Чтение онлайн

Корио сделал несколько шагов, приблизилась к стене, замахнулась кулаком и ударила, покорежив потайную пластину, за которой было спрятано аварийное устройство связи. Замок сломался, панель упала на пол.

— Эй, там, на проводе! — зло и гневно обратилась невидимым к слушателям лицедейка, взяв и включив микрофон. — Сообщение от Безликого Лжеца для Тайных Императоров! Поздравляю, вы облажались! Ваша охрана, командование базы и оперативные группы мертвы. Все ваши расчеты — дерьмо! Все жертвы впустую! И не мечтайте, что следующая попытка будет удачна! Последний раз предупреждаю вас, ублюдки! Не лезьте мне под ноги! Вы уже не охотники на монстров! Вы — свихнувшиеся слепые садисты! Прочь с дороги и попытайтесь очнуться, или я отвлекусь от важных дел, чтобы заняться вами вплотную! Конец связи!

Черная протоматерия окутала кулак Корио, затвердела броней и удар в центр аппарата вдрызг разбил прочное устройство.

— Гниды трущобные! — выругалась Корио. — Война, значит? Теперь, ублюдки, даже в сортир без охранной сотни не ходите! Ждите, кровососы! В каком бы бункере вы ни прятались, я вас выковырну и рогатые бошки на кол насажу!

Новые завывания сирен тревоги раскатились по комплексу.

— Внимание, нарушение периметра особого арсенала! — зазвучало из систем оповещения автоматическое сообщение. — Внимание, нарушение периметра особого арсенала!

— Бери нужного побольше, остальное круши. — сказала Корио Безликому.

— Понял. — ответил акума и завывания сирен, вместе с голосом оповещения, прервались так, словно в аудиосистеме заело пленку. — Я им там пожар со взрывами устрою, ущерба на миллион миллиардов натворю! А ты, пока мы с йокай заняты, решай, что нам делать с этой. — мертвая самурайша указала мечом на Киоми.

— Как что? Ни одним пальцем бедняжку не тронем и оставим здесь, конечно же. Нападать на нас Единство уже не сможет, потому что у них солдаты кончились. Киоми ведь гражданский специалист? У нее вот даже оружия нет. Так что пусть сидит тихо и дожидается когда ее начальство перебросит сюда новые силы. Но, Киоми-чан, в благодарность на мою доброту, ты выполнишь одну мою небольшую просьбу. Там, наверху, как только мы выйдем из вашего замка, на меня сразу же набросится толпа репортеров, с кинокамерами и фотоаппаратами. А я… вот посмотри на меня, опять я вся ободранная, в пыли и кровище! Стыдоба-то какая… Хорошо что ты у нас добрая девочка и не дашь мне опозориться, правда? Я хочу выйти под объективы вся такая ослепительно красивая! — с мечтательным вздохом, лицедейка всплеснула руками и, ехидно прищурившись, смерила багровеющую офицершу Единства оценивающим взглядом. — Поэтому и старалась тебя, модницу гламурную, ничем не зацепить. Все местные средства массовой информации под контролем Единства? Чудесно! Не в первый раз мне переодеваться вражеской журналисткой, диктором или знаменитостью, чтобы донести до вашего зрителя немножечко правды. Тебя здесь очень хорошо знают, Киоми-чан? И если я притворюсь тобой, меня сразу же потащат в студию, на прямой эфир! А еще, никто не будет дрожать, кривиться и тайком строить мне глупые рожи! Одни огромные плюсы и никаких минусов! Так что, Киоми-чан…

— …Раздевайся, быстро, дура крашеная! — мертвая самурайша нависла над присевшей от испуга девушкой и угрожающе замахнулась пудовым кулаком. — Золоченую свою форму, обувь, белье, украшения, — она сдернула со своих плеч модный короткий плащ с символом Единства и постелила его на пол, поверх присыпанного пылью ковра. — Складывай сюда!

— А вздумаешь сопротивляться, леди-офицер, — лиса взмахом руки приказала погибшему мастеру земли подняться и снять латную перчатку. — Я тебе все пальцы переломаю!

Схватив мертвеца за кисть руки, лиса демонстративно, с хрустом хрящей, сломала ему мизинец.

Киоми побелела, съежилась и, нервно сглотнув, принялась шарить дрожащими руками по своему роскошному мундиру, нащупывая и расстегивая золоченые пуговицы с оттиском в виде прекрасного благородного феникса. Ярость, страх, горечь бессильной злобы и жгучий стыд заливали ее лицо жарким густым багрянцем, слезы грозили хлынуть из глаз, а чтобы не полились сопли, приходилось раз за разом шмыгать носом, втягивая их.

— Вот, так-то лучше. — благодушно сказала Корио, увидев что офицерша сдалась. — Не реви, Киоми-чан. На самом деле, тебе еще очень повезло, что ты столкнулась со мной, а не с Черной Вдовой, Нуэ или Бакенэко. Я еще так себе монстр, после меня живой можно остаться. Кстати, у вас в Единстве ничего не известно про каких-нибудь тануки? А то всякие легендарные монстры мне уже встречались, но еноты нет. Жаль. Они ведь, как и мы, лисы, совсем не злобные. Я бы с ними, наверное, подружилась.

Не дожидаясь ответа от офицерши, Корио ухватилась руками за низ своей истерзанной кофты, тяжелой от пыли и крови. Потянула вверх, стащила ее через голову и небрежно уронила на пол. Следом полетела так же жестоко изуродованная водолазка.

— Ой, беда. — лиса с горечью посмотрела на свой торс и грудь, прикрытую простым бюстгальтером, недавно бывшим белым, но в ходе боя сменившим цвет на ало-черно-серый. — Жаль, что душ принять нельзя. Железная пыль в кожу въелась, на меня теперь любой металлоискатель как бешеный звенеть будет.

— Держи. — мертвая самурайша вынула из напоясной сумки пачку гигиенических салфеток и бросила ее лицедейке. — Руки, ступни и физиономию оботри хотя бы. На прием в высшее общество отпустить нельзя, вечно с головы до ног перемажешься.

— Это да. — Корио поймала салфетки. — Как не обляпаться, когда тебя так настойчиво всем подряд угощают? Когда уже кончатся все эти особые программы лично для меня? Тараканов из квартиры вытравить проще, чем дурачье из аристократии!

Киоми, сложившая на плащ берет, мундир и расстегивающая на себе блузку, не удержалась и бросила на свою мучительницу взгляд, полный жгучей ненависти. Корио ответила ей взглядом искоса и широкой белозубой улыбкой.

— Что? — поинтересовалась лиса. — Обидно, да? Думали быстренько травануть и расчленить лисичку, а теперь что? Ни премии, ни банкета, ни повышения, ни наград. Все тебе обломилось, Киоми-чан, да еще и молиться надо, чтобы я не наврала как обычно, а действительно оставила в живых такую двуличную, подлую и враждебную ко мне гадину, как ты!

— Ты… ты меня убьешь? — сбиваясь на рыдания, спросила девушка-офицер.

— Если будешь время тянуть или блузку тушью заляпаешь, точно прикончу. А в целом, нет. Слишком мелкая ты змеюка, чтобы серьезно навредить мне и моему делу. Живи. Может еще встретишь человека, что и тебя человеком сделает.

— А я против. — посредством мертвой самурайши сказал Безликий. — Лично меня страшно раздражает такой закон вашего человеческого мира, по которому храбрые и честные гибнут на войне, а трусы и подонки спасаются бегством или отсиживаются в тылу. Те самураи были хотя бы достаточно храбры, чтобы сражаться, а эта трусливая и злобная падаль только и думает о том, как спасти свою паршивую шкуру. Почему сегодня, когда из-за интриг Единства погибли тысячи добрых людей, эта гнусная крыса вдруг должна остаться в живых?

— Может быть хватит уже на сегодня крови? — миролюбиво ответила Корио.

«Нет».
– перешел на мысленное общение Безликий. — «И я покажу тебе, почему».

Мир завертелся вокруг Корио и она вдруг оказалась перед сейфовой дверью с плакатами биологической угрозы. Лиса не удивилась и не испугалась, ее способности к гендзюцу позволяли Безликому производить наглядные демонстрации, а не погружаться в нудные лекции и описания.

— Не мало сил пришлось вложить и массу времени потратить, но я пробился через их защиту. — сказала, сгущаясь в воздухе, черная призрачная фигура. — Я обошел их силовые сигнальные схемы и ловушки-обманки, не потревожив и даже не сломав ни одну из них. Единство не узнает, что я взглянул на то, что они прячут в этом хранилище. И я страшно рад своей предусмотрительности. Тронь мои лапы хоть одну схему, это… стало бы катастрофой.

Корио почувствовала, как холодок побежал по ее спине.

— Ты… покажешь мне?

Черный фантом поднял руку и взмахнул ею в повелительном жесте. Повинуясь воле акума, загудели могучие механизмы, лязгнули открывающиеся замки и дверь сместилась в сторону, открывая белый коридор, озарившийся светом ярких люминесцентных ламп.

Робея перед давящим чувством близкой беды, Корио вошла в этот коридор и направилась к простой двустворчатой двери с большими прозрачными панелями. Подозрительно похожей на те, стандартные, что ставят в коридорах больниц по всему миру. Толкнув эту дверь и переступив порог, лиса-лицедейка оказалась в просторном, ярко освещенном помещении, в несколько рядов уставленном кубическими холодильниками.