Чтение онлайн

— Вот и я, — произнесла Абрамова, распахивая дверь и пригибаясь, чтобы не стукнуться о низкую притолоку.

— Машка! Как раз к обеду, двигай сюда.

Старая воровка загремела на кухне посудой и, ковыляя на деревянной ноге, выставила на стол парящий чугунок, от которого шёл наваристый запах борща. Большим половником зачерпнула содержимое, наполняя тарелку, после чего, достав из формы «кирпич» хлеба на смеси ржаной и пшеничной муки, быстро порубила здоровенным ножом на шесть частей.

— Ешь, голодная, небось. С утра, небось, бегаешь, — поворчала Тонька, наливая суп и себе, — всё расследуешь.

— А меня, как волка, ноги кормят, — ухмыльнулась Абрамова, — но по той теме, что ты давече рассказала, уже неплохой барыш. Держи половину.

Она протянула матери новенький хрустящий червонец.

— Ого, — Черепова, помяла ассигнацию в руках, даже понюхала, с удовольствием втягивая раздувшимися ноздрями запах новой купюры, — богато оценили.

Десять рублей — это была месячная зарплата какого-нибудь рабочего на заводе или грузчика, и для одинокой женщины вполне хватало на все насущные потребности.

— Как закончу, ещё двадцать отвалят, — похвасталась Абрамова.

— Солидно, хороший куш.

На некоторое время обе женщины примолкли, поглощая еду, затем, вытерев хлебным мякишем тарелку досуха, Мария спросила:

— Так что там со свидетелем, кто эту парочку видел, как они мухинских отоварили?

— В общем так, — вытерев руки о передник, принялась объяснять Черепова, — мужичка этого звать Евлампий. Тот ещё пройдоха, и жадный, как не знаю кто. Но за рубль отца родного продаст. В общем, рубль ему, конечно, жирно будет, сунешь полтину да поспрошаешь. Если надо, мной припугнёшь. Он только с виду дерзкий, а по факту, как и все мужики, только выступать горазд. Живёт на Малой Кирпичной, третий дом.

— Поняла, — покивала Абрамова, — а он точно видел?

— Точно. Считай, всё прямо под его окнами и произошло.

Не став откладывать в долгий ящик, журналистка отправилась по указанному адресу.

Домишко у Евлампия был неказистый, весь какой-то покосившийся и неустроенный, сразу видно: без бабы живёт, чахнет домик-то без крепкой женской руки.

— Хозяин, открывай! — постучала Мария в ворота.

Подождала минуту и уже собиралась постучать снова, только уже с ноги, как дверь дома заскрипела, приоткрываясь, и в щель просунулась наполовину седая голова.

Евлампий, ну, а кто это мог быть ещё, был под стать жилищу, такой же неухоженный, с всклокоченной бородой и красным, явно от частых возлияний, носом.

— Чево надо?

— Поговорить о мухинских.

— Неча нам говорить, — вякнул мужик, собираясь закрыть дверь, но тут зажатая двумя пальцами в руке Абрамовой сверкнула серебряная полтина.

Подбросив её и поймав в ладонь, женщина полюбовалась на профиль императрицы и добавила:

— Не бесплатно, конечно.

— А да, так это, стало быть, проходите, гостья дорогая, — засуетился Евлампий, раскрывая дверь шире и пропуская Марию внутрь, только память у меня последнее время не очень. А на лечение деньги нужны, маловата полтина-то.

— Ещё гривенник добавлю, — проходя мимо, снисходительно бросила женщина, — если интересное что вспомнишь.

После чего дверь за Абрамовой закрылась.

Примерно через час, выжав свидетеля досуха, Мария вновь оказалась на улице, задумчиво оглядываясь. Евлампий, и правда, знал много интересного, даже сам того не подозревая. Во-первых, женщина была почти уверена, что эти двое сами спасались от устроившей облаву в Кирпичах полиции. То, что они даже не пытались звать на помощь и сразу же сбежали, говорило в пользу этой версии. Ещё одно зацепило Абрамову в рассказе, как неизвестный юноша одолел державшую его бандитку. Весьма вероятно, что он был не только благородным, но ещё и одарённым. И в гимназической форме. И кадета вместе с ним.

Что связывало этих двоих? Почему они сбегали вдвоём? Откуда они бежали?

Одарённый юноша… Абрамова знала, что подобное означает. И чьими мужьями они, чаще всего, становятся. И уж точно какой-то кадете это не светило ни при каком раскладе. А может…

Тут женщину захватила одна очень интересная догадка. А что если это запретная любовь? Между кадетой и гимназистом-одарённым? Такая, о которой ни в коем случае не должны узнать родители юноши. Оттуда и бегство от полиции и всё остальное. А ведь благородные родители явно не пожалеют средств, чтобы узнать о подобном факте в отношении своего сына. И речь тут будет далеко не о двадцати рублях. Да и громкого скандала на страницах газет захотят избежать.

В голове женщины сумма будущего навара мигом перескочила с десятков на сотни рублей. И она, с удвоенной энергией потерев ладони, пробормотала:

— Итак, откуда же они сюда прибежали?

Анна ко мне так и не пришла. Ни в этот, ни на следующий день. Видимо, Софья смогла донести до неё всю ошибочность их позиций в отношении меня. И поручицы до конца своего отпуска отстали, впрочем, то и дело со странным выражением на лице на меня поглядывая.

Сестре, похоже, тоже стало известно о нашем разговоре. И в день отъезда, когда их баулы уже стояли у выхода, она постучалась ко мне в комнату.

Новые стёкла, как мать и обещала, были практически мгновенно изготовлены, и я, проведя всего две ночи в гостевых покоях, вновь обитался у себя.

— Входите, — произнёс, поднимая голову от бумаг.

С лёгким скрипом — надо бы сказать, чтобы смазали петли — дверь открылась, и в комнату зашла сестра.

— А, Вика, привет! — кивнул я. — Что, собираетесь?

Она была уже в форме, не хватало только фуражки на голове и белых перчаток.

— Да, всё, братишка, пора ехать.

Она чуть улыбнулась, а я поднялся, выходя из-за стола, подошёл и крепко её обнял. Было видно, что она за меня переживает, хотя, казалось бы, это мне надо было больше переживать за неё, ведь это она едет на границу зоны, откуда постоянно лезут различные иномирные твари, а не я.

Отстранившись и придержав меня за плечи, сестра вгляделась пристально, а затем произнесла:

— Ты береги себя.

На что я, чуть прищурившись, сам в ответ сказал:

— Это ты береги себя и не лезь там на рожон. — Тут мой тон стал серьёзным, и, взяв её за руки, строго сказал, — Я не шучу. Ты только что получила ранг. Это может вскружить голову. Но тебе до искусного владения ещё очень далеко. Вспомни наш поединок. И внимательно смотри, в команду к какой командире попадёшь.

— Да нормально всё будет, — попыталась отмахнуться от меня Вика.

Но я только покачал головой и ещё крепче сжал её ладони.