Чтение онлайн

Услышав слова голована, бритоголовый муж нахмурился. Воины зашумели. Семён жестом остановил ропот людей.

– Согласно хартии Чертово, – резко сказал голован, – Только перед сходом зоны я обязан оправдывать решение по найму новых воинов. Но все же я скажу вам. Ты, Зосим, сын Зиновия, казначей зоны, и вы, заставщики, конечно думаете, что я даю Кари и его людям двойную плату против обычной. Но сверх того вы должны знать, что у заставы было двенадцать наших против трех пришлых, а они взяли верх. Двенадцать и три! Если мой драгоценный Зосим еще не разучился считать, то он должен подтвердить, что один чужак стоит четверых наших воинов. Четверную плату должен я им назначить, а не двойную! У них есть огневое оружие, которого наша зона еще не имеет. Кари привел своих людей на новом самоходе и мы пока ещё не знаем, как его они сумели сберечь. А ракеты, летящие на версту? С их помощью мы сможем замирить даже зюзцев, которые вот уже второе лето не пропускают нас через свою зону. Ты, Зорах, сын Зосима, должно быть, не забыл, как этой весной ходил со своим десятком за северской данью по Москови-реке? Дней потратил втрое больше, а серебра привез вдвое меньше против того, что Савва добыл прошлой весной. Коломские пираты, сказывал ты, забрали половину за проезд. Перед сходом ты оправдался, да и родитель твой ручался за тебя. А как ты оправдаешься за сегоднее, когда Савву, сотника своего, бросил ты в бою, а Кари отпустил его безо всякого выкупа?

– Савва сам в плен попал, по горячности, – брякнул Зосим.

– Вот как ты решил? – загремел голован. – А я так думаю, что Савва впереди всех бился. Потому Кари смог его схватить, что десяток Зораха труса спраздновал и бросил сотника, забыв о чести. От огневого оружия шарахнулись, как упыри от воды!

По рядам воинов пронесся гул. Вперед выдвинулся Зорах, высокий жилистый мужик, одетый в стальную кольчугу. В руке он держал боевой топор с широким отполированным лезвием, в котором отразился огонь в камине.

– Не думаешь ли ты, голован, что Зорах каких-то чужаков убоялся? – резко спросил он. – То не люди мои струсили, а кони от огненной стены понесли. Видно, не могут чужаки в открытом бою биться, вот и прикрываются огнем. А только напрасно ты, Семён, назвал нас трусами. Ох, напрасно! Не пожалеть бы тебе, голован. Такие слова только кровью смыть можно. Слушайте же, заставщики свободной зоны! Я, Зорах, сын Зосима, вызываю на поединок до смерти любого из пришлых прямо здесь.

Среди воинов Зораха раздались одобрительные возгласы. Выставив щиты, они начали дружно стучать по ним рукоятками своих мечей. Семён, нахмурившись, поднял руку.

– Опять ты, Зорах, принимаешься за старое, – сказал он с горечью в голосе. – Ты обещал, что не будешь больше драться до смерти без повода. Так сын Зосима держит свое слово?

– Ты, Семен, сказал, что я струсил, – отрезал Зорах. – Разве это не повод? Ты сам освободил меня от слова.

– Быть по-твоему! – топнул ногой голован. – Знаю, что надеешься ты на свою кольчугу, да на топор рамкинский. Да только видится мне, что не будет тебе более удачи на поединках. На сей раз хлебнешь ты полной мерой. Попомнишь ты мои слова, Зорах, когда запросишь пришлого не трогать твою голову. Ох, попомнишь!

– А это мы еще поглядим – кто кого, – отозвался Зорах. Взмахнув своим страшным топором, он вышел на середину зала.

Диверы встали в треугольник, прикрывая Семёна. Кари поднял руку, требуя внимания.

– Кого же из нас ты, Зорах, выбрал для поединка? – спросил он.

– Тебя! – чуть помедлив, ответил сын Зосима.

– С каким оружием? Я могу выбирать?

– Кого вызвали, тот и выбирает, – тихо подсказал Савва. – Ты можешь взять любое оружие, но только не огневое.

– Это нечестно, – вмешался Гарун. – Савва, ты поклялся, что нам не причинят вреда!

– Клятва уже ни при чем, – ответил Савва. – Префект предложил вам стать нашими заставщиками и вы не отказались. Согласно обычаю, десятник заставщиков может испытать новичка в поединке до первой крови.

– Но при чем тут топоры? – возмутился Гарун. – Я сам слышал, что Зорах потребовал боя до смерти.

– Отец не сдержался и назвал его бойцов трусами. Если бы Зорах не заступился за своих, то завтра они выбрали бы десятником другого. Думаю, они выберут Кари.

– Почему меня? – вполголоса спросил руссич, наблюдая, как люди Зораха раскидывают подушки в стороны, освобождая место для поединка.

– Ну, ты как бы уже десятник, – улыбнулся Савва. – Правда, десяток у тебя невелик, два бойца всего. Зато самоход имеется и огневое оружие в придачу. Такие самопалы, как у вас, в Московии дорого ценятся. Еще дороже, чем рамкинский доспех.

– Плохо, что у тебя родитель такой несдержанный, – посетовал Белов.

– Это он за меня, за младшего сына так испереживался, – обернулся Савва. – Из трех братьев я один остался. Старшие уже давно на небе обитают, твердь небесную стерегут.

– Гм, – прочистил горло Гарун. – Неудобно говорить, но получается, что Кари рискует головой, в общем, из-за тебя, Савва?

– Точно, – признался сын префекта. – Из-за меня.

– Тогда это самое, – замялся Гарун, – Почему ты сам не вызовешь Зораха на поединок?

– А я его вызову и убью, – легко согласился Савва. – Сразу после Кари.

– А раньше нельзя? – поинтересовался Белов. – Понимаешь, не то, что бы мы особо переживаем. Просто если ты убьёшь Зораха, это будет в порядке вещей. Для нас же эта драка – кровь, след, дополнительный риск…

– Прости, – развел руками Савва. – Раньше никак нельзя. Дело чести, коль скоро вы не отказались стать заставщиками. Поединок – дело святое. А риску нет никакого! Ты, Кари, главное, голову береги. И все будет в порядке. Ежели руку, ногу отрубят, так после новые вырастут, не хуже прежних. А без головы кому ты будешь нужен? Ни рта, ни глаз, ни выпить, ни съесть, ни на бабу посмотреть. Помучаешься день-другой, да и сам на небо захочешь.

Диверы переглянулись. Гарун понял, что его невольно беспокоило все это время. Свежий рубец, еще недавно красневший на могучей груди Саввы, за каких-то полчаса превратился в тонкую светлую полоску молодой кожи, которая уже начала покрываться естественным загаром.

– Вот оно что, – протянул Гарун. – Неплохо вы, ребята, здесь устроились!

Коротко пропела труба. Воины расступились и образовали круг, оставив два прохода для поединщиков.

Первым в круг вошел Зорах. Он топнул ногой в пол и вытянул руку с топором, указывая на руссича. Пожав плечами, Кари отдал свой карабин Белову и шагнул вперед.

– Поосторожнее с ним, Кари! – крикнул дулеб. – Береги голову.

– Чью? – усмехнулся руссич. Он сцепил руки в замок и с удовольствием потянулся всем телом.

– Хватит болтать! – рявкнул Зорах. – Мое оружие ты видел. Покажи свое. Или ты собираешься сдаться без боя?

– Напрасно надеешься, – засмеялся Кари. – Такое счастье невозможно.

Не спуская глаз с противника, он похлопал себя по ноге. Расстегнув клапан, руссич вытащил из наколенного кармана две короткие черные палки, соединенные между собой стальной цепочкой.

– Что это? – Гарун дернул Павла за рукав.

– Нунчаки, – ответил дулеб. – Тяжелые, типа «Выход дракона». Кари правильно действует. В бою против древкового оружия нунчаки намного эффективнее, чем, скажем, тонфа.

– А что такое «тонфа»? – спросил Савва. Белов не успел ответить. Зорах захохотал, показывая на нунчаки в руке Кари.

– Это и есть твое оружие? – скривился он. – И ты надеешься, что Зорах отступит перед какими-то палочками?

– Почему нет? – пожал плечами Кари. – Разве эти палочки не похожи на хлопушки, от которых ты бежал с поля боя?