Чтение онлайн

Для 7-й армии Д.Г. Щербачева, как мы помним, начало июня было ознаменовано оборонительными боями против пытавшегося восстановить положение противника, а 9-я армия П.А. Лечицкого развивала успех под Доброноуцами: 5 июня заняла Черновицы (ныне Черновцы, Украина), 10-го — Сучаву (ныне на территории Румынии), 12-го — Кымполунг (ныне Кымпулунг-Мусчел, Румыния).

К 12 июня общее число трофеев Юго-Западного фронта составило 219 орудий, 196 минометов и бомбометов, 644 пулемета (число пулеметов было в реальности гораздо больше, так как войска часто оставляли трофейные «Шварцлозе» у себя, переделывая их под русский патрон). В плен было захвачено 4013 офицеров и 194 041 солдат противника, потери австро-германских войск убитыми и ранеными превысили уже 400 тысяч человек. Юго-Западный фронт также понес большие потери в живой силе. Отдали жизнь за Родину в бою 739 офицеров и 40 659 солдат, ранено было 3118 офицеров и 212 904 солдата, пропали без вести 163 офицера и 31 715 солдат.

Во второй половине июня австро-венгерские и германские войска, противостоявшие армиям Брусилова, были перегруппированы. Против 8-й и 11-й армий сосредоточилась мощная группа войск под общим командованием генерал-фельдмаршала Пауля фон Гинденбурга — главнокомандующего всеми германскими силами на Востоке. Этим подчеркивалось важное значение, которое немцы придавали Юго-Западному направлению. Против 7-й и 9-й армий была направлена группа войск под общим командованием наследника австро-венгерского престола эрцгерцога Карла. Сражения на двух флангах фронта развернулись практически одновременно.

Особенно энергично действовал командующий 9-й армией П.А. Лечицкий. В Коломейском сражении (15—24 июня) он не только разгромил противостоявшие ему австро-венгерские войска, но и, не дожидаясь подхода своих резервов, отбросил спешившие на выручку союзникам немецкие. Урон противника составил около 60 тысяч человек убитыми и ранеными, 31 тысяча человек попала в плен. Потери 9-й армии составили 25 тысяч офицеров и солдат. Соседняя с 9-й 7-й армия Д.Г. Щербачева в эти дни вела вспомогательную операцию на реке Коропце, захватив 6 тысяч пленных.

В то же время с 17 по 22 июня объединенная австро-германская группировка А. фон Линзингена отчаянно пыталась прорвать фронт 8-й и 11-й армий. Ярость атак немцев поражала даже бывалых фронтовиков. Так, 20-я германская пехотная дивизия, имевшая почетное наименование Стальной, за четыре дня атаковала позиции русской 4-й Железной стрелковой дивизии 44 (!) раза. Но все попытки немецкой «стали» согнуть русское «железо» оказались тщетными — в германских полках осталось по 300 штыков… Прорыв немцам удалось осуществить на участке 126-й пехотной дивизии. Плохо обученные ополченцы, из которых в основном состояли ее полки, дрогнули, и перед неприятелем открылась прямая дорога на Луцк… Положение спасли брошенные в бой прямо с автомобилей резервы. Особенно отличились 27-й пехотный Витебский полк, 57-й пехотный Модлинский полк, 7-я и 10-я артиллерийские бригады, 1-й и 2-й пограничные Заамурские конные полки. 21 июня с подходом 6-й Сибирской стрелковой дивизии кризис был окончательно преодолен.

В эти нелегкие дни Алексей Алексеевич писал жене: «На фронте моем чрезвычайно тяжело. Несу громадные потери и атакуют нас сильно… Держимся и удерживаем захваченное… но вперед двигаться не можем. Хочу, однако, попробовать и завтра перейду в общее наступление. Не рассчитываю на особую удачу, но кое-где, может быть, удастся и, во всяком случае, это лучше, чем стоять на месте и отбиваться. Надеюсь, что станет легче, так как итальянцы перешли в наступление. Французы тоже, а сегодня и Эверт раскачался. Один Куропаткин все сомневается и не решается… Настолько решающее время: кто выиграет войну? Ни о чем другом думать не могу. Работаю и весь поглощен своим тяжким долгом».

Обещанное в этом письме наступление действительно состоялось. Испытанная 8-я и «новая» для Юго-Западного фронта 3-я армия Л.В. Леша были нацелены на Ковель. «Дебют» 3-й армии получился удачным, но только отчасти — разгромленная у Галузии, Волчецка и Маневичей группа Гауэра добита не была и смогла закрепиться на рубеже реки Стоход. В 8-й армии успешно действовали 1-й Туркестанский корпус С.М. Шейдемана и 30-й корпус А.М. Зайончковского. 25 июня войска Линзингена отошли за Стоход, который на другой день был форсирован русскими. Во время преодоления водной преграды особенно отличились 7-й и 8-й Туркестанские стрелковые полки, которые преодолели семь рукавов Стохода под ураганным огнем врага, и 283-й пехотный Павлоградский полк, командир которого, кавалер Георгиевского оружия и ордена Святого Георгия 4-й степени полковник Павел Григорьевич Канцеров первым перебежал Стоход по горящему мосту. Общие потери противника в стоходских боях составили более 40 тысяч человек, 671 вражеский офицер и 21 145 солдат попали в плен, было взято 55 орудий, 16 минометов и 93 пулемета.

Развить Стоходскую победу Брусилову помешало отсутствие резервов. Уже 27—28 июня войска Линзингена отбросили туркестанских стрелков на правый берег Стохода. Вторичная попытка форсировать реку не удалась, но и у немцев уже не было сил развивать наступление. К концу июня общее число пленных, захваченных русскими войсками, составило уже 272 тысячи человек…

…В конце июня, в те дни, когда «второстепенный» Юго-Западный фронт вписывал на полях Волыни славные страницы в русскую военную историю, наконец вступил в бой и «первостепенный» в глазах Ставки Верховного главнокомандующего фронт — Западный. Его 4-я армия под командованием генерала от инфантерии А.Ф. Рагозы в течение 20—25 июня отчаянно и самоотверженно пыталась штурмовать успевшие за год «закаменеть» германские позиции под Барановичами и развить наступление на Брест-Литовск. Но наступление обернулось лишь крошечным тактическим успехом и громадными потерями — 50 тысяч убитых, 70 тысяч раненых. Только 26 июня Ставка, убедившись в невозможности прорыва германской линии обороны под Барановичами, наконец отказалась от химеры «ударного» наступления в Белоруссии и, предписав Эверту «энергично удерживать врага», передала инициативу Брусилову Только 26 июня, через месяц после начала победоносного наступления, главкому Юго-Западного фронта развязали руки, признав его направление приоритетным… «Раньше середины июля генерал Брусилов не смог возобновить своего наступления, — писал А.А. Керсновский. — Неприятелю было подарено три недели, драгоценные три недели, за которые он накопил силы, устроил войска, подтянул резервы и превратил долину Стохода и Ковельский район — и так трудно проходимый от природы — в неприступную крепость».

Но при этом, передавая Юго-Западному фронту ведущую роль, Ставка ориентировала его на заведомо невыигрышное направление — на Ковель и далее на Брест-Литовск и Пружаны, в тыл Пинской группы войск противника. Войскам Брусилова предстояло схватиться с отборными вражескими дивизиями, расположенными в практически непроходимом районе. В преддверии нового наступления в начале июля на Юго-Западный фронт прибыли подкрепления — Гвардейский отряд генерала В.М. Безобразова, 3-й армейский и 4-й Сибирский армейский корпуса. Однако даже с этими пополнениями русские войска ненамного превосходили противника по численности — 63 русские пехотные дивизии против 63,5 австро-германских, 21 русская кавалерийская дивизия против 14,5 вражеских. К тому же австро-германские войска успели капитально закрепиться на своих позициях, а по числу орудий превосходили русские более чем вдвое…

Первой атаковала противника 11-я армия В.В. Сахарова. 3 июля 1916 года она семью корпусами пошла в наступление на фронте реки Стыри и в дальнейшем не выходила из боев на протяжении двенадцати дней. Трофеями армии стали 58 орудий, 36 минометов и бомбометов, 49 пулеметов, в плен попало 762 офицера и 30 387 солдат противника. 15 июля к 11-й армии присоединились остальные войска Юго-Западного фронта. Относительно успешно действовала 3-я армия Л.В. Леша, столкнувшаяся через четыре дня с сильным сопротивлением врага. Удачно работал Гвардейский отряд Безобразова, в частности, 2-й Гвардейский корпус генерала Г.О. Рауха, захвативший в плен 2 генералов, 400 офицеров, 20 тысяч солдат и взявший 56 орудий. Правда, Безобразов не дал своим войскам воспользоваться плодами победы и не развил наступление.

Вновь отличилась 8-я армия А.М. Каледина — 15 июля в сражении при Кошеве 8-й и 40-й корпуса после 15минутной артподготовки в течение трех часов полностью разгромили 4-ю австро-венгерскую армию (от нее уцелело только 6 тысяч человек). Блестяще действовали 55-й пехотный Подольский и 56-й пехотный Житомирский полки, каждый из которых вышел победителем из боя с дивизией противника, 15-й и 16-й стрелковые полки. В русский плен попали 2 генерала, 320 офицеров, 9 тысяч солдат, было захвачено 46 орудий и 90 пулеметов…

К сожалению, развить эту победу помешал своей армии ее командующий — А.М. Каледин. Находясь далеко от линии фронта, он узнал о блестящем успехе своих войск слишком поздно и приказал продолжать наступление лишь 17 июля. Но к этому времени противник уже успел залатать образовавшуюся на месте исчезнувшей 4-й австро-венгерской армии дыру. Попытка 3-й и 8-й армий и Гвардейского отряда атаковать на Ковельском направлении 26—29 июля успеха уже не принесла (после этой неудачи 3-я армия была снова передана Западному фронту). Особенно тяжелые потери понесли гвардейцы, сражавшиеся воодушевленно, но неумело, и к тому же возглавляемые командирами, не имевшими опыта реальных боевых действий. Сменить их Брусилов не имел права, так как гвардейские командиры назначались лично императором. Только после настойчивых просьб Брусилова, обращенных к М.В. Алексееву, на основе Гвардейского отряда была сформирована новая Особая армия, которую 14 августа возглавил талантливый и энергичный генерал от кавалерии В.И. Гурко — человек, которого не хватало Юго-Западному фронту еще в мае.