Чтение онлайн

Юго-Западный фронт держался изо всех сил, но 14 сентября танковые группы Э. фон Клейста и Г. Гудериана замкнули «кольцо» в районе Лохвицы. Катастрофа оказалась страшной: в окружении очутилось 452 720 человек, в том числе 60 тысяч комсостава.

За 4 дня до этого трагического события состоялся последний разговор Сталина с командующим Юго-Западным фронтом М.П. Кирпоносом. Тогда фронт окружения еще не был плотным и оставалась возможность вырваться из этой петли, но Сталин в ходе разговора распорядился: «Киев не оставлять и мостов не взрывать без разрешения Ставки».

В 5 часов утра 17 сентября Военный совет фронта еще раз обратился в Ставку с просьбой разрешить прорыв. Сталин разрешил только отход на восточный берег Днепра 37-й армии под командованием Власова.

Вопреки запретам Сталина, Военный совет фронта принял решение о выводе войск из окружения, но время было упущено. Штаб фронта к исходу дня утратил связь с армиями. Вырваться из окружения мало кому удалось.

Командующий фронтом Кирпонос, начальник штаба Тупиков и член Военного совета Бурмистенко погибли в последних боях. 19 сентября немцы вошли в Киев.

Было создано новое управление фронта: командующий — Тимошенко, член Военного совета — Хрущев, начальник штаба — Покровский.

Поражение под Киевом вновь резко обострило обстановку в пользу агрессора на всем советско-германском фронте.

Сталин не считал себя причастным к этой катастрофе, хотя он не проявил необходимого оперативного чутья и, будучи кабинетным полководцем, не понимал, что творилось тогда под Киевом, который пришлось сдать 19 сентября 1941 года. Он отчаянно искал способы, как остановить отступление, как заставить сражаться деморализованных людей. Анализ документов Ставки, личных распоряжений Сталина показывает, что он в решении этой задачи, как всегда, отдал приоритет беспощадной каре. Так, 12 сентября он продиктовал директиву о создании заградительных отрядов численностью до батальона в каждой стрелковой дивизии — для оказания помощи комсоставу в установлении твердой дисциплины в дивизии, приостановке бегства в панике, не останавливаясь перед применением оружия.

Справедливости ради следует отметить, что командование фронта оказалось не на высоте положения, не смогло должным образом управлять такими крупными силами, которые при более умелом руководстве были бы способны избежать такого катастрофического исхода.

Еще 29 июля Жуков рекомендовал Сталину сдать Киев, чтобы спасти войска Юго-Западного фронта с немедленной организацией мощного контрудара для ликвидации Ельнинского выступа. Это вызвало взрыв возмущения у Сталина: «Какие там еще контрудары? Что за чепуха? И как вы додумались сдать Киев врагу?»

Оскорбленный Жуков попросил освободить его от обязанностей начальника Генерального штаба. Сталин просьбу принял и назначил Жукова командующим Резервным фронтом с задачей проведения контрудара под Ельней.

К исходу 8 сентября Ельнинский выступ был ликвидирован. Противник лишился выгодного плацдарма для удара по флангам советских войск. Операция под Ельней стала первым серьезным успехом в том трагическом 1941 году. А события на Юго-Западном фронте развивались так, как предполагал Жуков.

После ликвидации немцами Киевского «котла» в конце сентября 1941 года гитлеровцы считали, что стратегические задачи, поставленные перед Вермахтом в начале войны, были в основном выполнены на том этапе: Ленинград блокирован, большая часть Украины захвачена. В Берлине началась работа над проектом плана длительной оккупации.

Однако на линии фронта будущее выглядело в ином свете. Немецкие солдаты почувствовали, что они находятся в глубине враждебной страны. У немцев, где бы они ни воевали, вызывало чувство страха поведение раненых русских солдат: «Они не плачут, не стонут. Есть что-то загадочное, непостижимое в их суровом, упорном молчании». Немцы не оказывали военнопленным медицинской помощи, кормили их так, чтобы не дать умереть с голода. Среди немецких солдат, особенно в пехоте, было широко распространено чувство, что им приходится сражаться с противником невероятной силы и стойкости. Это чувство выражалось в их письмах и дневниках.

Но в Главном командовании сухопутных войск (ОКВ) лишь в конце августа стали проявляться опасения по поводу возможности возникновения зимней кампании. Однако большинство в гитлеровском генералитете считало, что после захвата Киева Вермахту достаточно провести еще одно мощное наступление, чтобы навсегда покончить с сопротивлением русских и потом перезимовать в Москве.

Только командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Рундштедт был против подобных планов и рекомендовал остановить войска на Днепре до весны 1942 года. Эта позиция была заведомо неприемлема для Гитлера, и ее не поддержало большинство высших генералов.

15 сентября 1941 года главнокомандующий сухопутными войсками Вермахта в 1938–1941 годах Вальтер фон Браухич изложил план новой операции «Тайфун». В операции должны были участвовать три четверти германских вооруженных сил на Восточном фронте. Танковая группа Гепнера была переброшена из-под Ленинграда. Фронт наступления довольно широкий — от танковой армии Гота к северу от Смоленска до танковой армии Гудериана на левом берегу Десны — около 240 км. Согласно плану, удар танковой армии Гепнера, расположившейся в центре, должен был расколоть фронт на две части: в Вязьме и Брянске. После окружения и подавления этих двух «котлов» не будет препятствий для наступления на Москву. Гитлер издал очередной приказ: «После трех с половиной месяцев боев вы создали необходимые условия для нанесения последнего мощного удара, который должен сломить врага на пороге зимы».

Усиленной группе армий «Центр», насчитывавшей на 1 октября 1800 тысяч человек, свыше 14 тысяч орудий и минометов, 1700 танков и 1390 самолетов, противостояли войска Западного, Брянского и Резервного фронтов с общей численностью миллион человек, 7600 орудий и минометов, 990 танков, 677 самолетов. Но почти во всех соединениях и частях не хватало артиллерии, противотанковых средств, автотранспорта. Многие соединения не были полностью укомплектованы, не имели боевого опыта, были слабо вооружены и обучены, особенно дивизии народного ополчения.

У советского командования был существенный резерв — хорошо обученные кадровые войска Сибири и Дальнего Востока. В годы войны с Дальнего Востока на советско-германский фронт было направлено 23 дивизии и 19 бригад.

К концу сентября группа армий Бока подготовила танковый удар, более мощный, чем в первые дни войны. С Украины был дополнительно переброшен 43-й танковый корпус генерала Кемпфа и вместе с 9-й танковой и двумя моторизованными дивизиями придан армии Гудериана. Общая численность немецких войск вместе с войсками сателлитов на Восточном фронте достигла больше, чем 22 июня, — 207 дивизий.

3 октября танки Гудериана ворвались в Орел. В центре танковая группа Гепнера, усиленная дивизиями СС «Рейх» и «Великая Германия», оттеснила часть дивизий Западного фронта на север, где она оказалась под ударом наступавших армий Клюге и Штрауса. Танковые дивизии Гота из Духовщины вышли к Вязьме, где, сомкнувшись с дивизиями Гепнера, завершили окружение четырех советских армий. Теперь путь им на Москву был открыт. Геббельс, явно преждевременно, объявил иностранным журналистам: «Уничтожение армий Тимошенко привело войну к завершению».