Георгий Иванов - Ирина Одоевцева - Роман Гуль: Тройственный союз. Переписка 1953-1958 годов
Шрифт:
С самым сердечным приветом О<льге> А<ндреевне> и Вам.
И.О.
Адамовича верну после того, как прочтет Жорж.
113. Ирина Одоевцева — Роману Гулю. 3 июня 1956. Йер.
3-го июня 1956
Дорогой Роман Борисович,
Ну вот мне удалось показать Жоржу письмо рыжих мерзавцев, и он даже успел мне продиктовать черновик ответа им. Теперь он по моей рукописи «пройдется отточенными карандашами», и я еще раз все перепишу.
Думаю выслать Вам его ответ через два-три дня. Постараюсь, насколько это от меня зависит, не задерживать. Но если бы, не дай Бог, почему-либо ответ не поспел бы вовремя для очередного номера Н. Журнала, Жорж очень и очень просит и даже настаивает, чтобы в этом случае Вы бы не печатали и письма рыжих. Необходимо, чтобы письмо и ответ на него появились в одном номере Н. Журнала. Необходимо. Подчеркиваю по желанию Жоржа.
Ответ очень сдержанный, без извозчичьей истерики рыжих — вполне академический. Но разбивающий все их пункты.
Не такой безобразно-многословный, как «письмо», все же для него потребуется больше, чем одна страница, как мне сгоряча показалось.
Жоржу, как я и ждала, стало немного лучше, но писать сам он не может. Он еще раз настойчиво просит, чтобы письмо и ответ появились обязательно вместе. А то, говорит он — они меня обольют почем зря помоями, а через три месяца уже забудется все, исключая того, что меня облили помоями — и никаким ответом уже не смоешь помоев. Так, пожалуйста. Это его очень волнует. Ответьте ему, ему совсем не годится волноваться — давление скачет. И еще, будьте милым, напишите какую дозу витамина С принимает Ольга Андреевна. Я уже спрашивала Вас.
Ну, вот и кончается мое секретарство. С самыми сердечными приветами О<льге> А<ндреевне> и Вам от нас.
И.О.
114. Ирина Одоевцева — Роману Гулю. 9 июня 1956. Йер.
9-го июня 1956
Дорогой Роман Борисович,
Ответ готов и улетит к Вам в понедельник. Хотела его отослать с этим письмом, но он из-за многочисленных исправлений стал неудобочитаемым, и я решила его переписать.
Ответ вышел шедевристо-блистательным. При элегантнейшей сдержанности — без всякого рукоприкладства. Уничтожает рыжих по пунктам. Вероятно, оцените и порадуетесь.
Размер приблизительно такой же, как и письмо Рыжих. Коротко никак нельзя было. А то выходит Жоржу оскорбление на страницах того же Н. Журнала, где Вы его прославили. Рыжие, конечно, хотят измордовать Жоржа побольнее, но вряд ли Вы хотите поддержать их в этом их «законном» желании.
Жорж еще раз настаивает, чтобы письмо рыжих и ответ появились обязательно вместе. Безразлично, в этом или в следующем номере. А также просит в его ответе ничего не пропускать и не изменять без его согласия. Впрочем, ответ благопристоен и академично-вежлив, вряд ли Вам в нем что-нибудь покажется резким или лишним.
Я вчера получила книги Струве и уже успела кое-что прочесть Жоржу (ему еще запрещено читать самому). Конечно, прежде всего «о себе и о тебе», т. е. о Вас и о нас.
Оценили по достоинству гнусные выпады и передержки о невозвращенчестве, Петрополисе и проч. [841] Каков мерзавец. Это все заслуживает отдельного и более серьезного мордобоя.
Жоржу немного лучше. Я же над ответом трудилась эти дни по 10 часов. Жду от Вас ответа и на это и на прежнее письмо.
841
О каких «книгах» Струве пишет Одоевцева, неясно. В это время вышла его «Русская литература в изгнании», но ничего «гнусного» или недостоверного по поводу «невозвращенчества» или издательства «Петрополис» в ней не говорится.
С сердечным приветом В<ам> и О<льге> А<ндреевне>. Письмо прошу очень написать Ж<оржу> «настоящее». Он ведь большой ценитель Ваших писем.
Жорж говорит, что «недобросовестные утверждения» следовало бы заменить «необоснованными» [842] — из приличия и уважения к месту. Еще раз повторяет «обязательно вместе» и низко Вам кланяется.
115. Ирина Одоевцева — Роману Гулю. 11 июня 1956. Йер.
842
Эта правка редакцией «Нового журнала» внесена.
11 июня 1956. Понедельник.
Дорогой Роман Борисович,
Посылаю Вам ответ. Стоил он нам, а в особенности мне, немалого труда. Одна пере-пере-переписка его чего мне стоила!..
Покорнейшая просьба Жоржи ничего в нем не менять и не опускать.
Отнеситесь к нему, как к стихам из «Дневника» того же автора.
В случае если Вы заменили в письме рыжих «честнее» <на> «правильнее» — им, поставьте и в ответе вместо «честнее» — «правильнее». Смысл от этого не меняется.
И пожалуйста, пожалуйста, печатайте вместе. В следующем №, если в этот поздно. [843]
Думаю, что такая переписка из двух углов [844] будет гвоздем номера.
Рыжим, особенно Струве, здорово попало на моей 14 странице, в цитате из «Неиз<данного> Гумилева» действительно напечатано, «но она опубликована не был». [845] Конечно, опечатка, но прибавляющая еще пикантности.
843
Все обоюдно некорректные выражения оппонентов Г. И. и его самого были при публикации устранены М. М. Карповичем, в том числе упомянутое «честнее» заменено на «правильнее».
844
Снова аллюзия на «Переписку из двух углов» Вячеслава Иванова и М. О. Гершензона.
845
Одоевцева имеет в виду переписанный ею от руки «Ответ гг. Струве и Филиппову» Г. И., напечатанный в «Новом журнале» (1956, кн. XLV, с. 301-304). В публикации подобного рода придирки, да еще касающиеся Гумилева, а не Мандельштама, изъяты.
У нас все по-прежнему. Жорж лежит, а мои дни проходят «в сумасшествии тихом». [846] Утешительных писем — ни из фонда, ниоткуда пока нет. Что будет дальше, не знаю.
Утешительно только, что в этом году ни жары, ни даже лета не будет. Холод, как в ноябре, и дожди.
Будьте милым, напишите Жоржу поскорее. Его очень волнует история с Рыжими. Очень.
До чего возмутительна книга Струве. Напишите, пожалуйста, что сказано в главе о Советск<ом> Патриотизме. У нас белые страницы. [847] Жорж хочет, если сможет, «прихлопнуть» Струве за его гнусности. Читали Вы благоглупости Мэтра Террапианца в «Русск<ой> мысли»? [848]
846
Снова отсылка к «Жизни моего приятеля» Блока.
847
См. письмо 116.
848
Терапиано в это время публикуется в «Русской мысли» практически еженедельно — в авторском ежесубботнем обзоре «Новые книги». Несомненно, Одоевцева имеет в виду ближайший ко времени написания письма этот его «литературный подвал» с откликом на книгу Струве «Русская литература в изгнании» («Русская мысль». 1956, № 910, 9 июня, с. 4-5).
Когда Вам нужен мой отрывок? Шлем Вам и О<льге> А<ндреевне> низкий поклон и сердечный привет.
Что за прелесть марковский «Моцарт». [849] Мы им оба очарованы. А Адамович жидковат и скучноват, [850] но это, конечно, совсем между нами. Он очень проигрывает от соседства с Марковым. А что говорят у Вас?
Такая большая рукопись — и не только без гонорара, а еще плати за авион.
Пожалуйста, чтобы как-нибудь не выпали бы «рыжие мерзавцы». В «Весах» ругались и покрепче, особенно Зин<аида> Николаев<на>. [851] Получали ли Вы уже от Жоржи такую чистую рукопись?
849
Владимир Марков. «Моцарт» («Новый журнал». 1956, кн. XLIV, с. 88- 113). Адамович по поводу оценки Г. И., Одоевцевой и своей Маркова и его «Моцарта» писал 18 дек. 1956 г. Юрию Иваску: «Многие его и хвалили. Кроме того, он не из тех, кто от критики и даже хулы вянет. Он за себя постоит. Помолчать и подумать ему не вредно, а что из него выйдет толк — я уверен, и вообще насчет его "данных" (но не всех свершений) с Вами вполне согласен. Я летом был у Ивановых, которые из-за него на меня напали, в частности из-за "Моцарта". Я сказал Жоржу: "Не могу поверить, что тебе эта выспренная чепуха - нравится". Он ответил: "Да я, в сущности, не читал, а человек он милый"» («Сто писем Георгия Адамовича к Юрию Иваску (1935-1961)». Предисловие, публ. и коммент. Н. А. Богомолова // Диаспора V. Париж; СПб., 2003, с. 492).
850
Георгий Адамович «Наследство Блока» («Новый журнал». 1956, кн. XLIV, с. 73-87).
851
В журнале русских символистов «Весы» З. Н. Гиппиус в 1906-1908 гг. была одним из ведущих критиков, хотя жила она в это время вместе с Мережковским в Париже.