Чтение онлайн

День тянулся медленно, словно нехотя отсчитывая время. Я все ждала и ждала прихода мистера Кавендиша, но напрасно.

Жаркий день сменялся холодной ночью, которая плавно перетекала в свежее утро. Каждый день я выходила на смотровую площадку, безуспешно пытаясь увидеть хоть верхушку красной крыши Кавендиш-холла. Оторванная от общества, забытая самыми близкими людьми, я писала дневник, чтобы хоть как-то скоротать это время. Как бы я не пыталась с корнем выдрать из своего сердца любовь, как бы ни старалась ненавидеть мистера Кавендиша, все же не могла. Мое сердце отказывалось разменивать любовь, отказывалось ненавидеть его, не хотело слушать голос холодного рассудка - ты теперь одна, брошена, заточена в этом маяке, на этом утесе. Почему тогда, двадцать пять лет назад твой отец не бросил тебя в реку, оградив смертью от будущих боли и обмана?

Оторвавшись в задумчивости от дневника, мой взгляд остановился на герани, стоящей на окне. Одна ты осталась со мной, верная подруга. Мы с тобой не нужны никому, брошены, забыты. Как сказал когда-то мистер Кавендиш, мы с тобой очень похожи - такие же чужие и отличающиеся от всего в этом райском тропическом лесу.

Я упорно упражнялась с рисовании портрета мистера Кавендиша. Каждый день я проводила не меньше часа, рисуя, стирая, перерисовывая упрямые глубокие глаза, насмешливо и жестко смотрящие из-под хмурых нависших бровей.

Каждое утро я находила у дверей коробок с едой. Я пыталась проследить и узнать, кто его приносит и расспросить о том, что происходит в доме, но все напрасно. Как бы рано я ни просыпалась - коробок уже стоял у дверей. Иногда меня посещали мысли бросить все, влететь в дом и устроить скандал, требуя объяснений, извинений и уважения! Но такие мысли быстро покидали мой мозг - я боялась того, что потеряла мистера Кавендиша навсегда. Лучше жить в неведении, даже если до старости. Поначалу хотя бы миссис Ортис писала мне записки, но вскоре пропали и они, а вместе с ними и последняя нить, соединяющая меня с миром.

Теперь, очевидно, мой роман, на который я истратила порядочное количество нервных клеток и души, покроется пылью в кабинете мистера Нота. Нгози будет думать обо мне, как о дурочке-служанке, влюбившейся в своего хозяина. Миссис Ортис больше не будет разговаривать со мной как с равной. И зачем я согласилась приехать сюда? Сейчас бы лежала бы где-то в сырой земле, растерзанная прилетевшим снарядом, и не знала бы горя…

Изрисовав почти все листы из папки, я наконец добилась самого лучшего результата, на который только была способна - швырнув в окно огрызок последнего карандаша, я сделала шаг назад, глядя на лист на мольберте. С чистого белоснежного листа на меня смотрело тяжелым взглядом лицо хозяина моего сердца… Мистер Кавендиш… Я повесила этот портрет на пустующие стены маяка, не в силах разорвать его и выбросить в окно. Теперь, каждый вечер я засыпала, глядя в эти бездушные глаза и просыпалась под их неусыпным присмотром.

Быт мой был устроен просто: здесь имелся электрический чайник и печка на одну конфорку, на которой я могла разогреть остывший суп или кашу. Все свои вещи я стирала вручную и развешивала их на утесе - это была несложная конструкция из двух столбиков, соединенных проволокой на уровне моих глаз. Сюда отлично помещалось белое постельное белье, которое развевалось на ветру, превращая мою скалу в настоящий корабль с парусами. Проводя большую часть дня на утесе или на смотровой площадке, я не расставалась с ручкой и блокнотом, записывая все свои мысли и чувства. Время от времени вдалеке проплывали лодки, яхты и корабли, иногда пролетали дельтапланеристы и маленькие двухместные самолеты, из которых мне махали приветливые незнакомцы. Я всегда махала в ответ, провожая взглядом исчезающие на горизонте точки и мечтая улететь или уплыть вместе с ними. С некоторыми из них у меня даже завязались дружеские отношения - каждое утро мимо проплывал прогулочный пароход и высокий стройный капитан в красивой черно-белой форме всегда приветливо здоровался со мной, давая один длинный гудок. Я с нетерпением ждала утра, чтобы хоть издалека посмотреть на людей и услышать их хохот и крики, доносящиеся с парохода. Очевидно, весть о странной девушке, живущей на утесе в маяке, распространилась по пароходству за считанные дни, потому что очень скоро из проплывающего судна на меня смотрели сотни глаз и приветливо махали сотни рук!

Вот, что чувствовал Робинзон Крузо, когда впервые после стольких лет одиночества увидел людей…

Однажды утром, приблизительно на вторую неделю моего изгнания, на моем пороге появился гость - небольшой зверек с огромными ушами, похожий на лисицу. Сперва я испугалась - мало ли, что на уме у дикого животного? Но этот пушистый зверек вел себя пугливо и скромно, с интересном заглядывая в открытые двери.

–  Привет!
– сказала я, пытаясь не показывать зубы. Я где-то читала, что звери воспринимают вид зубов, как опасность и могут напасть. Зверек повернул голову и присмотрелся ко мне, шевеля большими ушами как локаторами.
– Ты голоден?

Стараясь не делать резких движений и не шуметь, я взяла со стола кусок пирожка и бросила ему. Лис сделал шаг назад, будто собираясь убежать, но тут же передумал, увидев съедобную булку или услышав ее запах. Он осторожно подошел ближе, стал на порог и, схватив булку, помчался куда глаза глядят! Не знаю, что стукнуло мне в голову, но я побежала следом! Просто я так давно не видела никого живого, что мне не хотелось так быстро расставаться. Лис мчался вдаль, к парку Кавендиш-холла, куда мне запрещено было ступать. Пробежав несколько десятков метров, я остановилась и приложила к голове руку козырьком, чтобы солнце не било в глаза. Лис тоже остановился, оглянулся, зажимая кусок булки в зубах, и исчез среди деревьев.

“Вот и все знакомство” - подумала я и побрела назад. Когда я уже почти заходила в маяк, мое внимание привлекло что-то темное, мелькнувшее на берегу. Я сделала шаг назад, подошла ближе к обрыву и увидела человека - он сидел на камнях у разбитой лодки.

–  Эгей!
– крикнула я ему.

Человек обернулся, но я не видела его лица.

–  Я сейчас спущусь!
– крикнула я и, что есть мочи, помчалась вниз по узкой каменистой дорожке.

В принципе, я не отдавала отчета своим действиям. Кажется, я одичала за все это время одиночества. В общем, я мчалась, подгоняемая в спину ветром, вниз по извилистой дорожке, пока снова сама не подставила себе же подножку: не справившись с управлением, я поскользнулась на гладких плоских камнях, подвернула ногу и проехалась на мягком месте добрых два метра! При других обстоятельствах, я бы схватилась за ногу и вызвала врача, но не в тот миг! Помня, что внизу сидит человек (если мне не привиделось), я летела к нему - услышать человеческий голос и самой немного поговорить!

–  Я иду!
– крикнула я, поднимаясь и отряхивая платье.

Хорошо, что тропинка была скрыта от незнакомца и он не видел моего триумфального слалома на пятой точке!

Хромая со всей возможной скоростью, я выбежала из-за уступа и с облегчением вздохнула: человек есть и он меня ждет!

–  Вы в порядке?
– он уже спешил мне навстречу, заметив, что я хромаю.
– Что с вами?

–  Я в порядке!
– глупую улыбку невозможно было стереть с моего лица. Жалкое и непонятное зрелище: счастливо улыбающаяся хромая девушка с грязным на заднем месте платьем.- А вы как?

–  Я тоже в порядке, спасибо!

Человек подошел и я смогла хорошенько его рассмотреть: на вид ему было лет 20-25, среднего роста, бритый на лысо, в латексном костюме, широкое лицо… Очень знакомое лицо…

–  Дельтапланерист!
– выпалила я.

–  Что?

–  Вы - тот дельтапланерист, которого мы с мистером Кавендишем спасли несколько месяцев назад!

–  Это были вы?
– он расцвел и принялся с жаром жать мне руку.
– Спасибо огромное! Я был тогда не в том состоянии, чтобы запоминать лица.

–  Вы были без сознания, когда я появилась. Вас нашел мой хозяин, мистер Кавендиш.

–  Да, вот его я запомнил хорошо. Он явился ко мне в больницу с апельсинами и выругал на чем свет стоит!

–  Да, он такой.
– я вздохнула и перевела взгляд на разбитую лодку.
– Что-то вам не везет!

–  Да, - он смутился и засмеялся.
– Я решил пока завязать с полетами и пересел на байдарку. Но это, по-видимому, тоже не мое.