Чтение онлайн

Телефон: (916) 502-49-86

Служба рекламы: (903) 131-53-97

Технический блог

Электронная почта технического отдела web@zavtra.ru .

(function(w, c) { (w[c] = w[c] []).push(function { try { w.yaCounter11286280 = new Ya.Metrika({id:11286280, enableAll: true, webvisor: true}); } catch(e) { } }); })(window, "yandex_metrika_callbacks");

Хотел бы поделиться размышлениями о нашей русской истории, о таинственной синусоиде, которая в ней пульсирует. Я хотел бы поговорить об империи, которую понимаю как фантастический синтез, симфонию и гармонию великих пространств, населяющих эти пространства народов, культур, верований, векторов развития. Все эти потенциалы, жившие до поры до времени отдельно, соединяются в сложное, не арифметическое и даже не алгебраическое единство, и образуют таинственный восхитительный синтез, что позволяет ансамблю народов и пространств добиваться гигантских результатов в развитии человечества в целом. Русская история — это история Российских империй; их уже было четыре, сегодня — время формирования очередной, Пятой империи.

Первая империя — империя Киевско-Новгородская: Софии Новгородской, Софии Киевской. С огромными территориями, населёнными славянскими племенами, угро-финнами, кипчаками, жителями Великой степи, норманнами, греками. Эти огромные пространства дышали, двигались. По ним перемещались народы, товары, идеи. За время своего существования, начиная от языческой Руси, кончая Русью крещёной, в недрах этой империи создавались поразительные шедевры, удивительные памятники архитектуры, образцы величайшей духовной мудрости: это «Русская правда», летописи. Совершались великие деяния и сражения, появлялись святые, а также мудрейшие правители.

И эта поразительная по гармонии, совершенству и силе империя вдруг стала валиться на бок, рушиться, дробиться, искрить, разлагаться на отдельные уделы, княжества, когда каждый удел и каждое княжество восставало против соседа, а также против своего главного киевского и новгородского престола. И вся гармоничная территория погрузилась в какой-то момент в смуту, во тьму и легла под татарской конницей, которая растоптала её. Империю спалили, сожгли. И сожгли не просто города, не просто посады, а испепелили молодую раннюю русскую цивилизацию таким образом, что эта цивилизация погибла, казалось бы, окончательно и бесповоротно. Молодой русской идее, русской цивилизации на самом её взлёте, думалось, положен предел.

Но в чёрной дыре, куда канула Первая русская империя, таинственными и волшебными силами стало зарождаться нечто, воскресившее империю в новом качестве, на других территориях — на семи московских холмах. И возникло сначала Московское государство, потом Великое княжество Московское, затем Московское царство, которое по существу было империей: оно приняв множество языцев, распростёрлось при Иване Четвёртом до Тихого океана и объединилось со множеством больших и малых, доселе не ведомых ни миру, ни России, народов. И в недрах этой империи, так же, как и в предшествующей, свершаются великие деяния, создаются грандиозные памятники архитектуры: Колокольня Ивана Великого, Василий Блаженный, Рублёвские фрески.

Появились поразительные философы, среди которых самым значительным был старец Филофей, подвизавшийся в XVI веке в Псковском Свято-Елеазаровском монастыре. Оттуда, с берегов льдистого псковского озера, он направил в Москву Великому князю Василию Третьему свои постулаты, свою философскую доктрину о Москве—Третьем Риме. Он говорил, что задача Великого князя, задача Москвы состоит не столько в том, чтобы набивать мошну, укреплять границы, выстраивать города и дороги, а в том, чтобы всю силу и мощь государства направить на сбережение православия, то есть на сбережение философско-религиозной концепции.

И эта Вторая империя также, в силу роковых и во многом не ясных до сих пор обстоятельств, стала дробиться, измельчаться, дряхлеть, наполнилась смутой, восстаниями. На её границах появились поляки, появились запорожские сечевики-казаки. Внутри возникли заговоры, смуты. И эта могучая империя рухнула. Причём, рухнула в крови, в драме, в колоссальной междоусобице.

Русская цивилизация уже во второй раз исчезла почти полностью, потому что великие соседние государства, такие, как Польско-Литовское, уже возникавшая на юге Османская империя, Запад всасывали обломки этой империи. И мы должны были потеряться, исчезнуть, раствориться в других народах, других религиях и других имперских центрах, которые образовались в то время и своим мощным магнетизмом всасывали в себя обломки Московского царства.

И вновь из тьмы, неурядицы, из этого безумия, когда бессмысленно разрушались и источались великое историческое время и опыт народный, мерцающим светляком возникает нечто новое.

Возникла Третья империя. После собора и избрания на престол Михаила Романова родилась романовская династия. Эта империя длилась 300 лет. 300 лет потрясающего царствования, грандиозных достижений. Чего только не было совершено и содеяно за эти годы! Какие построены города Петром Первым! Какие созданы памятники! Весь Петербург был наполнен блистательными произведениями зодчества. «Могучая кучка» наших музыкантов создавала музыку, не похожую ни на что: ни на итальянскую оперу, ни на грохочущие симфонии Северной Германии. Всплеск такой народности, такой красоты и силы! И, конечно, солнце, солнце нашей поэзии — Пушкин, который явился вершиной Третьей империи. А победа под Бородино, а присоединение Средней Азии, а славные походы Скобелева в Бухару и Хиву, и на Балканы?! Это была поразительная пора. Такого могущества, пожалуй, не достигало ни одно государство Европы: ни Англия кичливая, ни Франция пылко галльская.

И опять. Какой-то злокозненный рок. Эта мощь: эта армия, флот, эти анфилады побед, эта череда великих деятелей, мужей, всемогущие императоры и самодержцы, — всё стало падать, разлагаться, разрушаться. В русскую жизнь ворвались тенденции плюрализма, которые теперь мы называем либеральными, демократическими. Империя перестала отвечать чаяниям просвещённого общества, интеллигенция восстала против трона, возникли клубы, требование свобод, заговоры, тенденции…

Эта непобедимая империя в феврале семнадцатого года тоже рухнула, в своём падении расколовшись на множество кусков, частей. От неё отвалился Кавказ, отпали Средняя Азия, Украина, Сибирь, Дальний Восток. Казалось бы, русская цивилизация, скопившая в себе такое количество красоты, силы, достоинства и могущества, опять исчезла, её унесло, страшным историческим сквозняком вырвало из русского контекста.

И только мощная, кровавая, сильная, жестокая и великая длань Сталина вырвала за волосы гибнущую, утонувшую в Гражданской войне в крови и междоусобице русскую цивилизацию из кровавого болота и поставила на твёрдую почву. Эта цивилизация обросла заводами, самолётами, танковыми полками, командирами, новой литературой, новой культурой. И сорок первый год сталинская цивилизация встретила способной отразить страшный удар западных фашистских сил. Она ценой невероятных усилий и таинственной мощи победила в самой страшной войне 1941–1945 годов, одержав не военную победу, хотя, конечно, это была грандиозная военная победа. Не геополитическую победу, хотя, конечно, русские танки вышли почти к Рейну, а русская армия вторглась в глубину Китая и стояла во Внутренней Монголии. Это была победа религиозная, мистическая. Недаром современная православная церковь отмечает Победу как религиозный праздник. Потому что совершилось нечто необычное: ценою тридцатимиллионного жертвоприношения советских людей были исправлены пути к Господу, выпрямлена земная ось, которая начинала гнуться, и человечество уже врывалось совершенно в другую историю, другое направление, другой поток. И как две тысячи лет назад Христос принёс себя на крест, и Господь пожертвовал своим любимым сыном, то есть самим собой, потому что только благодаря такой жертве земля и народы земли избежали содомского затмения и содомской гибели, так нечто подобное произошло в сорок пятом году.

И эта империя, которая водрузила свой красный флаг над рейхстагом, а потом перенесла его на космическую орбиту, империя, которая, казалось, развивается стремительнее остальных стран мира, демонстрирует другой тип человечества, другой путь, в девяносто первом году превращается в прах, в труху, в её жизнь ворвалась грозная, стремительная, едкая, кислотная либеральная энергия. На наших глазах в период горбачёвской перестройки разрушался её сталинский монолит, её коммунистический, казалось бы, непреступный бастион.