Чтение онлайн

АЛЕКСАНДР НАГОРНЫЙ.

Я полагаю, что дальнейшая судьба Ассанжа очень многое может сказать о всём проекте WikiLeaks. Прежде всего, почему он оказался, в конце концов, в Англии, а не в Швейцарии, куда вроде бы направлялся по приглашению местной "пиратской партии" и куда уже перевел свой сервер? Почему после этого российская позиция по материалам WikiLeaks и по личности самого Ассанжа неожиданно и кардинально изменилась: из отстраненно-безразличной стала положительно-заинтересованной? Скорее всего, это связано с какими-то теневыми аспектами современных российско-британских отношений, которые сегодня трудно назвать даже нейтральными и которые продолжают ухудшаться. Не думаю, что там осознали возможность превращения Ассанжа в пророка какой-то новой религии, а такая возможность сегодня весьма высока, поскольку из США слышатся многочисленные призывы к физической расправе над ним любым способом: от "суда Линча" до новейших средств из арсенала спецслужб. С другой стороны, если его выпускают, он неминуемо становится одним из лидеров реального антиглобализма и всего левого спектра "поколения интернета", "поколения Си" — не коммунистов, но коммуникаторов…

Кому, на мой взгляд, бросает вызов феномен WikiLeaks? Прежде всего крупным транснациональным корпорациям, глобальному финансовому капиталу, который через очередную технологическую революцию, через использование нанотехнологий стремится низвести всё человечество на уровень программируемых роботов.

МИХАИЛ ДЕЛЯГИН.

Нет, Александр Алексеевич. Ассанж и WikiLeaks бросают вызов глобальному капиталу и государственной власти только когда этот капитал и эта власть мешают свободе коммуникации. Например, чрезмерным применением так называемого авторского права. Но если глобальный капитал и государственная власть способствуют свободе коммуникаций, Ассанж и WikiLeaks однозначно будут на их стороне. Судьба угнетенных негров в Африке и построения там более справедливого общества его не слишком волнует.

Если раньше целью глобального капитала можно было считать построение общества по типу описанной Джеком Лондоном еще в начале прошлого века "Железной пяты", где есть немного миллиардеров, чуть побольше миллионеров, огромные массы рабочего "быдла" и гигантские силовые структуры, призванные держать это "быдло" в страхе и повиновении — да, несмотря на все рассказы про "общество потребления" и "общество среднего класса", — то сегодня выяснилось, что контролировать "быдло" гораздо проще и эффективнее при помощи разветвленной системы коммуникаций, чем при помощи полиции, армии и спецслужб. Эта "полиция мыслей" — куда более расторопная и умелая служанка глобального капитала, и Ассанж вместе с WikiLeaks, хотят они того или нет, объективно действуют в её пользу против не таких расторопных и не таких умелых, "старых" служанок. Точно так же Коминтерн в первой половине ХХ столетия воевал против Фининтерна, и наоборот, однако они в этой войне образовывали при этом некое диалектическое единство и историческую целостность. Я не уверен, что даже все наши усилия заставят шарик скатиться в нужную сторону. Но если ничего не делать, он точно скатится в другую.

ВЛАДИМИР ВИННИКОВ.

Абсолютно согласен с тем, что процесс глобализации далеко не одномерен, что в нём присутствуют, как минимум, два измерения, позволяющие говорить о глобализации и "глобализации".

Глобализация как таковая — это, прежде всего, общекультурный феномен современного человечества, представляющий собой массовый обмен информацией, говоря нынешним языком, в режиме "он-лайн". Первой ласточкой глобализации можно считать установление постоянной "горячей линии" связи между Белым Домом и Кремлём после Карибского кризиса 1962 года, а "реперной точкой" — смыкание первого "мирового кольца" оптико-волоконной связи у Владивостока в августе 1994 года.

После чего, собственно, все информационные (а вместе с ними уже и финансовые) потоки приобрели нынешнее глобальное качество — наподобие того, как гелий при температуре 4,2оК приобретает качество сверхпроводимости.

Однако, наряду с объективным процессом глобализации существует и "глобализация" как попытка определенных общественно-политических сил Запада, прежде всего в США, монополизировать управление данным процессом в своих интересах и для достижения собственных целей.

И главный инструмент управления — конечно, финансы. Ведь нельзя забывать, что свыше 90% циркулирующих в современном мире денежных обязательств — это, во-первых, электронные деньги, а во-вторых — лишь одна из каждых 22 эмитированных сегодня денежных единиц обеспечена сегодня реальными товарами и услугами, остальные обречены остаться "пустыми" бумажками.

Что это означает? Это означает прежде всего жесткий и даже жестокий передел реальной собственности "наверху" современного мира. Думаю, что WikiLeaks может являться одним из новейших видов оружия, используемых в ходе такого передела. Я уже не раз говорил о том, что мы вступаем в эпоху господства идеального производства над материальным и, соответственно, в эпоху, чем-то сходную с древним рабовладением. Ситуация вокруг WikiLeaks вполне подтверждает этот тезис.

ИСРАЭЛЬ ШАМИР.

Тут есть еще один важный момент — годы после Второй мировой войны были эпохой торжества и всесилия различных секретных служб, рыцарей плаща и кинжала, которые вершили судьбы экономики, политики и истории в целом. Их главным оружием была как раз эксклюзивная информация, секретность, тайна. А появление WikiLeaks эту многолетнюю монополию спецслужб на "секретную" информацию разрушает. Как сказано в Евангелии, "Мне отмщение, и Аз воздам". Ассанж выступает против ограничений свободы творчества и ограничений свободы информации.

АЛЕКСАНДР НАГОРНЫЙ.

В завершение я всё-таки хотел бы сначала вернуться с теоретических высот к более практическим моментам, а затем попытаться подвести хотя бы самые общие итоги нашего обсуждения. Думаю, если бы у нас была по-настоящему ответственная власть, она бы использовала феномен WikiLeaks и Ассанжа для начала освобождения от диктата "вашингтонского обкома", о чем здесь уже говорил Исраэль Шамир. У нас ведь сейчас, условно говоря, ситуация не конца XVII века, когда начинались петровские реформы, а середины XIV века, когда русские земли попали под ордынское иго. И нам нужна, опять же, условно говоря, фигура не Петра Великого, а Ивана Калиты, способного шаг за шагом отвоевывать для своего "княжества" утерянные права и свободы.

Это что касается реальной политики. Что касается общих итогов сказанного в ходе нашего "круглого стола", то здесь я бы выделил три основных момента.

Во-первых, мир международных отношений качественно трансформируется с появлением нового информационного измерения — интернета.

Во-вторых, все государства мира будут по новому подходить к США и их "руководящей роли", которая под напором новых разоблачений начинает сужаться, а "глобализация по-американски" ощущает целую серию мощных ударов.

В-третьих, подобная масштабная утечка свидетельствует о том, что далеко не всё в порядке и внутри американского истеблишмента, часть которого не может быть не задействована в данной интриге.

Думаю, истинный вектор действий Ассанжа проявится сам собой в ближайшие месяцы. Однако уже ясно, что мир становится всё менее управляемым, и появление WikiLeaks — один из симптомов данного процесса.

table.firstPanel {width: 100%} td.feedbackLink {text-align: right} input.gBookAuthor {width: 50%} textarea.gBookBody {width: 99%} div.error {color: red} p.gBookMessage { width: 100%; /* This helps in MSIE7 to keep the text withing the outer bounds. */ border: 1px dashed rgb(200,200,200); padding: 10px; margin-top: 2pt }

1

Состоявшиеся 24 декабря "Итоги года с президентом России", в которых, помимо Дмитрия Медведева, приняли участие руководители трех федеральных телеканалов: Константин Эрнст (1-й), Олег Добродеев ("Россия") и Владимир Кулистиков (НТВ), — еще раз подтвердили, что действующий президент РФ гораздо комфортнее чувствует себя в кругу избранных представителей отечественной "элиты", чем в режиме общения (пусть даже донельзя "замодерированного") с простыми гражданами собственной страны. О причинах такого предпочтения можно только догадываться, но надо заметить, что и в такой, более чем лояльно настроенной, аудитории, Дмитрий Медведев блистал гораздо реже, чем можно было бы ожидать. И виной тому — прежде всего именно формат "дружеского разговора", внутри которого явно солировал и демонстрировал собственное превосходство "энтэвэшник" Владимир Кулистиков. В этой связи достаточно привести некоторые отрывки из официальной стенограммы беседы: