Чтение онлайн

– Не поняла. Почему? Сын советника Дорен, Лаэн Лакруа, расхаживает по Академии без всяких защитных и блокирующих амулетов, хотя тоже камаэль. Так почему ты, милый братец, не можешь очаровать собственную невесту? — вскрикнула Николетта, подпрыгнув от переполняющих ее эмоции.

– Да потому, что сыну советника магию камаэль не блокировали с самого рождения и он ей может свободно пользовать, а если я сниму амулет, то произойдет такой выброс энергии, что Вторая Катастрофа сказкой покажется. Теперь тебе понятно?

– Понятно, - расстроилась принцесса, но снова оживилась встрепенулась, осенённая новой идеей и засверкала большими глазами. — Тогда давай ее отпустим?

– Ты, что совсем с ума сбрендила!

– Ну, а, что такого. Нужно же как-то твою невесту подтолкнуть к активным действиям. А вариант с всемирным злом проверен веками. Так во всех книжках пишут.

– Нет, Ники! Ты представляешь насколько это может быть опасно и на что она способна?

– Очень хорошо представляю и если у нас не получить, то у нас всегда есть возможность вернуть все на свои места, - ответила принцесса в душе истинная авантюристка. — Риан, милый мой,- заюлила она, нежно гладя брата по руке, смотря на него большими просящими, словно у щенка, глазами, - пожалуйста. Вот увидишь, будет весело.

– Конечно, будет весело, когда она полкоролевства разрушит.

– Ну, Арриан, тебе, что подпись поставить трудно… пожалуйста, а я сама отвезу указ в Конринг, - продолжала ныть Николетта, дергая Арвэля Ариана за руку, который уже не грустил — тоска отпустила его сердце — а улыбался, глядя на сестру и был готов выполнить любой ее каприз, чтобы она была рада.

– Хорошо. Уговорила. Давай сюда свою бумажку, - принцесса протянула лист красивой бумаги со знаком герба в центре листа и бахромой по краям, Арриан вздохнул и красиво расписался. — Все, ты довольна?

– Очень — очень довольна, - просияла Николетта. — Спасибо, тебе. Я побежала собираться, - она поцеловала брата в щеку и убежала совершенно счастливой. «Как же мало нужно человеку для счастья, - подумал принц, отодвигая занавес в сторону и выходя в свет. — Хотя мне кажется, что я совершил большую ошибку подписав ей амнистию и Ники что-то замышляет, не относящиеся ни ком мне, ни к моей невесте, ни к благополучию страны в целом».

Конринг. От одного этого слова мурашки бегут по коже, а с лишком впечатлительные леди падают в обморок. Конринг — место, где царит беззаконие, а слова короля не имеет силы и смысла. Конринг — величайшая тюрьма всех времен, расположенная на острове Аир в Бескрайнем море. Тюрьма из, которой невозможно сбежать. Место защищенное и охраняемое лучше королевского дворца. Прибежище отчаяния, смирения и скорби. Здесь в крохотной продуваемой холодными ветрами камере уже много лет томилась в заключении она — дочь простого мелкопоместного дворянина и великой чародейки. Вам, наверное, интересно за что, молодая леди оказалась за решеткой, и за что, родная мать упекла дочь в тюрьму? Все очень просто. Около десяти лет назад она молодая сильная магичка только что, поступившая в Академию совершила ужасную вещь… Убийство короля и попытка переворота в стране. Судя по ее нынешнему плачевному состоянию, восстание было подавленно, а с ней расправились сам жестоким образом. Каким именно? Лишили магии, но нет кары в мире ужасней, чем лишиться крыльев. Камаэль лишенный крыльев причислялся к проклятым служителям Арахниды, богини Смерти, а ведь камаэль были созданы для защиты Империи от всемирного зла. Она своим поступком предала своего создателя, и обрекла себя на смертельную участь, а именно смертная казнь была ей приговором. Только ее мать, первая чародейка королевства, пощадила свое чадо: она уговорила скорбящую королеву не убивать ее дочь, а лишить крыльев камаэль и магического дара, сослать в тюрьму Конринг. С тех пор она живет здесь: ненавидит себя, свою мать и весь мир в целом. Она живет только одной мыслью: мыслью о скорой мести.

Она сидела на холодном каменном полу босая, растрепанная, в каких-то лохмотьях, когда к ней пришли.

– Вставай! — она медленно встала, пошатнулась и неуклюже осела обратно, сжала кулачки снова стала и сделала пару крохотных шагов. — Повезло тебе, бродяжка. К тебе высокие гости пожаловали.

– Кто? — прохрипела она.

– Ее высочество Николетта Алайз Де Рада, - ответил ей охранитель, так называли магов, несущих службу в Конринге.

Стражник вывел девушку в просторный коридор, освещенный светом факелов, где ее ждала молодая красивая леди в теплом плаще с меховым воротником, кожаных перчатках, диадемой на голове и самым властным и решительным видом на красивом кукольном лице. Принцесса окинула девушку брезгливым взглядом и подала стражнику какую-то бумажку, скрученную трубочкой. Тот повертел ее в руках, посмотрел на королевскую печать, развернул прочитал, отдельно удостоил взглядом роспись наследника престола, недоуменно покосился на принцессу и ничего не сказав разбил оковы пленницы. Девушка посмотрела на некрасивый грязно лиловый след от кандалов и подняла пустой взгляд на принцессу. Николетта улыбнулась, сняла с плеч плащ, укутала в него опешившую девушку и увлекла ее в портал.

Из портала принцесса с пленницей вышли в холле королевского дворца. Николетта остановила, пробегающую мимо служанку, велев ей прислать к ней брата, увлекла озирающуюся девушку к себе в комнату. В своих апартаментах принцесса подошла к большому шкафу, украшенному позолотой, активно перебирая вешалки, открывая и закрывая ящики, и осматривая каждую полочку. В бездонном нутре шкафа венценосная нашла простенькое платье зеленого оттенка, туфельки на каблучке и прочие принадлежности леди.

– Раздевайся! — приказала Николетта, растерявшейся девушке. — Вот держи, - она протянула ей вещи, сложенные ровной стопочкой. — Одевайся! Давай, живее, - девушка скинула с плеч королевский плащ, стянула с себя тюремную робу, которую принцесса тут же унесла в соседнюю комнату, а когда Николетта вернулась перед ней стояла симпатичная молодая леди. — Иди сюда, я тебе прическу сделаю, - девушка не шевелилась, стояла перекатываясь с пятки на носок, скромно смотря в пол. — Не бойся, я не кусаюсь, - принцесса улыбнулась, видя смятение девушки. Пленница робко подошла, присаживаясь около туалетного столика. Алайз закрутила юной чародейки волосы в высокий пучок, украсив его шпильками с крупными топазами, подчеркивающими глубину ее глаз. — Ты — красавица, - выдохнула Николетта, глядя на отражение девушки в зеркале. — Пойдем. Мы сейчас сходим в одно место, затем нас ждет Академия. Возражений нет? — девушка покачала головой. — Хорошо.

Принцесса вышла из комнаты, захлопнув двери, и пошла по коридорам замка, периодически оглядываясь, проверяя не отстала ли ее спутница. Николетта шла гордо четко, вышагивая каждый шаг с честью неся свое королевское величие. Ее же спутница семенила рядом, явно путаясь в складках длинной юбки и не уверенно стоя на высоких каблуках, была молчалива, тиха и смотрела исключительно себе под ноги. Алайз дошла до стены, увешанной картинами и портретами королевской семьи, огляделась по сторонам и носком туфельки ткнула камень в основании стены. Стена задребезжала и отъехала в сторону, открывая потайной ход. Николетта оглянулась, посмотрела на свою спутницу бледную, словно сама Смерть, и уверенно шагнула в темной провал. Девушки спустились по винтовой каменной лестнице в подвал, где в разные стороны убегали длинные мрачные коридоры. Принцесса взмахнула красивой тонкой аристократической рукой и на ее ладошки загорелся крохотный огонек. Освещая путь своеобразным светильником, девушки дошли по мрачным переходам подземелья до тяжелой двери с мощной магической защитой. Николетта Алайз прошептала еле, шевеля губами какие-то слова, чары развеялись, и принцесса ключом на длинной серебряной цепочке открыла дверь. Холодная, темная, каменная комната оказалась не темницей, как сначала подумала спутница принцессы, а магической лабораторией. Алайз зажгла свет и суетливо заметалась по комнате собирая какие-то банчки-скляночки, бутылочки и прочие принадлежности напрочь забыв про свою скромную спутницу, которая тихо прошла и села в углу.

– Ники! Ты, где? — эхом раздался голос Арриана

– Первый коридор справа, третья дверь налево, - крикнула Николетта Алайз, смешивая два каких-то порошка.

– Ники! Что тебе еще от меня нужно!?

– Держи, - Алайз протянула брата иголку святящеюся бледным синим свечением, - уколи палец.

– Зачем?

– Арриан, уколи палец. Мне нужна твоя кровь.

– Ники, зачем тебе моя кровь. Ты знаешь насколько опасны ритуалы на крови.

– Риан! — повысила принцесса голос, злясь и в котором зазвучала сталь. — Просто уколи палец. Мне нужно тринадцать капель твоей крови, - принц мученически вздохнул, покачал головой, но палец уколол и накапал ровно тринадцать ярко алых капель крови в заботливо подставленную Алайз колбочку. — Все? Я могу продолжить приятно проводить время?

– Риан, у тебя свадьба через полгода, а ты фрейлин по углам зажимаешь, - издевательски поддела принцесса брата. — И это еще не все.

– Что еще?

– Перо

– В смысле

– Арриан, мне нужно перо с твоего крыла, - чуть ли не по слогам пояснила принцесса брату.

– Позволь узнать, что за ритуал ты собираешься проводить, - спросил Арвэль Арриан у сестры с нехорошими предчувствиями и подозрением в голосе

– Хочу вернуть этой несчастной то, что некогда было у нее отнято.

– Ники, ты с ума сошла! Это запрещенный ритуал! Ты представляешь, что с нами сделает отец, если узнает, что мы с тобой вернули ей силу, - взвился Арриана на сестру, глядя на девушку сверкающими гневом глазами.

– Ключевая фраза: «если отец узнает», а он ничего не узнает, - легко отмахнулась принцесса, посмотрела на брата, затем на скоромно пристроившеюся девушку в углу тихую, молчаливую и незаметную. Николетта никак не могла поверить, что вот эта милая девушка способна, а точнее, чуть не стала причиной третьей Катастрофы. Она не верила, что в этом хрупком тельце, которое, наверное, можно переломать одним прикосновением, таилась невероятная мощь и сила. — Арриан, я же все равно добьюсь своего и если мне перо не дашь ты, то я найду того, кто согласиться мне помочь. Например, Лаэн Лакруа или твоя невеста, Шанти Ранат. Так, что ты дашь мне перо или мне воспользоваться добротой твоей невесты? — принцесса смотрела на брата и торжествующе улыбалась. Она его больше не боялась. Не было больше того животного страха, который она испытывала в детстве. Потому что Николетта поняла одну маленькую истину: у брата появилась слабое место — Шанти Ранат. Она знала, что он каждый вечер любуется ее портретом, она знала, что, не видев ее ни разу в жизнь, он ее любит, а шантаж всегда работал действенно.

– Не тронь Шанти! Хорошо, уговорила. Держи свое перо — принц протянул девушке легкое изящное иссини-черное перышко. — Что еще, Ники?

– Да. Будешь контролировать процесс, если мне понадобиться вольешь немного своей. Я студентка-первокурсница заклятие такой силы могу и не потянуть, но буду очень стараться. Поэтому, прошу, подстрахуй.

– Хорошо. Подстрахую. Проводи свой ритуал, - тяжело вздохнув, согласился Арриан.

Алайз обворожительно улыбнулась и сосредоточенно зашептала слова заклинания «Vairis is osiris». Содержимое пробирки зашипело, побежало по длинной трубке, изменяя цвет с синего на болотно-зеленый, затем стекает в колбу с кровью, том смешивается и по витиеватой трубке бежит в другую колбу; а принцесса в это время осторожно вливает в заклятие силу и содержимое меняет цвет на желтый, начинает шипеть и бурлить, переливаясь в колбу с пером. На этом участке требуется особенно много силы и сосредоточенности, чтобы все получилось так, как задумывалась, но Николлета справляется — перо побелело, а эликсир стал рыжеватым, затем снова проходит по спиралевидной трубке и на выходе приобретает приятный розовый оттенок, что говорит о грамотно проведенном ритуале.