Газета Завтра 948 (5 2013)
Шрифт:
Что касается оборонных задач, то здесь мы тоже находимся отнюдь не в авангарде. Если мы будем говорить о войне с использованием космоса, например, для подавления каких-то активных радиолокационных средств и т.д., то невооруженным глазом видно, что наша страна находится на краю.
Поэтому нам жизненно необходимы новые технологии во всей промышленности, но проводить их надо под флагом космоса, как это делалось в Советском Союзе. Что выступало двигателем всей промышленности? Космонавтика, атомная промышленность и авиация. Вот три составные, которые, можно сказать, вытягивали все новые технологии.
Поэтому космонавтика сегодня является одной из тех областей, которой суждено и необходимо двигать вперед все технологические основы.
Мы сегодня много говорим об инновациях, заметьте, просто так говорим. А в то время, когда делали "Буран", об инновациях не говорили — их делали.
Сейчас, к сожалению, у руководства нашей отрасли стоят не люди, которые создают технику, а эффективные менеджеры. Вы посмотрите, как сегодня работают? Восемнадцать лет делают "Ангару"! Нет ни графика ВПК, ни межведомственной комиссии, как было, когда работали над "Бураном", ни генерального конструктора — ничего же нет. Зато освоен программно-целевой метод планирования и управления.
Вадим КУПРИЯНОВ, начальник научно-исследовательского отдела предприятия "Криогенмаш", лауреат Государственной премии СССР.
Все наши великие конструкторы говорили, может быть, банальную, но очень правильную фразу: " Космос начинается с Земли". Никто не будет спорить, что наземные системы столь же сложны, сколь сложны и сами летательные аппараты.
Время разговоров об ускорении, перестройке, инновации, механизации, модернизации, на мой взгляд, уже прошло. Мы в свое время, когда создавали новые системы, не думали об этих красивых словах. И, не имея персональных компьютеров, пользуясь, условно говоря, одной логарифмической линейкой, заранее знали, что должны были получить на выходе. Я сказал однажды: "Как бы нам с такими бесконечными, бесплодными разговорами, со всеми нашими инновациями не попасть бы в канализацию."
В процессе работы над "Бураном" мы имели не просто кооперацию, естественно созданную военно-промышленным комплексом, а отработанную, проверенную в деле. Тогда предприятия, не справившиеся с поставленными задачами, вытеснялись и заменялись другими, более дееспособными. И был толк. Была работа.
С чего бы я сейчас, как производственник, начал работу здесь, на Земле, так это с аудита. Нам необходимо проверить и разобраться - а, что у нас есть в наличие здесь, на Земле? Приведу маленький пример. В свое время только наш "Криогенмаш", а потом и НПО "Энергия" поставили на Байконур большое количество имитаторов космоса самой последней на тот момент модели. С началом гайдаровской реформы эти имитаторы космоса были, можно сказать, захвачены, и стали использоваться для тонирования стекол. Представляете, уникальное оборудование, комплекс из семи камер, с автоматом, с холодным космосом! Это же варварство!
Проведя аудит и разобравшись с тем, что у нас имеется в наличии, я бы созвал совещание по проблемам космонавтики, чтобы понять, что нам нужно делать, куда двигаться дальше. Необходимость этого уже остро назрела, как говорится, его нужно было проводить уже вчера.
Прежде чем что-то сделать, нужно разработать идеологию. Без этого никуда. Вспомните, как мы работали в советские годы. Сначала генеральным конструктором разрабатывалась идеология. Она подавалась в ВПК, оттуда в министерства, а затем уже по конкретным предприятиям, круг которых определялся заранее. Прекрасная, годами отработанная схема, которая не давала сбоев в работе.
Я думаю, что нас, стариков (хотя 70-80 лет по космическим меркам — это не возраст) не нужно сбрасывать со счетов. Помните фильм "В бой идут одни старики"? Думаю, это время настало. Нам, людям, имеющим опыт создания летательных аппаратов, необходимо подготовить наши предложения. Пусть даже они кому-то покажутся несколько абсурдными.
Конечно, у нас сегодня есть хорошие ракеты. Практически готова "Ангара". Правда, она раз в пять меньше "Энергии". Хотя я уверен, что на ближайшие десятилетия мощности "Энергии" хватит, чтобы обслуживать полеты по всей Солнечной системе.
Если же говорить об изучении ближнего космоса, то здесь необходимо возродить орбитальные космические станции по типу нашего старого доброго "Мира", но уже в новом, современном варианте. Для чего? С целью отслеживания всего, что происходит в околоземном пространстве. Одну же из них можно отправить к Луне на ту орбиту, по которой летали американцы, прежде чем высадились на нее. Кстати, американский астронавт Майкл Коллинз на пресс-конференции после полета вокруг Луны на "Аполлоне-11" сказал,
скольку американцы летели по траектории, рассчитанной еще в 20-х годах гениальным инженером Ю.В.Кондратюком.
На сегодняшний день в околоземном космическом пространстве наблюдается огромное количество мусора, который всё ближе подлетает к Земле, грозя различными техногенными или космическими катастрофами. В этом случае подобные орбитальные станции смогли бы служить прекрасными ловушками (назовем их так) и наблюдательными пунктами для изучения данных летательных объектов, очистки околоземного пространства от всего постороннего, изучения ближнего космоса и Луны. Я бы сейчас даже не стал торопиться к Марсу, а отработал бы в первую очередь те задачи, о которых говорил выше.
Кроме того, было бы полезно проанализировать работу наших ведущих предприятий по основным направлениям работы, отметив при этом не только то, что нам удалось достигнуть, но и заострить внимание на ошибках и неудачах, попытавшись найти их причины.
В связи с этим я хотел бы поднять вопрос о создании научно-производственных объединений. До чего же была простая и правильная схема! Ничего лучше, на мой взгляд, еще не придумали, да и не нужно ничего выдумывать: исследования, работа с конструктором, затем в цеху, из цеха за своей продукцией, пожалуйста, в Плесецк, на Байконур и т.д. Мы создаем уникальное оборудование, но при этом должны делать и хороший металл, потому что научная работа всегда должна заканчиваться хорошей продукцией.
Владимир ТОМСКИЙ, действительный член академии изучения проблем национальной безопасности.
Салтыков-Щедрин сказал как-то, что пороху мы не изобрели по той простой причине, что нам не приказали. Как ни прискорбно, но приходится констатировать, что глубина падения в нашей космической отрасли велика. Но нужно пользоваться системно-аналитическим императивом: пока не потеряно всё — не потеряно ничего. Поэтому с мировоззренческой точки зрения у человечества альтернативы нет, как мы осваивали сушу, океан, атмосферу, так теперь необходимо осваивать и космос. Россия самой своей судьбой прокладывает всем дорогу. По трупам русского народа идут потом все остальные. Почему сейчас прекрасно летают китайцы? Так дорога-то уже протоптана.
Почему именно в России была концептуально сформулирована и практически решена фундаментальная для человеческой цивилизации проблема освоения человеком космоса? Как получилось, что в нашей стране в условиях послевоенной разрухи удалось решить сложнейший комплекс научных, инженерных, экономических, организационных проблем и открыть для человечества путь в космос?
В конце 80-х годов я работал в экспертной группе М.Ф.Решетнева. Тогда возник вопрос: а что же перевозить на "Буране"? За три месяца в авральном режиме нами был разработан системный проект и обсчитано четыре аппарата на орбите, каждый по 28 тонн, с прекрасной энергетикой, для космической связи и телерадиовещания. Когда мы посчитали тарифы, то себестоимость минуты оказалась равной одной сотой цента. Думаю, никому не надо объяснять, что произошло. Международное телекоммуникационное сообщество, я думаю, просто испугалось этого.