Чтение онлайн

Среди ученых-социологов и политических деятелей, обращавшихся тем или иным образом к теме героя и героического, значатся имена К. Маркса, П. Лафарга, А. Рено, В. И. Ленина, Г. В. Плеханова, П. Л Лаврова, П. Н. Ткачева, И. В. Михайловского, С. Н. Булгакова. У нас еще будет возможность рассмотреть наиболее интересные вопросы, оказавшиеся в поле внимания этих и других авторов. Сейчас же, выделяя как относительно самостоятельный, социологический подход к проблеме героя и героического, подчеркнем ее особое значение для России, о чем свидетельствуют работы многих видных русских публицистов, писателей, историков, политиков. Причем одни из них, например Н. Бердяев, объясняют остроту проблемы героя и героического в условиях российской действительности характерным для нее, российской действительности, драматизмом самой жизни и полицейским засилием. Другие, главным образом идеологи народничества (Лавров, Ткачев, Михайловский и др.), – необходимостью революционной борьбы с самодержавием и особой миссией в ней героев. Представители марксистской социологии (Плеханов, Ленин и др.), отнюдь не отрицая значения индивидуального героизма, обращаются к теоретической и практической разработке проблемы массового героизма как средства построения нового общества и его защиты (Сталин) от внутренних и внешних врагов.

Теперь надо заметить, что разделение исследований сложного комплекса вопросов о происхождении и природе феномена героизма на мифологические и социологические в ряде случаев чрезвычайно условно, ибо они, эти исследования, по целому ряду пунктов органично связаны. Достаточно четко такая связь обнаруживается при философском анализе, который можно встретить в трудах Дж. Вико, Дж. Бруно, Ф. Ницше, М. Хайдеггера. Об этих и других философах мы еще вспомним по вполне обоснованным поводам.

Мы уже отмечали, что герой с точки зрения социологической теории означает определенный социальный статус, который в свою очередь связан с системной организацией, и именно иерархической организацией общества (социума). Такая иерархическая организация необходимо присуща каждому обществу. В известном смысле она неизбежна и неустранима, но конкретно в каждом социуме она обретает непременно культурные формы. Другими словами, в конкретных исторических и культурных условиях иерархическая организация общества нередко проявляется весьма своеобразно. В данной работе мы не ставим своей задачей анализ подобных проявлений, поскольку это тема особого исследования. Если же говорить в общих чертах, то герой занимает в системной иерархической организации общества свое определенное место, которое выражается в современной науке, современной социологии понятием социального статуса. Герой – это прежде всего социальный статус, это социальный статус личности, это место личности в общественной системе, ее положение в социальной организации, отражающее определенное отношение к ней, героической личности, членов общества: возвеличивание, поклонение, почитание, восхищение, подражание и т. д.

Высказав это первое по важности, исходное во всех наших дальнейших рассуждениях положение, добавим: героизм это статус, который уже в условиях конкретных культурных систем, цивилизаций обретает различные адекватные этим системам образы, означивание и опять же ковариантный конкретной культурной системе и исторической эпохе смысл. Так, в условиях русской культуры мы имеем дело с хорошо известной семиотической и семантической системой «герой», которая, однако, наполняется далеко не однозначным смыслом не только в процессе исторического развития русского общества, но и в разных социальных группах, классах, общественных объединениях. При всем этом «герой» остается именно русским обозначением социального и, следовательно, системного статуса личности. В других языках этот статус имеет уже иное знаковое выражение, а именно: в немецком – Held, в английском – hero, во французском – heros, в чешском – hrdina, в древнегреческом – 'ec, в латинском – herois.

Установив, что «герой» (Held, hero, heros и т. д.) – это лингвистическая (лексическая) конструкция, используемая для метки социального статуса личности (индивида) в иерархической системе, иерархической организации общества, подчеркнем, что таким образом помечается, метится (в общественном сознании) место сравнительно высокого уровня, или ранга, хотя в литературе достаточно часто встречается феномен лингвистического тропа, когда какой-нибудь термин, а в нашем случае термин «герой», наполняется особым (дополнительным), нередко противоположным смыслом. Достаточно вспомнить роман М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» или распространенное в быту, а также в художественной и публицистической литературе употребление понятия «герой» в ироническом и даже в отрицательном значении.

Однако во всех случаях лексема «герой» выполняет функцию гносеологического и семантического выделения человека, индивида из общей массы, из остальной группы людей как чего-то особого, необычного, исключительного, а вместе с тем и функцию социальной ориентации, и именно ориентации в социальной организации, социуме, по принципу «кто есть кто» (who is who) [3] .

Поскольку в дальнейшем героизм будет занимать нас в связи с интересующими и решаемыми проблемами как модус положительного отклонения, мы должны договориться о смысле, который будем вкладывать в этот, подчеркнем, научный термин. А смысл этот, концепт, достаточно точно передан Н. Е. Яценко: герой – это «выдающийся своей храбростью, доблестью, самоотверженностью человек, совершающий подвиг во имя счастья людей» [4] , то есть герой является субъектом героического поведения. Именно такое поведение, иными словами героизм, служит основанием наречения субъекта «героем». Можно сказать еще и так: с точки зрения реального социального бытия индивид обретает (заслуживает) социальный статус героя только при условии героического поведения. Героизм в данном случае выступает как качествообразующий фактор.

Итак, герой – это индивидуально-личностный социальный статус, обретение которого обусловлено героическим поведением, героической деятельностью, героическим поступком, одним словом, героизмом, как обычно представляется вся ситуация в реальной действительности. Но герой – это не только социальный статус, это еще и социальная роль, содержание и особенности которой мы рассмотрим отдельно. Сейчас же сделаем особый акцент на сугубо социальном, общественном характере героической роли, то есть роли, проигрываемой субъектом-героем. Ее сценарий ковариантен конкретной социокультурной системе. Другими словами, эта роль не придумывается самим субъектом (героем), она формируется содержательно как органичный элемент реальной социокультурной системы и «предзадана» субъекту. И все дело в том, будет ли вообще проиграна эта социальная роль, роль героя, и как она будет проиграна тем или иным индивидом. Стало быть, сформировавшийся в данной культурно-исторической системе героический сценарий (сценарий героического поведения, героического поступка, сценарий героизма) должен храниться в социальной памяти, и при определенных обстоятельствах у индивида должна быть возможность его, этот сценарий, актуализировать в своем поведении. В этом, собственно, и заключается проигрывание социальной роли вообще и социальной роли героя в частности. Подчеркнем еще раз, что для этого должны существовать, во-первых, реальные социальные условия и, во-вторых, индивидуальные, личные (психические, интеллектуальные и физические) способности.

Теперь нам предстоит сформулировать еще одно очень важное положение. Интересующая нас знаковая конструкция, которая служит для обозначения социального статуса и социальной роли субъекта, заключает смысл, подчеркнем в очередной раз, ковариантный конкретной культурно-исторической системе. Следовательно, речь идет о том, что «герой» (held, hero, heros и т. д.) – это понятие (концепт). Содержание этого понятия обусловлено культурными и историческими и в целом социальными закономерностями и особенностями реальной общественной системы. Иными словами, мы встречаемся здесь с феноменом «семантического статута», суть которого кратко может быть передана так: это сформированное, принятое, закрепленное, узаконенное, легитимированное в данной социокультурной системе понятие. Такая природа семантического статута героя может быть рассмотрена на материалах античной культуры.

Литературные памятники (мифы, эпос, легенды, поэмы), мусические искусства, скульптурные и изобразительные произведения, философские трактаты и в целом дискурс сформировали и утвердили в сознании древних греков известные представления о герое и героическом, то есть вполне определенное с точки зрения содержания понятие, выполняющее метрическую функцию человеческого поведения, или, говоря иначе, функцию оценки последнего по принятому (легитимированному) критерию. Уже в «Илиаде» Гомера тема героизма разрабатывается (разумеется, неосознанно самим автором) именно в статутном направлении, то есть предлагаются всему обществу ответы на вопросы: кто такой герой? кого следует считать героем? При этом, разрабатывая статут античного (именно античного!) героя – подчеркнем еще раз, что ни о какой сознательно поставленной и решаемой художественной и социокультурной, тем более научной задаче в данном случае и речи не может быть, – автор опирался на уже сложенные мифы, которые, по нашему убеждению, изначально и были призваны сформировать семантический статут героя и героического поведения. В этом и заключается важнейшая социокультурная функция мифа как произведения искусства и элемента культуры.

Авторы изданного в 1987 году в Лейпциге «Словаря античности» (рус. пер.: М., 1992) отмечают, что первоначально герои появляются как персонажи древнегреческих мифов. Поступки, поведение, образ жизни мифических героев канонизируются и санкционируются как социальные эталоны. В этом процессе участвуют многообразные социально-психологические механизмы: контагиоз, увлечение, поощрение и т. д. Показательно, что образцы героического поведения со временем отделяются в общественном сознании от их субъектов и начинают жить самостоятельной жизнью, в частности, в общественной памяти. В связи с этим и можно говорить о семантическом статуте героя и героизма. Семантический статут – это суверенное бытие понятия, в нашем случае о героизме, героическом поведении, героическом поступке, утверждающегося в данной социокультурной системе.

Крупнейший отечественный исследователь античности Ф. Ф. Зелинский замечает, что на смену гомеровскому героическому эпосу, явившемуся поэтической обработкой раннегреческой мифологии, приходит дидактический эпос, имеющий сугубо практическую нравоучительную направленность. Спустя десятилетия дидактический эпос даст новый, ставший жить в веках, побег в виде элегической поэзии. В виде элегии написано надгробие фермопильских героев. Некто Каллин Эфесский своими элегиями вдохновляет сограждан на сопротивление надвигающимся полчищам варваров. Афинянин Тиртей в своих элегиях побуждает сограждан к самоотверженности и стойкости в мессинской войне. Еще позже знаменитый Солон Афинский воодушевляет своей элегической поэзией сограждан на бой с Мегарой из-за «желанного» Саламина.