Чтение онлайн

— Филинов, все же это западня! — выплёвывает Размысл. Он слишком труслив, чтобы тягаться со мной, хоть я рангом и ниже. А потому, конечно, сейчас устроит общую свалку, чтобы одержимые не успели как следует подумать и засомневаться в своём полевом командире: — Ты не хотел поединков — это обман! Маги прошлого! В атаку! Убейте их всех!

Одержимым дали приказ бросаться в бой. Наши отвечают, и теперь всем правителям Лиги приходится не отставать от моих жён. Вокруг вспыхивают фейерверки, объёмные техники заполняют крышу.

— Сражайтесь, Лига Империй! — велю я по мыслеречи.

Сейчас моя задача — не дать этой мешанине затянуться. Взмахом меча швыряю пси-копьё в Размысла — он отражает пси-щитом. Его глаза вспыхивают синим светом, и чудовищная пси-волна разливается по крыше. Высший менталист, что тут скажешь. Мне приходится блокировать встречной волной, созданной при помощи меча, иначе сознания правителей сейчас бы уже разлетелись вместе с ментальными щитами.

Но моя волна дает слабину. Едва заметную, искусственную просадку. Размысл не замечает подвоха и скалит зубы в предвкушении триумфа, вливая в атаку всё больше сил. Он уверен, что ломает меня. Уверен, что я отступаю. Он так увлекся, что не видит очевидного: его фиксация на мне — это именно то, чего я добивался

— Даня! — мыслеречь сразу троих жён.

— Бейте врагов, — приказываю, и девушки встают рядом со мной. Эйрик присоединяется, сшибая огненным валом какого-то оборотня-верблюда.

— Что за дрянь, Консул?! — король Винланда вскидывает голову и видит над собой пси-полотно Размысла, которое сдерживает такое же полотно, скастованное моим мечом. Габриэлла, спасибо за подарок. Я знаю, что боевая колония раскрылась в твоём доме тоже, леди, и ты сейчас сражаешься с одержимыми. Весь твой род сражается. Ты и словом не обмолвилась, что в беде, но я знаю, поверь мне, я знаю — и спасу тебя, златокрылая блондинка. Мои люди уже занимаются этим.

— Эйрик, по мне заметно, что у меня сейчас вагон свободного времени?

— Понял, работаю! — рыкает Эйрик, переключая шквал огня на нового врага. При этом он — молодец — успевает краем глаза приглядывать и за Ольгой Валерьевной, хотя великую княжну и так плотным кольцом прикрывает царская свита.

Размысл, зависший вдалеке, давит всё сильнее. Его ментальный голос в моей голове сочится ядом:

— Ну что, гордишься собой, Филинов? Куда делся твой хвалёный гонор, мальчишка? Чувствуешь, какое жалкое у тебя сопротивление? Ты ведь этого хотел, сопляк?! Честной дуэли?! Менталист против менталиста?!

— Угадал, продажная ты шкура, — отвечаю я, намеренно сделав пару шагов назад, прогибаясь под его ударами. Мне нужно, чтобы Размысл это увидел. Нужно, чтобы он поверил в свою победу и не сводил с меня взгляда ни на секунду. — Именно этого я и хотел: менталист против менталиста. Только вот я — телепат.

Размысл округляет глаза:

— Что ты несе…

И именно в это мгновение, когда червь сомнения всё же шевельнулся в его голове, его со спины прошивает прозрачное пси-копьё. Оно не прилетело извне, а будто выросло прямо из воздуха, одним точным, хирургическим движением пронзив тело насквозь.

Позади Высшего менталиста не «появляется» Хоттабыч — возникает ощущение, что он стоял там всегда, просто мы его не видели. Маскирующий артефакт обнажает старика постепенно, слой за слоем: сперва пропадает зыбкая марь вокруг фигуры, затем проступает четкий контур, и, наконец, — лицо с ехидным прищуром. Жора успевает только уловить возмущение фона и квакнуть где-то сбоку.

— Не ждал, Размыслушка? — приторно пропевает Председатель Организации, словно приветствует старого знакомого на светском рауте.

Его сухая старческая рука смыкается на загривке раненого Размысла и с пугающей легкостью отрывает менталиста от пола, будто тот ничего не весит.

— А я вот всё приглядывал, когда же ты подставишься, голубчик. Что же ты за спиной-то не следишь? Данилушка-то тебя как грамотно из себя вывел, заставил забыть обо всём. Ай-ай-ай, как непрофессионально.

— Даня, так и надо? — мысленный голос Маши дрожит от напряжения. Её взгляд прикован к Председателю Организации.

— Конечно, — уверенно отвечаю я. Мужчина обязан излучать спокойствие перед своими женами, особенно когда вокруг кишит орда одержимых, а их вожак угодил в хватку другого высшего менталиста.

Бывшая княжна Морозова волнуется не зря. Хоттабыч нам не друг, но сейчас старик занят полезным делом. В общем, он играет по моим нотам. Я знал: хитрый лис будет бить наверняка. И здесь он не по мою душу. Раз Хоттабыч не за Демонов, ему нужно выбраться из боевой колонии, а единственный путь — перебить одержимых. Ну и убрать Размысла, чтобы тот не подставил своего босса Председателя перед Правящим советом Организации как сообщника в сговоре с Астральными богами. Видимо, за этим Хоттабыч и прокрался в Штормсборг.

И ловушка сработала. Главное было подать ему Размысла на блюдечке. С самим Хоттабычем я разберусь позже. А ведь придется разбираться. Вон, он уже косится на Меч Телепатии, едва не облизывается, хоть и занят схваткой. Любит старик редкие артефакты. Да и у нас с ним очень терпкие отношения сложились.

Пока мои жены и правители сдерживают натиск одержимых — к ним и Шельма подключилась, пусть Демонесса развеется, — Хоттабыч удерживает Размысла за шкирку над краем крыши, словно нашкодившего котенка. Пси-путы сковали врага с ног до горла, и тот, израненный, лишь бессильно хрипит.

— Размыслушка, вот и все, — с натугой бросает Хоттабыч. — Недооценил ты Данилушку, да и я тоже. Думал, ты его мигом положишь. А нет, сдал ты, сильно сдал, даром что демонюгам поганым продался. И стоило оно того, раз за спиной своей сутулой не следишь? Сейчас додавлю тебя — и прощай, мой неверный друг.

— Я доссстану тебя из Ассстрала, — мычит Размысл.

— А вот нет. Постараюсь расщепить твое сознание, чтобы ты уже не вернулся даже как Лорд-Демон.

— Старый дурень! Так я уже прррродал душу Горррре! — вдруг утробно рычит Размысл.

Его шея неестественно вытягивается, хрустит и становится длинной и гибкой, как у питона. Клыки мгновенно отрастают, и в приступе животной ярости менталист изворачивается, вцепляясь пастью в плечо Хоттабыча. Вот это да! Я ощутил, как сорвались печати, отделявшие Размысла от Астрала. Действительно продался жирдяю Горе! Его сознание мгновенно пропиталось астральной отравой.

Хоттабыч взвыл от боли, но поздно — Размысл уже обвил его удлинившейся шеей. Сцепившиеся высшие менталисты испускают волны псионики. Мне приходится отгораживать ее от своих людей, а то один такой всплеск может проломить щиты.