Герой войны с чиновниками

Заместитель главы комитета по строительству нагло диссонировал со спартанской обстановкой своего рабочего места. В его кабинет администрация приобрела дешевую офисную мебель. На тонкие полки стеллажа поставили черные и зеленые картонные папки с документами. К компьютеру пристегнули проводные клавиатуру и мышь. На стол установили пятнадцатидюймовый жидкокристаллический монитор. Вся обстановка кабинета была призвана убедить посетителя, что тот пришел к работнику очень бюджетной организации.

Ничего для себя, а все для народа.

Единственными достойными украшениями кабинета были два ярких портрета: один Президента страны, другой Руководителя города. Еще там был маленький зеленый кактус с красной раздутой головкой. Он располагался между монитором и хозяином кабинета.

«Колючий фаллос защищает Надутого Пениса от вредоносных излучений. А сегодня не защитит», - подумал Михаил и улыбнулся хозяину кабинета.

Михаил совсем не разбирался в понтах «из-грязи-в-князи», но костюмчик чиновника не оставлял никаких сомнений в своей дороговизне, равно как и галстук с сорочкой, а также золотая булавка с витым вензелем на щите.

«Герб, что ли?» – изумился Михаил. А почему бы и не герб? Чиновники – государевы люди. А государевы люди – это дворяне. Новые дворяне двадцать первого века. А я, получается, новый Дубровский, борец с этими дворянами.

Из-под рукава пиджака чиновника хищно блеснули золотые часы: «С чем пришел, холоп? Как челобитную подаешь хозяину, собака?!»

– Добрый день, Семен Леонидович!
– еще шире улыбнулся в ответ Михаил.
– Мне посоветовала обратиться к Вам Инна Аркадьевна. Сказала, что Вы ищете хороших подрядчиков, и вот я здесь.

– Ох уж эта Инна Аркадьевна! Вечно про меня небылицы рассказывает, - улыбнулся в ответ чиновник, продемонстрировав чищенные стоматологом зубы. – Ну и как она?

– Любит Вас.

Обменялись визитками.

– Чем могу быть полезен, Михаил… - зам главы повторно взглянул на визитку в поисках отчества.

– Просто Михаил. Молод я еще для отчества.

– По отчеству, Михаил Иванович, человека начинают звать не за возраст, а за заслуги. А о Вашей фирме я слышал и думаю, что уж отчество ее директор давно заслужил.

– Семен Леонидович, Вы меня смущаете.

– Хорошо, тогда я стану звать тебя Миша. Не возражаешь?
– чиновник по-родственному улыбнулся.

– Не возражаю, - согласился Михаил, - но я Вас все равно буду звать Семеном Леонидовичем.

Посмеялись.

– Семен Леонидович, - перешел к делу директор, - мы строим, довольно много и хорошо. Вроде бы все нормально, но сами знаете, стройка не стабильна. Сегодня у заказчика есть деньги, завтра нет …

– Нету денег, не хрен строить, - перебил Семен Леонидович, - Народная мудрость. У нас же некоторые думают, что можно на кредитах перекрутиться. Но не у всех получается. А тебе, Миша, значит, хочется стабильности. Желаешь ты, Миша, поработать с бюджетом.

– Семен Леонидович! – расцвел директор, - Вы прямо мысли мои читаете!

– А чего тут читать, - чиновник откинулся в кресле, - я же в комитете по строительству работаю. Выбираю подрядчиков на городские объекты.

Зам главы заговорщически наклонился к Михаилу и спросил:

– А что ты до сих пор не завязал с этим гребаным бизнесом?

– Не понял, - удивился Михаил.

– Ну, на хрена тебе эта стройка нужна? Крутишься как белка в колесе, а выхлопа ноль. Новый мерин и большой коттедж с бассейном, вот предел твоих заработков, - пояснил Семен Леонидович. – С нашим родным государством хрен на что заработаешь. Если не тебя давят, так заказчиков твоих, а через них ты страдаешь.

– Так чем же еще заниматься? – опешил Михаил, - Нефтью рылом не вышел.

Семен Леонидович покровительственно улыбнулся и откинулся в кресле.

– Миша, все наши люди давно уже сворачивают на хер свой бизнес-шмизнес и идут работать в это самое государство. Хрен ли работать под ним, когда можно быть на нем. Другие деньги, Миша, совсем другие деньги.

Семен Леонидович похлопал по ручкам кресла и радостно сообщил:

– Здесь все деньги, Миша, здесь! Не надо никакого бизнеса. Черпай прямо из источника, а не ниже по течению, куда уже нагадили. Бери деньги непосредственно от производителя, а не у банкиров-перекупщиков. Ты же бизнесмен, Миша! Понимать должен!

«Конец настанет России, если все «наши люди» переметнутся в чиновничество. Но, слава Богу, я уже здесь», - подумал Михаил и внимательно всмотрелся в зама главы. Как и ожидалось, совесть нигде не просматривалась. Тогда директор сделал растерянное лицо и сказал:

– Это как-то неожиданно. Я даже не знаю, что и сказать. Давайте, попробуем step by step. Мне надо осмотреться, пощупать руками…

Он взял визитку чиновника. Пощупал герб города на ней и с уважением произнес:

– Солидная визитка. Не простой кусочек картона, а сразу видно, что ВИЗИТКА. Как советские двадцать пять рублей. Смотришь на купюру и видишь перед собой ДЕНЬГИ. Не то, что нынешние пять тысяч. Фантик.

– Когда это четвертной был деньгами?
– усмехнулся чиновник, - Один раз в ресторан сходить. Сторублевка коричневая! Вот была купюра. Ее в руках держишь, а кончики пальцев пощипывает. Мощная энергетика тогда от денег исходила!

В душе чиновника шевельнулась любовь. Но это была любовь к деньгам, поэтому указать, где спрятана совесть, она не смогла.

– Ну, я тогда еще маленьким был, меня и от червонца трясло,- смутился Михаил, и, убрав визитку чиновника в нагрудный карман пиджака, продолжил,- Семен Леонидович, хочется поработать с бюджетом, но не знаю, как начать. Инна Аркадьевна, сказала, что Вам нужны свои подрядчики для аукциона, и Вы введете меня в курс дела. Если у Вас есть желание, можно пообедать в очень хорошем месте и за трапезой, так сказать, поговорить.

– Пустое, - отмахнулся зам главы, - За трапезой надо есть, а не говорить. Когда начнем работать, еще не раз с тобой водочки в хорошем месте попьем. А сегодня здесь поговорим. Тебя прислала Инна Аркадьевна, поэтому введу в курс дела, так сказать.

«Подвела тебя Инна Аркадьевна. Но ее вины в этом нет. Ведь у меня прекрасная репутация. Как у Штирлица в гестапо», - подумал Михаил. Он открыл портфель и достал из него ежедневник. Семен Леонидович предостерегающе поднял руку:

– Вот записывать ничего не надо. И так запомнишь. Схема простая. Я сам выбираю компанию, которая возьмет стройку. После этого проводим официальный аукцион. Участвуют в нем только свои, проверенные люди. В течение торгов сумма контракта понижается до заранее оговоренной. Выбранная мной фирма платит остальным компаниям процент с договора за участие.

– Какой?
– живо заинтересовался Михаил.

– По разному, - объяснил Семен Леонидович, - Чем больше смета, тем меньше процент. Тысяч по двести на нос обычно выходит.

Директор кивнул, а чиновник продолжил:

– Перед аукционом представитель победителя показывает мне привезенные с собой десять процентов от сметы. Оформляем на бумаге результаты торгов, и он тут же башляет. После этого в течение недели заключаем договор. Перед его подписанием подрядчик привозит еще десять процентов моих и бонусы соучастникам торгов.