Чтение онлайн

— Мало того, что у меня нет ни единой идеи, как обратиться к людям, что сделать самой, чтобы помочь остальным и себе, сам… знаешь с чем, так теперь я узнаю, что всё это время ты мне безбожно лгал, хотя и так весь мир врёт!

Писк часов становится громче. К перрону приближаются два солдата. Неизвестно, в какой момент они решат прекратить сцену, но Алекс, заметив их и вскинув брови, коротко бросает:

— Тише, Энн. Все хорошо.

Понятное дело, он боится последствий — Энн это знает, но есть только два предложения, которые она выскажет и успокоится. Часы ещё под контролем, поэтому она выпаливает:

— Я оказалась пешкой в твоих руках, в твоих планах, ведь так? — задаёт вопрос, на который не требуется ответ. Алекс напуган не на шутку, и глаза его бегают от приближающихся солдат на Энн, и обратно. Но не уводить же её в сторону, наоборот, привлекая больше внимания. Девушка горячо продолжает, сказав тише, но с той же злостью и огнём в голосе:

— И раз уж так сложилось, давай проверим, насколько мы друг другу подходим? Насколько совместимы предатель и пешка? Насколько вообще наш… твой этот глупый план имеет право на жизнь?

Часы начинают вибрировать на руке Энн попутно с писком — плохой знак. Однако девушка выдыхает, выставляет запястье вперед, и вибрация прекращается. Сердечный ритм приходит в норму, Алекс молчит. Он крепко стискивает зубы и послушно вытягивает свою руку. Если Энн и была лишь фигурой в его игре раньше, то сейчас настало время быть ею Алексу. Солдаты останавливаются там, где стояли. Часы проводят анализ совместимости, а затем выдают:

«Ноль».

Энн нервно прыскает со смеха. Звон часов постепенно утихает, как и её голос. Она не поднимает голову до последнего, пока не произносит завершающее:

— Забавно, но так я и думала, — и снова вскидывает подбородок, глядя на солдата. В уголках её глаз всё ещё блестят слёзы, а само лицо красное, губы сухие. Как бы Энн ни старалась выглядеть сильной, храброй, Алекс видит проступающую наружу Эмму — жительницу Хаоса, которая попала в чужую среду, из которой ей не выбраться, а если выбраться, то явно не в одиночку.

Энн поворачивается в сторону поезда и не говорит ни слова. Зато их озвучивает Алекс, подводя итог разговору:

— Значит, у нас обоих есть опасные гены. И это значит, что рано или поздно ликвидируют нас обоих. А пока ещё есть время…

Энн оставляет эти слова без внимания. Солдат перестал существовать для неё, зато часы, замолкнув, почти сразу оповещают хозяйку:

«Вас ждет новый объект для обучения».

Перрон заполняет гул. Скоро придёт поезд.

Психокорректор сообщает, что объект готов. Энн заходит в палату, где на операционном столе, озираясь по сторонам, лежит девушка. Увидев Тень, незнакомка дёргается всем телом, прикрываясь ногами и руками. Не нужно — она уже облачена в одежду Баланса. Энн улыбается и старается быть приветливой:

— Здравствуй, Луиз, и добро пожаловать в Баланс!

Выдохнув всю накопившуюся в теле усталость, Энн выходит за пределы комнаты своего объекта. Для подопечной наступает самое время познакомиться с миром, пока сама Тень может заняться делами насущными. Или же теми, о которых подопечной знать совсем необязательно. У Алекса не получилось создать команду, не получилось честностью собрать людей ради того, чтобы выбраться в Хаос раз и навсегда, но Энн уверена — это может получиться у неё. Может, ей не хватит храбрости или стойкости, зато уж точно не будет недостатка в честности. Пора действовать самой. Попасть в Хаос, изучить жизнь местных людей лучше, понять, какую же правду можно поведать остальным — тем, кто живёт в Балансе.

Но перед этим нельзя забывать и о тех, кто вложил вклад в то, что происходит сейчас. Энн сверяется с картой на часах. Ничего из того, что она искала бы, так что приходится обратиться к контактам. Бинго!

Выйти в другой коридор, пройти по ещё двум, миновать столовую и пройти туда, где её ждёт (совсем не ждёт) человек, который не догадывается, насколько Энн ему благодарна.

Она стучит по стене рядом, ведь дверь откроется сразу, как к ней подойдёшь. Хоть бы был в комнате, хоть бы был в комнате…

— Входите!

Энн улыбается и приближается к входу. Двери отъезжают. Марк стоит возле кровати, заведя руки за спину. Взгляд — прямой, осанка, как всегда, ровная. Энн так и видится, что её Тень способна простоять так весь день. Усмехнувшись в мыслях, Энн всё же не произносит этого вслух. Вместо этого она хочет произнести имя Тени, но, открыв рот, замирает.

А знает ли Марк о её новом имени, или он так и назовёт её Хелен? Память ведь ей не стирали, Тень не была рядом.

Потеют ладони, от сердца отливает кровь. Тень задаёт вопрос:

— Что-то случилось, Энн?

Напряжение исчезает. Откуда он узнал?

Но важно ли это? Известно лишь то, что Марк принял новое имя и новую историю, пусть и знает без всяких сомнений, что через инстанцию психокорректора Энн-Хелен не проходила. Девушка находит соратника.

Это именно он — человек, передавший книгу. Именно он — человек, отдавший телефон. Именно он — тот, кто не докучает вопросами. И если бы не маленькая деталь в виде нового имени, сомнений почти не оставалось, но теперь и того точно — сомнений нет никаких. И почему Энн понимает всё только сейчас?

Она подходит к Тени, застывает рядом с ним и немигающе смотрит в его голубые глаза.

Марк повторяет вопрос:

— Энн, что-то случилось?

— Нет, Марк. Всё будет хорошо, совсем-совсем скоро, — и лицо озаряет улыбка. Девушка подаётся вперёд, тянется к Марку лицом, чувствуя, что только так может выразить всё то, что чувствует.

Но он встряхивает её за плечи.

— Ты явно больна.

— О чём вы, Марк?

Стук сердца становится более отчётливым. Что за глупое сердце? В Энн нет ни капли любви, но есть море неловкости. И уши заливает краска.

— Энн, — качая головой, говорит он. — Я не знаю, что сейчас было, и предпочту это забыть, но пообещай мне, что такого больше не повторится.

Энн не может даже кивнуть. Лицо горит, вот только не от злости, как во время разговора с Алексом, а от нелепости и стыда.

Мужчина спокойно, расслабленно говорит:

— Я знаю, что твои чувства совершенно нормальны.

— Их нет.

— Что?

— Я просто думала, что это вы…

До чего же унизительная ситуация. Энн не может даже посмотреть в глаза Марку и поэтому утыкается в пол, на свои ботинки. Тень заговаривает мягким тоном: