газпром", теряя контроль над регионами. Оно, это параноидальное, антинациональное государство бросило на растерзание тридцать миллионов русских в сатрапиях СНГ. Оно развалило гигантскую территорию СССР, передав ее лучшие части с несметными запасами нефти и газа, урана и золота под контроль Америки и НАТО. Оно рассекло на уродливые ломти целостное народное хозяйство, вручив отдельные его куски ворам, предателям, "красным директорам", временщикам, бездарям и хапугам, которые разворовали и погубили индустрию и деревню, превратив в пепелища цветущие зоны жизни. Это государство представлено ненасытной, бессовестной сворой чиновников, приватизировавших власть, сделавших свое рабочее кресло источником обогащения. Эта урчащая, ненасытная свора, от крохотных хищных зверьков в сельских околотках до гигантских клыкастых хищников в правительстве, жрет и жрет все, что ни попадет им на зуб. Сжирает миллиардные кредиты иностранных банков. Сглатывает без следа бюджетные деньги. Слизывает доходы от торговли оружием. Государство карманников, медвежатников, наперсточников, гангстеров, тонких шулеров и свирепых грабителей.