Чтение онлайн

сердцевине наслаждения.

Не стоит зарекаться обреченным. Не стоит зарекаться на предмет вечной

преданности – обреченным на невечность своего существования.

Стоит ли самообманываться, полагая будто молния навсегда застынет в небе? Даже

в безоблачной памяти лезвие ее следа тупится и тускнеет. Но не бывает памяти

безоблачной – равно как и отношений.

Утомленные собственники отодвигаются друг от друга, на секунду высвеченные и

ослепленные молнией соблазна, как раздвигающиеся облака. Зрение возвращается, и

40

теперь оно желает смотреть шире. Но смотреть шире, значит, в том числе смотреть и –

мимо.

И, когда мы начинаем смотреть мимо друг друга – мы уже миновали точку

взаимного пересечения. Тут-то и зачинается возможность любви. Но не сама любовь. А

только ее возможность. Потому что первое испытание – испытание разочарованием и

является тем выбором, который задает предстоящее направление – к отдалению или –

близости.

Но не надо пугаться – ни разочарования, ни слова этого. Оно лишь описывает

закономерный процесс – развеивания чар соблазна и возвращения отрезвленного

зрения.

Влюбленность как взаимо-бросок устремленных друг на друга влечений, есть

завороженность ворожбой гормональных токов. Мы привораживаемся, при-

ворачиваемся, заколдованные приворотными эликсирами собственных токов. Но если

существует приворотное зелье, то находится и отворотная сыворотка противоядия.

Все происходит, как в волшебной сказке – сначала на героя или героиню

насылаются чары. Потом эти чары снимаются. Чаще всего чары проявляются как

состояния сна или оцепенения. или превращения в животное. Снятие же чар, то есть

буквально, разо-чарование, воспринимается как: пробуждение, стряхивание

оцепенения, освобождение от ступора, возвращение человеческого облика.

Следовательно, разочарование в отношениях – это освобождение от чар соблазна,

высвобождение себя из плена другого, выпутывание из его пут, прорыв сквозь паутину

наваждения, выход из лабиринта грёзоподобных фантазмов в свободное пространство

предстоящих выборов и осуществлений, начало предстояния перед судьбой – своей, а

не чужой.

И, когда мы обменялись репликами и паузами, ощупав друг друга своими

придыханиями, мы выключили – каждый свою – телефонную трубку. Чары искушения

слетели, как одежда с, и без того голого короля.

Мы – разъединенные телефонным отбоем, ушли – каждый в свое – предвкушение.

Только опыт пережитого разочарования открывает доступ к возможности любви.

11. ПОБЕРЕЖЬЕ

На безлюдье побережья было совершенно тихо.

Камни уплывали в море.

Море нежилось у берега ласковым щенком-сенбернаром и слизывало языком волн

брошенный корм моих следов.

Продравшись, пробравшись сквозь густые, кустистые заросли сумерек, на берег

выскочила фигурка. Платьице колыхалось на ней белым флажком, и волосы

перекатывались бризом.

На ветвях сумерек вспыхивали блестящие ягоды огней.

Мы поравнялись и остановились. Потому что дальше было пройти невозможно.

Потому что для каждого из нас "мое впереди" означало "позади" другого.

Наши пути пересеклись. И нам ничего не оставалось, как взяться за руки, когда мы

поравнялись друг с другом. Нам ничего больше не оставалось.

Мы, так и не разнимая рук, заплыли в густую глубину сумерек. Старые ягоды

огней лопались и набухали новые.

41

Нарождалась ночь – большая, теплая, гулкая – как море.

А море-щенок, нализавшись следов, уснуло, распластавшись на шелке штиля.

И мы пали на шелк, лишь к утру разомкнувши руки. Тогда-то и произошла встреча.

Тогда мы и начали говорить. И стали появляться истории.

42

ТРАЕКТОРИЯ №2

Несколько историй и их интерпретаций

с репликами и ответами

43

История №1. Летающий мальчик

"Некий мальчик умел летать.

Он это делал легко и свободно. Просто разбегался и поднимался в воздух. Затем

парил. Парил и смеялся. Он это дела легко и свободно.

О нем стали говорить.

Приехали эксперты. Летать они не могли, но зато много знали о том, как это

делается. Посмотрели. Убедились.

– Как же так? – Высказался первый. – Такой удивительный феномен и – сам по

себе?

– Да. – Согласился другой. – Никуда не годится.

– Конечно, - заявил третий, - он исполняет чудесные вещи… Но… еще маловато

техники.

– Верно подметили, коллега. – Кивнули первые двое. – Маловато техники. Нет

школы, так сказать.

Мальчик рядом тихо парил в воздухе.

– Спустись-ка. – Попросили эксперты.

Тот, не спеша приземлился.

– Ты, конечно, уникум. – Обратились к нему специалисты. – Но тебя надо многому

еще учить.

И они стали его учить, как правильно летать.

– Ногу надо ставить вот так. Ты неправильно ставишь ногу.

– А разбегаться следует несколько по-другому. Ускоряйся постепенно. Не торопись.

– И дыхание, дыхание! Следи за дыханием!

– А, когда начнешь подниматься в воздух, не забудь о том, чтобы грамотно

раскинуть руки. Все понял?

– Понял. – Ответил мальчик.

– Ну, что ж, пробуй.

Мальчик, как надо, выставил ногу.

Грамотно разбежался, тщательно следя за тем, чтобы правильно организовать

дыхание.

И в нужный момент по всем правилам техники раскинул руки.

Подпрыгнул.

Но взлететь не получилось.

– Давай-ка еще разочек.

Безуспешно.

Центрированный день хлопотали специалисты. Замеряли длину конечностей, на

что-то помножали ее, делали длинные вычисления. Хмурились. Мальчик, однако, не