Чтение онлайн

— Если только чуть-чуть, — захохотал Шиша.

— Ну вот я ему и сказал, чтобы заткнулся, иначе язык вырежу, — ещё шире улыбнулся Буян.

— А ты бы вырезал? — покосился на него Жига, выворачивая на Амурский бульвар.

— Не, друг, ты меня с кем-то путаешь. Владимир, расскажи ему, — добродушно произнёс наёмник.

— Буян у нас спец по тварям и башням, — сообщил я. — Если бы тот языкатый начал мутировать, точно бы вырезал. И не только язык. Верно?

— Если только так, ага, — кивнул Буян. — Но он засопел и выпучил свои глазёнки так, что это было очень похоже на мутацию.

— Вовремя мы тебя забрали. Спасли, считай что, несчастного, — улыбнулся я. — Довёл бы до припадка бедолагу.

— Эт верно… Кстати, Александр Шишаков, будем знакомы, — протянул руку Шиша, и Буян ответил на рукопожатие. Затем наёмник поздоровался с Жигой.

— Рад познакомиться. А я ведь тебя видел, в «Журавле». Ты ж охранник, — вспомнил Буян.

— Не охранник, а начальник охраны. Есть разница, — нахмурился Шиша. — И ещё совладелец охранного агентства «Защитник».

— Ладно, не в обиду, совладелец, — весело произнёс Буян. — В башне всё равно это не имеет значения… — затем он обратился ко мне, — Далеко ехать до Сита? Ни разу там не был.

— Едем до телепортационной Хабаровска, — подметил я, и обратился к водиле: — Её ведь уже открыли, верно?

— Да вроде, — смутился Жига. — Но я бы и так вас добросил, очень быстро.

— Ты ж знаешь, почему я так решил. В другой раз покатаемся, — слегка улыбнулся я.

— А, точно. Ну тогда ладно, — вспомнил водила. — Ща домчим, пара минут, и на месте.

Мы оказались у телепортационной раньше на полминуты. Жига гнал, как на пожар. Отчего на поворотах Шишаков и Буян аж зубами поскрипывали, вцепившись в ручки на дверях.

Здание телепортационной было идентичным с теми, что я видел раньше. Серое, с входными воротами, дверью и горящим табло, на котором горела зелёным надпись: «ВХОД РАЗРЕШЁН».

Мы прошли коридор с множеством дверей, очутившись в огромном зале с невероятного высоким потолком. Впереди нас встретила охрана. Обыскали нас с ног до головы, всмотрелись в разрешения на ношение холодного оружия.

— Точка назначения, цель перемещения? — сухо осведомился один из них с ёжиком на голове и достал планшет.

— Посёлок Сита, — ответил я.

— Цель — воды колодезной испить, девок деревенских потискать, — улыбнулся ему Шиша, отчего Буян тихо хрюкнул со смеху за его спиной.

— Ты самый умный, я смотрю, — процедил короткостриженый, вцепившись в него колючим взглядом.

— Ты, главное, глаза не сломай, дружище, — добродушно улыбнулся ему Шиша. — Я ведь просто пошутил.

— Мы на закрытие башни, — сообщил я охране. Смысл это скрывать? Все и так знают о ней. Тем более это изрядно успокоит их, объясняя наш боевой прикид.

— Да, есть там башня, — одобрительно кивнул второй охранник. — И в двух километрах есть ближайшая станция.

Ну, разумеется, есть. Я же заранее всё узнал. Вот же чудак. Решили бы мы телепортироваться, если б не знали, что окажемся рядом с посёлком?

— Посёлок Сита, сто пять километров. На перемещение группы — две зелёные жемчужины. Счастливого перемещения, — буркнул нам короткостриженый. — Ну, можете проходить… — и затем пробурчал под нос нам вслед: — Шутники, блин.

Мы прошли по мостику, закреплённому на высоте. Внизу просматривались подземные застеклённые этажи, через которые туда-сюда сновали люди в бело-синей спецодежде.

Остановившись у приёмной чаши, в центре зала, я убедился, что Буян и Шиша расположились по бокам. Затем достал заблаговременно переданные мне искры и сделал ровно то, что и Жига недавно.

Направил наконечник копья в чашу, довернул до щелчка элементы и надавил на свисток, заставляя тот упасть в ячейку на корпусе артефакта.

— В-в-ву-у-ух-х-х-х! — зашумела энергия. Лишь малая часть впиталась в чашу, остальное волной выплеснулось за её пределы, рассеиваясь в яме под нами.

Мои спутники воскликнули. Охрана засуетилась. Переполох будет знатный, но это уже без нас. Мы телепортировались, очутившись на похожей площадке.

Здесь ни охраны, ни кого другого. Лишь в яме по периметру виднелись слабо освещённые мутные окна технических этажей.

— Ну чо встали? Проходите уже! — услышал я грубый окрик. Дородная мадам вышла из своей будки у выхода, упёрла руки в боки и злобно смотрела на нас, что-то лениво пережёвывая. — Поесть нормально не дают…

Котлету она жевала, точно. Я это почуял по запаху изо рта женщины, когда мы проходили мимо неё.

— Очень радушный приём, — хохотнул Шишаков.

— Давай иди, не умничай, — пригрозила ему мадам и вернулась в будку.

Интересно, а если бы она узнала, что я барон, поведение её бы изменилось? Хм… возможно, но не сильно. Безкультурщина прёт из неё со всех щелей, а ещё усталость от работы. По взгляду было видно, как она ненавидит то место, где торчит целыми днями. Но видно это лучше, чем сидеть за кассой магазинчика. И уж тем более престижней, чем прозябать на трассе, торгуя помидорками и маринадами.

Старик Анисим уже был предупреждён мной о нашем визите, поэтому нас встречали. Пара крепких мужиков и сам лесник, в неизменной засаленной куртке и с ружьём за плечами. Ну а позади них побитый жизнью тарантас. Таких я ещё не видел.

Покатые дуги кузова заканчивались двумя большими глазами-фарами, сама конструкция салона больше похожа на будку на колёсах, нежели на автомобиль. Причём будку изрядно помятую.

— Володька, здарова! — оскалился старик в беззубой улыбке. — И не жаль тебе кругляшей ентих на дорогу? Это ж сколько потратил?

— Здарова, дед. Как сам? Для вас ничего не жалко. Как здоровье? — пожал я его сухую мозолистую руку и мы направились к чудной машине. — А это точно на ходу?

— Ездит пока ишшо, — скривился Анисим. — Прошу в карету.

Старик со второго раза открыл скрипнувшую дверь, и мы залезли в пыльный салон, напрочь пропахший потом и табаком.

— Ты и помощников взял, я смотрю, — лесник оглядел слезящимися глазами моих спутников. — И правильно. Там столько тварин ентих, что одному и не управиться.

Двигатель колымаги завёлся лишь с третьего раза, что-то громко запищало под капотом. Наш транспорт дёрнулся, выплеснул клуб дыма из выхлопной трубы и остановился.

— Да ядрить твою в качель! Опять! — прорычал водитель и вновь принялся заводить это чудо-средство.