Чтение онлайн

— А можешь ли ты применять сквозь этот барьер какую-либо магию?

— Да, в принципе могу. Моя магия ведь тоже часть меня в определённом смысле.

— А комбинированные скиллы вы применять умеете? Если вас создавали для работы с Героями, вам скорее всего приходилось с этим сталкиваться…

— Да, умею. У вас родилась какая-то идея?

— Да. Я сейчас использую один специфический скилл из арсенала Лука, а тебя попрошу зарядить его своим заклинанием. Неважно каким, лишь бы помощнее, чтобы этот навык… пах тобой, если так можно выразиться. И следовательно, прошёл сквозь барьер.

Девушка призадумалась.

— Это… в принципе вполне возможно, но до барьера очень далеко… попытаться преодолеть его отсюда может только скилл телепортации… А вы говорили, что у вас нет там точек перемещения…

— Верно, но для кое-чего мне точка не нужна…

Не сильно хотелось применять эту технику на глазах у Такта. Больно уж она мощная. Лучше было бы приберечь её как козырь в рукаве… Но сейчас не до тонкостей. Попроси я его выйти, он бы наверняка начал торговаться, а на торги времени не было. Ладно, пусть смотрит и завидует. Может, придумает ещё пару способов стать сильнее. Сильные Герои этому миру позарез нужны, а особенно — те, кто добились этой силы самостоятельно.

— Я, Вест Сиванму, повелеваю земле и небесам: пусть вспыхнет и обратится в пепел мироздание, пусть родится из яйца новая жизнь. Да уберёт моя сила все преграды с пути сего!

— Лук Шаи-Хулуда! Стрела Рул Брейкера! Двигатель Хольцмана!

Стрела с копией фантазма Медеи уходит в свёрнутое пространство… и выходит из него именно там, где я и предвидел — прямо в грудь одному из Фэнхуанов, «нижнему», что летает у самой земли. Освобождая его от любых обязательств и контрактов… в том числе от магического принуждения, наложенного неизвестным врагом.

— Сработало! — восхищённо выдохнула Сиванму. — Вам удалось! Я возвращаюсь в гнездо! Но мой брат всё ещё под принуждением… и всё ещё летит разрушать город. Он даже не обратил внимания, когда я изменила курс, хотя обычно всегда следует за мной.

— Ненадолго, — усмехнулся я. — Как только истечёт кулдаун, я пошлю вторую такую же стрелу и ему.

— Это будет чудесно! — женщина на радостях, казалось, была готова пуститься в пляс. — Конечно, даже освобождённого Фэнхуана вам всё равно понадобится найти, победить и запечатать, но теперь это сможет подождать — я займусь сбором душ в предусмотренном программой порядке, так что у вас будет больше месяца, прежде чем я стану представлять опасность снова, уже сама по себе.

— А этот маг, кем бы он ни был, не сможет захватить над тобой контроль снова? — обеспокоенно спросил Такт.

— В теории это возможно, — глаза девушки полыхнули огнём. — На практике… пусть попробует. Одно дело, знаешь ли, мой возлюбленный, накладывать чары на спящего монстра, который никак не может помешать манипуляциям над собой. И совсем другое — на бодрствующего и боеспособного. Для начала ему придётся хотя бы приблизиться к нам и остаться в живых. Сотворение столь мощных и сложных чар требует часов работы. А я сомневаюсь, что даже ты и господин Арчер смогли бы часами творить заклинания под огненным дождём, ударами когтей и клюва.

Вы играете в жизнь мою,

Превозносите мою смерть.

Хорошо первым быть в бою,

А потом на костре сгореть.

Задыхаясь от дыма

Палачей проклясть

Смыть с души своей обиды,

Клевету и грязь.

Так помолитесь за душу мою,

Я мёртв шестьсот с половиной лет.

Я прошу, хоть в аду, хоть в раю

Не ищите тайны, которой нет.

Может, был я грешен,

Может, был и свят:

Мертвецам не нужно песен —

Пусть спокойно спят.

КанцлерГи, «Jaques de Moley»

Богатырское наше правило

Надо другу в беде помочь

Отстоять в борьбе дело правое

Силой силушку превозмочь

Эх да надобно жить красиво

Эх да надо нам жить раздольно

Богатырская наша сила

Сила духа и сила воли

ВИА «Добры молодцы», «Богатырская наша сила»

Берсеркер, Герой Щита:

— Почему вы не сказали мне заранее, что не можете иметь детей?! — возмущённо рычал Джаралис.

— По той же причине, по какой вы не сказали мне заранее, что собираетесь использовать как бычка-производителя, — ответил я, закидывая в рот виноградину. — Откуда, интересно, я должен был знать, что это имеет здесь такое значение?

— Вам в других странах ни разу не рассказывали, какой политический вес имеют потомки Героев? — недоверчиво покосился на меня лев. — Вы понимаете, что одного только слуха о ребёнке Героя Щита где-то в Фобрее достаточно, чтобы спровоцировать здесь политический кризис, а уж если бы вы посеяли своё семя в Мелромарке — это вызвало бы в вашей стране полноценный бунт! Поймите, бесплодный Герой — это тоже в определённом смысле хорошо, пусть мы и не получим новой ветки потомков Щита, но по крайней мере, можно и не бояться, что её получит кто-то другой! Но эту карту нужно было правильно разыгрывать с самого начала, мы бы могли избежать множества ненужных телодвижений… как в буквальном, так и в политическом смысле. Парламент так спешил собрать для вас гарем именно из страха, что другие страны могут успеть раньше.

— Что всё настолько серьёзно, мне и впрямь предположить было неоткуда, — я откусил половинку очищенного банана (это, конечно, был не банан, потому что назывался иначе, да и светло-сиреневый цвет как бы намекал — но я предпочитал звать местные фрукты привычными именами). — В Фобрее кровь всех Героев действительно чтят в равной мере, но там этой крови и так — хоть залейся. Одна свежая струя вряд ли изменит ситуацию. В Мелромарке наследие Щита может иметь только отрицательную ценность. Что же касается Силтвельта… Во-первых, так как вы сказали, что у вас не монархия, основной мотив использования геройского наследия — борьба за трон — отпадает. Во-вторых, наследие Героя Щита — это человеческое наследие, а к людям у вас относятся известно как.

— Гхм, — спикер немного смутился. — Отчасти это, конечно, так, всё, указанное вами, конечно, играет свою роль… Но у действий Героев есть не только практическая, но и символическая сторона. Да, от ваших потомков было бы не так уж много выгоды, ни нам, ни нашим врагам… Но сам акт зачатия этих потомков — иное дело. Это символический жест огромного веса, это подтверждение, что Щит по-прежнему един с нами, со своим народом. И это самый народ разорвёт в клочья всякого, кто попытается объяснить ему, что практическая польза от такого жеста и впрямь невелика. Эта оргия, это подтверждение духовного единения единением телесным — всё, что у них есть. Причём особенно важно вовремя сделать этот жест было именно в вашем случае.